Яков Кротов

З А М Е Т К И

Афоризмы

Дополнения, не отраженные в бумажном издании 2025 года

*  *  *

Своя рубашка ближе к телу... Если она не смирительная.

* * *

Агностик – человек, который не считает возможным знать, приносят детей аисты или атеисты.

* * *

Не в счастье счастье!

***

Бог не может сделать несырный сыр, а халтурщик может.

***

Державничество, государственничество, этатизм есть род аутизма. Человек, который боится общаться с подобными себе, пытается выстраивать отношения с людьми через государство. Тотальное неумение общаться по горизонтали ведет в ад тоталитарной вертикали.

***

«Обороноспособность» — это неспособность удержаться от нападения.

***

Фантазия есть выброс человечности, ложь - бесчеловечности. Фантазия создаёт, ложь - разрушает.

* * *

Конформизм — это мирное несуществование.

***

Лучше я под шумок милосердия воскресну, чем под фанфары справедливости сгнию.

*  *  *

Плоха танковая гусеница, которая не мечтает стать бабочкой!

*  *  *

Грех есть чудо превращение вина в воду.

*  *  *

Наука более верит в чудо, чем ханжество. Ханжа всюду видит чудеса, учёный видит чудо именно там, где ханжа не видит ничего удивительного.

*  *  *

Если в первом акте на сцене палят друг в друга из ружей, то в третьем акте ружья должны повесить на стену!

*  * *

Россия – страна неограниченных невозможностей.

*  *  *

Зло вечно, добро бессмертно.

*  *  *

Первый закон духовной жизни: всякое действие равно взаимодействию.

*  *  *

Второй закон духовной жизни: чужой грех не оправдывает своего.

*  *  *

Первое следствие: «Добро остается добром даже у врага». Если диктатор диктует, что Бог есть, Бог все равно есть.

*  *  *

Следствие второе: если на мой грех отвечают грехом, виноват я и исправляться мне. Если на мой грех отвечают грехом более тяжелым, виноват я и исправяться мне.

Второе следствие в нетривиальная формулировке: если на чужой грех я отвечаю грехом, виноват я и исправляться мне.

Например, если на самодержавие отвечают бунтом и тоталитаризмом, виноват я, если я самодержец, и виноват я, если я бунтовщик.

* * *

Говорят, закон не дает земной жизни превратиться в ад. Да нет, закон всего лишь пытается так наладить жизнь в аду так, чтобы страдания распределялись более-менее справедливо.

*  *  *

Деспотизм есть бесчеловечность с человеческим лицом.

Демократия есть человечность с бесчеловечным лицом.

*  *  *

Человек — среда человечества.

* * *

Религия — опиум народа и нашатырь личности.

*  *  *

Одни ищут синюю птицу счастья, другие — синекуру.

*  *  *

Происхождение зла очень простое. «Что угодно, лишь бы не это!» — восклицает человек. Зло и есть это самое «что угодно».

*  *  *

Снисходительность — это садизм в отпуске. Толерантность — отпуск от садизма.

*  *  *

Враг — тот, кто ко мне приближается. Ближний — тот, к кому ближаюсь я.

*  *  *

Черчилль — гусар и афоризмы его гусарские. На самом деле, странно в юности не быть левым воинственным, а в старости не быть левым миролюбивым. А когда же быть правым, спросите вы? Кто лев, тот и прав!

*  *  *

Вклад общества в создание христианства ограничился распятием Иисуса, а рожало Иисуса не общество и не общество ходило за Ним по дорогам Палестины, не общество получило Духа Святого на Пятидесятницу.

* * *

Все животные равны, но некоторые животные животнее других.

* * *

Земля стоит на трех слонах, три слона на черепахе, а черепаха на сердце человеческом.

*  *  *

Догматизм есть догмат, переведеённый из диалога в монолог.

*  *  *

Любовь побеждает случайность необходимостью и необходимость случайностью.

*  *  *

Мы любим рассуждать о смысле зла, хотя зло по определению бессмысленно, как и всё бессмысленное есть зло. А надо бы рассуждать о смысле добра — смысл добра это и наш смысл, смысл всякой жизни. Добро отлично от счастья. Счастье — явление добра в моей жизни, добро — явление счастья в жизни чужой.

*  *  *

Свобода-для-себя без свободы-для-другого есть рабовладение. Свобода-для-другого без свободы-для-себя есть рабство.

*  *  *

Прагматик обычно оказывается марионеткой циников. Потому что прагматизм очень непрагматичен. Прагматичен идеализм, даже если это идеализм нациста или гебешника. Прагматизм подделывается под реальность, причём под реальность, которой нет. Идеалист творит реальность.

*  *  *

Ад —это безопасный рай.

*  *  *

Можно входить в положение другого, но нельзя в положение другого вламываться.

*  * *

Догматизм превращает веру в формулу, догмат превращает формулу в веру.

*  *  *

Любить свободу больше, чем деньги, безопасность и власть, и любить ближнего и Бога больше, чем самого себя.

*  *  *

Бог создал Монтеня не для того, чтобы отменить чтение Библии, но и Библию Бог создал не для того, чтобы отменить чтение Монтеня, а прямо наоборот.

*  *  *

Голгофа - это надёжная кочка в болоте бесчеловечности. Перепрыгивая от Голгофы к Голгофе, дойдём до твёрдой земли Царства Божьего.

*  *  *

Россия на Голгофе. Распинает Христа. Просьба не беспокоить.

* * *

Свобода это не то как я использую возможности, а то, как я веду себя в невозможном.

*  *  *

Открыть Америку легче чем открыть Колумба.

*  *  *

Ханжество благодарит Бога за то, что само украло, выгрызло, вырвало у другого с мясом.

*  *  *

Доктор Джекил и мистер Хайд - драма. Трагедия же: доктор Хайд и мистер Джекил. Врач, который днем плохо образован, равнодушен к больным, неумел врач ночью превращается в доброго любящего мужа и отца.

*  *  *

Вера появляется из доверия как бабочка из гусеницы.

* * *

Политический идеал: пить, как при диктатуре, а закусывать, как при демократии.

* * *

Капля не точит камень. Капля прокладывает себе дорогу к свободе.

* * *

Не нагибай, нагнись.

*  *  *

Молчание — часть речи, когда речь — часть личности.

*  *  *

Каждый учёный постоянно рискует заболеть учёностью. Невежды не рискуют даже этим. Творческое и критическое находится за пределами науки и её создаёт, а не создаётся ею.

* * *

Смерть Кощея — в яйцах его подданных.

* * *

Любовь как зерно: падает сверху вниз, а растёт снизу вверх.

* * *

Не слушайтесь — слушайте!

* * *

Гордыня — театр одного актера. Эгоизм — театр одного зрителя.

* * *

Держи забрало закрытым, а давало открытым!

*  *  *

Главный враг надежды не отчаяние, а ложная надежда.

*  *  *

Окружающая обстановка пытается нас окружить, но нельзя ей этого позволять.

*  *  *

Любовь опережает самого меня, потому что она не ждет, когда я дорасту до любви, любовь производит меня, а не ждет, когда я стану производить любовь.

*  *  *

Я не покончил с собой, следовательно, я существую.

*  *  *

У циника в душе пространство, у идеалиста простор.

* * *

Фанатизм считает верблюдом лишь того, кто сумел пройти через игольное ушко.

* * *

Девиз цинизма: «Всё г...вно, кроме г...вна».

*  *  *

Человек отличается от обезьяны не тем, что способен держаться прямо, а тем, что способен держаться прямее, чем может, должен и хочет.

* * *

Счастье напоминает о смысле жизни человека, несчастье — о смысле жизни человечества.

*  *  *

Интеллектуал вешает на клетку с тигром табличку «тигр». Интеллигент вешает на клетку с тигром табличку «клетка».

* * *

Плохой учитель — это учебник. Хороший учитель — наглядное пособие.

* * *

Кто ищет жизни — находит смерть. Жизнь находит тот, кто ищет смысл.

* * *

Распутство есть чудо хождения по кроватям.

*  *  *

Невозможно служить двум господам. А уж двум дамам!..

* *  *

Не среда определяет человека, а воскресение.

* * *

Афоризмы — опилки мышления.

* * *

Комплимент — это благословение с глушителем.

*  *  *

Явление русского народа Христу.

* * *

Заявление Христа народу.

*  *  *

Жизнь по инерции есть смерть. Самое важное открытие есть открытие возможности и необходимости совершать открытия.

*  *  *

Во Христе нет ни эллина, ни иудея, одни русские.

* * *

Ум глупца — его знамя. Ум умного человека — его бремя, стремя, семя и вымя!

* * *

Любовь даёт больше, чем должна, потому что любовь видит глубже, чем может.

*  *  *

Зачем падать духом? Духом надо нападать.

* * *

Уныние — это преклонение конечного перед конечным. Смирение — это преклонение бесконечного перед Бесконечным.

* * *

«Пацифизм хорош, пока на тебя не напали с оружием».

Верность жене хорошо, пока ты не оказался в командировке в одной комнате с главной красоткой отдела…

*  *  *

Честность хорошо, пока не появился случай слямзить пару лямов.

Правдивость хорошо, пока за правду не светит червонец.

Хорошо это хорошо, пока тебе не делают плохо.

* * *

Свобода человека есть свобода не быть человеком.

* * *

Меньше жрать и больше кормить!!!

* * *

Событие — зерно, бытие — урожай.

*  *  *

Интеллигент пытается соединить змеиную кротость с голубиной мудростью.

* * *

Мировая история – беременность, воскресение человечества – роды.

* * *

Вера говорит: «Не введи меня в искушение».

Рационализм: «Удержи меня от искушения».

Смирение: «Выведи меня из искушения».

Гордыня: «Введи меня в искушение. я его победю».

Искушение: «Только сегодня только для вас — два искушения по цене одного!»

* * *

Есть свобода тебя от других: можно быть свободным, даже будучи рабом. Есть свобода свободы от тебя: ты не можешь быть свободным, будучи рабовладельцем.

*  *  *

Человек – обезьяна, которая умеет прощать и просить прощения.

*  *  *

Со стороны виднее, как говорят вуайеристы.

*  *  *

Большое видится на расстоянии, как говорят эксгибиционисты.

*  *  *

Блажен муж блаженной жены.

*  *  *

Важна не буква закона, а цифра.

* * *

Каин убил Авеля за то, что у Авеля имя начиналось не с «К» и заканчивалось не на «н». За то, что был «не как все» — то есть, не был каином.

* * *

Смерть естественна, противоестественно умирать.

*  *  *

Любовь по определению сосредоточена на одном. Точно так же, по определению, нельзя вполне любить одного, если кого-то не любишь. Ненависть или хотя бы равнодушие к кому бы то ни было –  словно удавка на горле певца. Может, и не задохнётся, но звучок будет не тот.

* *  *

Вера от Бога, а не от привычки или среды. Вера неподъёмна человеку, но подымает человека. 

*  *  *

Мысли не ходят в одиночку. Они – столь же коллективное, сборное существо, как экипаж корабля, ножницы или радиоволны.

*  *  *

Только бездушные люди убеждены, что Бог только в душе.

*  *  *

Не Россией единой будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих.

* * *

Легче ли делать зло, чем добро? Легче, насколько легче быть мёртвым, чем живым. Труднее, потому что делать добро означает делать, а делать зло означает дурью маяться, что чуждо человеку как всякое небытие. Но, как говорили в XVII веке, «церковь близко, да идти склизко, кабак далеконько, ан доползу потихоньку».

* * *

В «пятнашках» чтобы фишки двигались, одна клетка должна быть пустой. Так и с адом. Ад должен быть, чтобы была свобода, ад есть, через ад проходят все и ад пустой.

*  *  *

Жизнь состоит из настоящих моментов, из не очень настоящих моментов, из моментов ненастоящих и из насквозь фальшивых моментов. Это не беда, важны пропорции. Смерть есть насквозь фальшивая жизнь.

* * *

Ненормально быть нормальным. Быть — вообще ненормально.

* * *

Что у коня стать, то у человека быть…

* * *

— Главное — не терять головы, — говаривал профессор Доуэль.

* * *

Надо смотреть правде в лицо. Потому что смотреть ей в разные другие места намного неприятнее.

*  *  *

Одного я знал человека, который умер под забором. Буквально. Отец Александр Мень.

* * *

Смерть одним самолёт, другим — парашют.

*  *  *

Для близкого к гибели все – ближние.

* * *

— Я буду иметь вас в виду, — сказал на прощание снайпер.

* * *

Всё не так плохо, как должно быть, и не так хорошо, как могло бы быть.

* * *

Для циника и яйцеклетка — всего лишь клетка.

*  *  *

Сделаем то, чего никогда не было, лучше прежнего!

Чтоб они злились: «Никогда такого не было, и вот опять».

*  *  *

У Моисея были рога, у Маркса копыта.

* * *

Жизнь —  это мороженое на палочке, и если мороженого нет, то этого не компенсировать размерами палочки. А если нет палочки, это не катастрофа, можно и ложечкой. Но сколько же несчастных считают, что жизнь это палочки и ложечки!

*  *  *

Лучше молиться сидя, чем ругаться, стоя на коленях.

* * *

Борьба за существование оправдана только, если борешься за существование ближнего.

*  *  *

Дух дышит, где Бог хочет быть Богом, бездушие — где Богом хочет быть человек.

*  *  *

Уныние разочаровано в Боге и в мире, а смирение разочаровано в себе.

* * *

Весь мир театр. Трагедия в том, что многие люди предпочитают в этом театре быть зрителями, гардеробщиками и гардеробщицами.

* * *

Единственная вполне безопасная жизнь — это смерть.

* * *

Человек — это обезьяна, не желающая быть обезьяной.

*  *  *

Стыд — это когда стриптизерша стесняется показаться одетой перед коллегами.

*  *  *

Бог стал человеком и нам советует поступить так же.

*  *  *

Слепой – человек, который легко находит чёрную кошку в тёмной комнате. Циник – слепой, который убеждён, что все кошки чёрные.

* * *

Театр абсурда не бывает театром одного актёра.

* * *

Гордость — несвежее смирение.

*  *  *

Соседство монологов не есть диалог.

*  *  *

Главная религия мира: монетеизм.

* *  *

Кулинарианство.

*  *  *

Икономыслие.

*  *  *

Прелюбодеизм.

*  *  *

Застоицизм.

*  *  *

Санкт-Ретроград.

*  * *

Селявив.

*  *  *

Не бойтесь конца света, бойтесь конца любви. 

* * *

Не меч пришли мы принести на землю, но превентивный ядерный удар!

*  *  *

Противники фанатизма любят книжку «Просто христианство». Идеал фанатика – многотомное издание «Сложное христианство».  А нормальное христианство не сложное и не простое, а непростое.

* * *

Кому свобода не мать, тому Бог не отец!

*  *  *

В пустом стакане полудохлая мышь. Уныние говорит, что стакан наполовину пуст, оптимизм — что наполовину полон. Уныние лечится отчаянием. У Екклесиаста в стакане две полудохлые мыши, но он в таком же отчаянии как Иов.

*  *  *

Счастье нельзя описать, а вот унюхать — очень легко. Счастье не предмет и не явление, счастье это запах жизни, как несчастье - запах смерти, зла, греха.

*   *  *

Не всегда есть выход, но всегда есть Исход.

*  *  *

Люди делятся на отдающих приказы и на отдающих приказы себе.

* * *

Опасны не ругающие Христа, а хвалящие Иуду.

* * *

Ханжа — это атеист, сказавший Богу «да».

* * *

С точки зрения отчаяния надежда — это экстремизм. В глазах цинизма вера — радикализм. Для озлобленности любовь — террор.

* * *

Не надо выбирать из двух зол. Зол намного больше. Добро — уникально.

* * *

Не может перо, выпавшее из хвоста орла, утверждать, что оно летает. Оно всего лишь опускается.

* * *

За последние четыре тысячи лет не было одомашнено ни одно животное! А сколько людей одичало!!

* * *

Антихрист учит превращать свободу в рабство, Христос превращает рабство в свободу.

* * *

Гомофобия — прямой путь в зоофилию!

*  *  *

Типичное воздыхание: «Надежда только на то, что эта власть долго не продержится».

«Надежда» — когда я что-то делаю и надеюсь, что это не впустую. Когда я ничего не делаю, а надеюсь, что зло само себя разорит, это не надежда, это… Это зло.

*  *  *

Последние слова Пушкина: «Жизнь прошла». Два раза произнёс. Прямая противоположность Чехову с его «их штербе» — «я умираю». Полярные описания одного и того события. Чехов — Туринская плащаница Пушкина.

*  *  *

Армия — это люди, которым другие люди заплатили, чтобы те убивали вместо них. Так евреи иногда нанимали неевреев делать вместо них какую-нибудь работу в субботу. Моя прабабушка в 1920-е годы звала мою маму зажечь свет в туалете — мама была пионерка, прабабушка считала её гойкой. Субботняя язычница, шабес-гойка. Военные — шабес-киллеры

*  *  *

Человек развивается от бабочки к куколке. Зрелость — гусеница. Старость — окукливание.

* * *

Страдания сами по себе ничего не решают. Если меня, великого грешника, изобьют в переулке хулиганы, я буду избитым великим грешником, только и всего.

* * *

Цинизм — это утопившееся отчаяние.

*  *  *

Встречи с Богом – не эксперименты в лабораториях. Они выражаются в текстах, но – не как отчёты о проделанной работе, о наблюдениях и выводах. Сами люди первоначально не понимают этой особенности религиозной жизни и пытаются сделать религиозную жизнь слепком с других сфер деятельности, где всё проверяемо, подчинено авторитету, где действуют механизмы коллективных решений, одобрений или наказаний. Это, может быть, самый опасный «антропоморфизм» — когда не Бога уподобляют человеку, а веру в Бога уподобляют Академии наук.

*  *  *

Любовь исключает суд? Да ни Боже ж мой! Любовь и есть суд – Страшный Суд, не когда-то там завтра, а сегодня, сейчас. Постоянный суд, обоюдный суд и взаимное прощение любящих.

*  *  *

Лучший способ подавить настоящий протест – профинансировать фальшивый.

*  *  *

Есть лишь одно настоящее доказательство существования Бога: Бог. Вот Бог, Он тут. Ну вот же Он! И это доказывает, что Он существует.

* * *

Человечество нуждается не в начальниках, а в человеках.

*  *  *

Буриданов осёл среди двух равных охапок сена — теория свободы. Два осла вокруг одной охапки сена — практика свободы.

* * *

Свобода заканчивается там, где начинается рассуждение о том, что хорошо для страны.

* * *

Деньги — лекарство нищих. Болезнь — лекарство нищих духом.

* * *

— Хорошо там, где нас нет, — каялся священник на общей исповеди.

*  *  *

Смерть — источник не равенства, а уравниловки. Тоталитаризм Ленина-Путина — обычнейшее неравенство, основанное на силе. Спорт есть организованное равенство уже потому, что в нем есть правила, закон, противоположный силе, основанный на добровольном согласии участников.

*  *  *

Не надо бояться того, кто скажет «Я знаю, как надо». Надо бояться того, кто скажет «Я знаю, как надо, поэтому дайте мне учить всех в обязательном порядке, а других учителей выгоните». Ведь кто-то действительно может знать, как надо, но как раз такие люди не распихивают других.

*  *  *

От смешного до великого — тоже один шаг.

*  *  *

Любимая работа — как любимая женщина. Сто раз подумайте, нужна ли вам любимая работа! Она не даёт спать, она всё переворачивает вверх дном, она пожирает все силы, распугивает друзей и не оставляет времени на выпивку. Никакого отпуска — в отпуске вы остаётесь с любимой работой наедине. Хуже любимой работы ничего нет — кроме её отсутствия.

*  *  *

Достоинства куриц измеряются яйценоскостью, достоинства царей — венценоскостью.

*  *  *

Свобода диалогична. Моя свобода – ответ на чужую свободу, и в отрыве от чужой свободы моя свобода вянет, увы. 

* * *

Мазохист тоже человек! Чего нельзя сказать о садисте.

*  *  *

Со смирением несовместимо одно — смирительная рубашка, и неважно, на ближнего или на себя надевается эта рубаха.

* * *

Свобода это когда впереди больше, чем позади.

*  *  *

Мало не быть рабом. Надо не иметь раба.

* * *

Религия восхищается силой Бога, вера — Его же бессилием.

*  *  *

Счастье – побочный эффект осмысленности жизни, только вот осмысленность бывает кажущаяся, а счастье настоящее.

* * *

Свобода всегда есть свобода и для зла, хотя зло мешает свободе, а не является её непременным условием.

* * *

Война — гибридный мир. Похоть — гибридная любовь. Ложь — гибридная правда. Блуд — гибридный брак. Ненависть — гибридная доброта. Боже, милостив буди мне, гибридному!

*  *  *

«Меня, прежде чем посадить, надо выкопать». Ерофеев. Ерофеев — это Чехов воскресший и поспешивший обратно в могилу.

* * *

Война может быть справедливой для одной из сторон, но ни одна из воюющих сторон не может быть справедливой.

* * *

Для верующего Бог — крыша, для фанатика  — зонтик.

* * *

В 1570-е годы польский мастер, не поставивший подписи, изготовил часы (теперь в Британском музее). Циферблат расположен горизонтально, на нем стоит фигурка бродяги с котомкой. Рядом крестьянка доит корову. Внутри коровы механизм, воспроизводивший звуки льющегося молока, ритмично, в такт секундам. Фигурка крутится, человечек показывает палкой на время. Время — струйка молока из вымени невидимой коровы! Не давай ему застояться, вымя может воспалиться! Человек рождён, чтобы выдаивать время из вселенной, и удои бывают у всех людей разные. История — надоенное время. Вечность — выдоенная вселенная.

*  *  *

Идейная обслуга самодержавия шьёт платье для голого короля. Идейная обслуга тоталитаризма — для голых подданных.

* * *

Грех —это дым без огня.

* * *

Не надо бояться, что чужое слово сильнее своего слова! С этого страха начинается деспотизм.

*  *  *

Нет никакой «свободы кулака», которая-де заканчивается там, где начинается лицо другого или кулак другого. Кулак — проявление несвободы, желающей уничтожения свободы.

*  *  *

Моя свобода не заканчивается там, где начинается свобода другого. Свобода безначальна и бесконечна. Встретив чужую свободу, моя свобода радуется: свободы стало больше.  Свободы соединяются, не сливаясь, и нераздельно помогают освобождению мира от бездушия и смерти.

* * *

Грех — ложь, лукавство, обман, от алкоголизма до казнокрадства и войны — считают способом жить. Но грех это не образ жизни, это образ смерти. Говорят «не мы такие, жизнь такая», а надо-то говорить «не мы такие, смерть такая».

*  *  *

Асимметрия между правыми и левыми: я знаю много правых, которые хотят выглядеть левыми, но не знаю ни одного левого, который бы хотел казаться правым.

* * *

Проповедующий несвободу уже раб, а иногда уже и рабовладелец, так проповедующий свободу уже свободен и уже обладает тем, что кажется недостижимым идеалом.

*  *  *

Трамп говорил о патриотизме, Ленин о коммунизме, Гитлер о мире, Робеспьер о свободе, Торквемада о Боге, Каин о братолюбии. Людоеды особенно заботятся о соусе.

* * *

Свобода есть терпеливое отношение к чужой свободе и нетерпимое отношение к чужому рабству.

* * *

Выбор греха приводит к отсутствию выбора.

*  *  *

Разница между пророком и циником как между причастием и пьянкой.

*  *  *

Человек – эхо Божие, способное вернуть больше, чем услышало.

*  *  *

Жизнь – не телега! Жизнь – поле, до которого доехала телега и выходим. Выходим в любовь. Тогда и становится ясно, что нет деления на ближних и дальних, самарян и иудеев, мужчин и женщин, нет деления на породы и национальности, и любая классификация людей, где в одной ячейке больше одного – ученические каля-маля. Каждый – сам по себе. В том и смысл, что так, как я могу любить, никто больше любить не может, но я могу любить как я только, если я люблю другого.

* * *

Свобода есть единство, — девиз антихриста, девиз же Христа — свобода есть вера. 

* * *

Право атеиста на кощунство я буду отстаивать с кадилом в руке!

* * *

Заговор ведёт к свободе заговорщиков, разговор ведёт к свободе человечества.

* * *

Тебя ударили по правой щеке? Это был буддист, упражнялся в хлопке одной ладонью.

* * *

Смирение не в том, чтобы не бороться со злом, а в том, чтобы бороться со злом смиренно.

* * *

Политика — это сексуальная жизнь свободы.

* * *

Кесарю — кесарево сечение.

*  *  *

Крест – не свобода, но свобода – это крест.

*  *  *

Красноречие это хорошо, но красноречие – как музыка, которая состоит из тишины, украшенной звуками. Красноречие состоит из молочно-белого молчания, которое иногда вспыхивает словами. Этим молчанием молчал Иисус, когда Пилат стёбно вопрошал, что такое истина. Перед односельчанами Иисус распинался, а перед распинающими Его молчал – и учеников Он послал проповедовать Воскресение «до концов земли», то есть, «куда Макар телят не гонял», а не к Пилату и не к Синедриону, хотя оные были совсем под боком.

*  *  *

Необразованные людоеды считают себя волкодавами.

Образованные людоеды считают себя борцами за свободу, стреляющими в орду вооружённых рабов.

* * *

Армия вся – одна большая ахиллесова пята любой страны. Людей учат убивать не по своей воле, а по чужой, и достаточно заменить кукловода, и армия переходит к кукловоду. Бывает, что генералы становятся правительством, но это же просто смена фигур, а схема остаётся прежней, только в роли кукловода марионетка покрупнее. Доротея превращается в Пигмалиона, тень в хозяина.

*  *   *

Повернуться к Богу собой, а к ближнему Богом.

*  *  *

Нет безнравственных – есть падшие и есть падшие, пытающиеся подняться. Ваньки-встаньки и ваньки-лежаньки.

*  *  *

Строительство демократии такое же безнадёжное дело как строительство Церкви. Разница та, что демократию строишь ты и сам определяешь скорость и размах, а Церковь сама себя строит, твоё дело только вцепиться в Бога и стараться не соскользнуть. Зато строительство демократии это одна головная боль, а строительство вечности само по себе если не удовольствие (хотя и удовольствие), то очень, очень бодрит, а иногда и наслаждает.

*  *  *

— В жизни всё надо испробовать, — сказал Сократ и отхлебнул цикуты.

*  *  *

Дом свободы надо строить на качестве, а не на количестве!

*  *  *

Человеку, которого я обидел, не воздать ни деньгами, ни добротой. Обида – не просто шрам, обида – землетрясение, и виноват не обидевшийся, а обидевший (примечание, извините, для нас, русских, с нашей дьявольской поговоркой "на обиженных воду возят" – мол, я тебя бью, так двигайся быстрее, а не обижайся, козёл ты эдакий). Никакое воскресение не излечит понесённой обиды, никакое утешение. Кроме утешения Духа, которое, однако, не нами выдаётся, так что нечего на него рассчитывать, а надо не обижать – и точка.

* * *

Судить о Церкви по лицемерам и фанатикам — как судить о политике по политиканам и политологам или о вине по продавцам и пьяницам, о социализме — по национал-социалистам и социологам.

* * *

Волков бояться — в церковь не ходить! Человек человеку известно что. Бог, однако, в церковь ходит. Не потому, что могучий и бесстрашный, а потому что любящий до смерти и воскресения.

*  *  *

Свобода или смерть — не выбор. Выбор всегда между своей свободой и чужой смертью. Не между «я убью и освобожусь, либо не убью и останусь рабом», а между «ради меня убьют и освободят меня» и «лучше я останусь рабом, чем убью или прошу убить ради меня». Именно это означает «раб Божий». «Раб, призванный в Господе, есть свободный Господа; равно и призванный свободным есть раб Христов» (1 Кор 7:22).

* * *

Аполитичность заканчивается там, где спрашивают, неужели нельзя обойтись без политики.

* * *

Сомнения — пена, из которой рождается вера.

* * *

Наука — шпалы, вера — рельсы, человек — машинист поезда, человечество — пассажиры.

* * *

Почему государство может и должно обеспечивать людей хлебом во время голода, но не может и не должно обеспечивать духовным хлебом? Потому дух свободен, а желудок нет. Человек не выбирает, будет ли он питать тело органикой или неорганикой, а чем питать дух — выбирает. «Духовная смерть», в отличие от физической — это метафора, никто никак не может доказать, что питание сатанизмом ведёт к духовной смерти, а православием — наоборот. Поэтому государство не имеет права вмешиваться в духовную жизнь. Отсюда и концепция свободы совести, собраний, печати. А свободы питания не существует, питаться должны все, но не все должны собираться, молиться, писать и читать, а кто и что хочет. Насколько речь идёт не о детях.

*  *  *

На стуле и в поле, в одиночку, вдвоем и в толпе, в болезни и в браке, в пьянке и в похмелье, на брачном ложе и на смертном одре – всегда давать больше, а брать меньше, чем следовало бы по норме. Вот это жизнь! 

* * *

Человек —  воплощённая свобода, двуногая и с аппендиксом.

*  *  *

Победа — тень войны. Враг нападает, человек защищается и побеждает. Не было бы нападения, не было бы победы. Только, как в «Тени» Андерсена, тень лишь отражение напавшего, а победа — это когда тень становится больше напавшего и уничтожает его. Победа отвратительна в своей радости, пропитанной кровью погибших и своих врагов, и просто своих, кошмарна в своей мстительности и слепоте.

* * *

Воскресение — обретение своего. Ад — потеря украденного.

* * *

Путь к свободе не через безопасность (это ложный путь), а шагнуть к свободе, ликвидировав и музей безопасности, и академию безопасности, и службу безопасности. Без них будет намного безопаснее.

* * *

Есть четыре совершенно разных демократии.

Демократия — возможность выбирать, кто мной управляет.

Демократия — возможность выбирать, кто мне служит.

Демократия — возможность выбирать, кем я буду управлять.

Демократия — возможность выбирать, кому я буду служить.

Этим демократия и хороша — выбирай, какая демократия тебе по душе. Или комбинируй в разных пропорциях.

Деспотизм всегда один. Но не одинёшенек, к сожалению.

* * *

— Учитель, ты объяснишь Закон Божий за время, которое ты можешь простоять на одной ноге? — спросил один юноша великого  учителя Параллеля.

— На левой или на правой? — ответил Параллель. — Объяснения ведь будут разные.

*  *  *

Любить Бога означает жить в мире, где решения принимаются не по учебникам этики, даже не по заповедям Божиим, а подпрыгивая на одной ножке, взявшись за руки с Ним, Любимым, и со всеми людьми, которых Он ведь держит так же, как и меня.

*  *  *

Гибель людей на войне, от агрессии — огромное горе.  Но горе должно обострять стремление к разуму и ясности, к миру и человечности. Иначе оно прибавит к чужой смерти свою — умственную и нравственную. Я за скорейшее прекращение любой войны, любых боевых действий. Чтобы не гибли люди. Да, я за вывод войск России из всех стран, где они находятся, но я против войны. Если кто-то захочет воевать, чтобы освободить меня из-под пяты Кремля, я скажу: лучше оставьте меня под пятой, чем от выстрела или снаряда погибнет хоть один человек. Военный или штатский, неважно. Человек. Случайно или целенаправленно его убьют, неважно. Моя свобода не стоит смерти ни одного человека, хоть моего возможно освободителя, хоть моего рабовладельца.

*  *  *

Страдание само по себе – как книга на иностранном языке. Знаешь этот язык – поймёшь смысл книги, не знаешь – только ожесточишься: зачем на меня эта тарабарщина свалилась, и без неё тошно было! Вразумляют человека не обстоятельства жизни, а Дух Божий, стоящий за этими обстоятельствами, спасает не знание обстоятельств, а знание Духа.

*  *  *

Вера есть любовь к Богу, а не любовь к религии.

* * *

Между «не убий» и «подставь щёку» такая же разница как между объявлением о концерте и самим концертом.

* * *

Собственность вовсе не есть кража, как речь не есть рычание. Не все крупные современные состояния нажиты нечестным путём. Демонизировать капитализм так же иррационально как идеализировать его.

*  *  *

«У меня стокгольмский синдром» — второе самооправдание негодяев.

* * *

Свобода приходит нагая, а уходит голая.

*  *  *

Лезущий вне очереди уже убил очередников в сердце своём. 

*  *  *

Другой не ад и не рай, другой - воскресение.

* * *

Компас совести должен показывать строго в небо, а не на ближайшую выгребную яму.

*  *  *

Любить врага так же разумно как покупать поле, на котором закрыт клад.

*  *  *

Ненависть не видит даже того, что видно, любовь видит невидимое.

*  *  *

Религия опасна, потому что усиливает не только положительное в человеке, но и отрицательное – как вино, как увеличительное стекло. Покаяние и есть единственный человеческий способ бороться с этим. Прощение – способ божественный. Поэтому Иоанн Предтеча призывал к покаянию, Иисус – к прощению.

*  *  *

Не убий. И во имя сеяния разумного, доброго и вечного тоже не убий. Поле танками не пашут.

* * *

Культурный человек признает, что людоед — носитель культуры, пусть своеобразной. Людоед же считает лишь свой образ жизни — культурой, а того, кто не ест людей, полагает существом бескультурным и бесчеловечным.

*  *  *

Если ты 30 лет общаешься с человеком, и он перед тобой преклоняется – ты сволочь, а не он дурак!

* * *

Рабство — это успокоившаяся свобода.

* * *

Да здравствует одностороннее ядрёное разоружение!

Ну и ядерное, само собой.

*  *  *

Евангелие от Мрака начинается словами: «В начале был Приказ. Приказ был богом, и бог есть Приказ. По образу своему бог создал Распоряжение, подумал, и из Распоряжения изготовил еще Указание. Распоряжение роди Повеление, Повеление роди Предписание, Предписание роди Декрет, Декрет роди Манифест, Манифест роди...»

* * *

Воскресенье — это ожившая суббота.

*  *  *

Некоторые политики — герои сразу двух сказок Андерсена. Тень голого короля.  Их избиратели — матрасы под солдатом на горошине.

* * *

Конформизм не в том, что тысяча слепых соберутся и прокричат, что Солнце квадратное, а в том, что один зрячий скажет: «Солнце квадратное, раз тысяча слепых так думают».

* * *

Ложь — булыжник номенклатуры.

*  *  *

Люблю родной язык за нюансированность. «Так!» означает одно, «так-так» другое, а «так-перетак!» совсем другое.

* * *

Творчество — одежда свободы.

* * *

Идти на поводу у порока легче, чем у добродетели, потому что добродетель никого на поводок не сажает вообще.

*  *  *

Бедняки измеряют мир сантиметрами: монетки, банкноты, уровень пива в стакане, длина отрезанного хлеба и колбасы.

Средний класс измеряет мир квадратными метрами квартир и сотками дач.

Элита измеряет мир квадратными километрами поместий.

Элита, конечно, уверяют, что меряет мир связями, перспективами, мультипликаторами. Но поместья, острова и квадратные километры прикупает.

Ещё есть учёные и добрые люди. Иногда они совмещаются в одном человеке. Учёные и верующие не меряют мир, они изучают мир и творят мир.

*  *  *

Самооборона, насилие, агрессия, война, — всё это разные формы перехода внутренней несвободы во внешнюю.

* * *

Свободу-для-себя можно купить войной, убийством врагов, разгромом другого. Но свободу-для-всех можно купить лишь миром.

* * *

Патриот говорит с горечью: «Нет пророка в своём отечестве», националист — гордостью: «Нет порока...».

*  *  *

Фанатизм — бегство от себя к Богу.

* * *

Никакого рабства в крови не бывает. Бывают свободные люди в свободной стране, несвободные люди в несвободной стране, несвободные люди в свободной стране и свободные люди в несвободной стране. Пропорции свободы и несвободные разные и в людях, и в странах, но контрольный пакет всегда либо за свободой, либо за несвободой. Несвобода есть железный занавес, свобода есть бархатный занавес. Железный занавес куется посторонним, бархатный занавес ткётся каждым самостоятельно из жгучей крапивы. Различие определяется опытным путём: свобода общается, несвобода не общается или имитирует общение.

*  *  *

Чтобы победило добро, не нужно учиться помогать меньшему злу, наблюдать за меньшим злом, стараться, чтобы меньшее зло было совершеннее. Нужно изготавливать добро, а не кривиться: «Фи, изготовление добра это политика!»

* * *

Да здравствуют разрешённая свобода, доказанная вера и Квадратный Колобок!

* * *

Вера — вода, утоляющая жажду духовную. Религия же — пустое дело! Пустое как пузырьки газа в газированной воде. Вера без религии — как газированная вода без газа. Религия без веры — газовая атака живых мертвецов.

* * *

Свободейство. Свободеяния. Свободеи исповедуют свободеизм и не приемлют свободачества, свободоблудизма и свободоложства, но терпят служебное свободство и свободство декоративное. Любимая наливка свободеев: горькая свобоводка, настоенная на незавишнях.

* * *

Возлагать на государство заботу о нравственности, вере (и о многом другом, но об этом — точно), — всё равно что выпекать хлеб в сталеплавильной печи.

*  *  *

Либо гарантии, либо общение, вот в чём суть человечности, вот почему общение такое удовольствие – в нём есть и риск быть обманутым, и риск обмануть себя и других, и возможность прорваться к истине поверх чужих и собственных предрассудков – не только к истине неосязаемой, но и к истине живой и осязающей тебя.

* * *

Воскресение без Голгофы было бы подлостью.

* * *

Простить можно лишь того, кто может умереть, поэтому государство прощению не подлежит.

*  *  *

Диктатура – педаль тормоза, которая возомнила себя педалью газа.

* * *

Грех это смерть в розницу.

*  *  *

Античность c мечом и молнией в руках спасителя, христианство с книгой в руках Спасителя. Античность это змеи, увенчивающие голову Медузы Горгоны, обороняющаяся змеями, христианство это терновый венец.

* * *

Свобода не предмет для игры, она не для того, чтобы почёсывать промеж лопаток. Свобода рождается не в игре (хотя свобода рождает игру), свобода рождается в верности и творчестве.

*  *  *

Крест сломал позвоночник коллективизму. Коллективизм не вынес тяжести Креста. Суть коллективизма выразил Каиафа: «Лучше погибнуть одному, чем многим».

* * *

Легче исцелить бесноватого, чем рассказать об исцелении бесноватого так, чтобы все захотели исцелиться от беснования.

* * *

Христианин может и должен быть коммунистом, как христианин может и должен иметь аптечку и знать, как делается искусственное дыхание. Коммунизм — это скорая помощь, это организация жизни в экстремальной ситуации. Именно об этом Фома Аквинат, писавший, что во время голода или пандемии право частной собственности может быть ограничено ради общего блага. Ложь коммунизма Маркса в изображении мира как находящегося в экстремальной ситуации постоянно, с утра до ночи, причём это базовое состояние мира, навсегда.

*  *  *

Пространство любви как пространство Кэрролла: нужно постоянно бежать, чтобы хотя бы оставаться на месте.

* * *

— Пар выпускать тоже надо уметь, — сказал паровоз.

*  *  *

Тоталитаризм есть приучение верблюда к жизни в игольном ушке. На первой стадии — Ленина и Сталина — в основном занимались верблюдом, обтёсывая горбы, копыта, выдёргивая конечности, язык, выдавливая глаза. На второй стадии — с Хрущёва до Путина и далее — стали потихонечку расширять игольное ушко.  Для себя прежде всего, не для верблюда, конечно, хотя и верблюду по мелочам перепадает, вроде конвертируемости рубля и поездок за границу без утверждения на партбюро.

*  *  *

Разница между наукой и техникой - как между султаном и гаремом.

*  *  *

Увидеть в любимом «обычного человека» означает не встать на широкий путь разлюбления, а прорваться на горную тропку головокружительной любви к невозможному – единственному во множественном, неповторимому в повторимости. Только тогда, между прочим, станет возможна и настоящая, не нарциссическая любовь к себе. Но это так, мелочь, бесплатное приложение к воскресению и вечности.

*  *  *

Человек купил компьютер, распаковал, включил, сел. Открыл программу для сочинения текстов. Сидит.

Каждый день подходит и сидит пару часов.

По выходным сидит 8, а иногда и 10 часов.

Часто жалуется знакомым, что ничего не написалось.

— А ты что писал?

— В смысле? — удивляется человек. — Я сижу, усердно сижу.

Таковы и многие оппозиционные движения современности. Только там ещё уповают на то, что сидят перед компьютером не поодиночке, а коллективно. Соборно не ударяют по клавишам.

Это, кстати, лучше чем ломать компьютер и  топором бить по головам окружающих. Но всё равно пустота.

И в религии такое бывает, и в науке, и даже в бизнесе. А уж в интимной жизни...

* * *

Атеисты ошибаются: от бессилия не выдумывают Бога, а обожествляют государство. И веруют в государство как в Бога не только верующие.

*  *  *

Подросток от коллективизма навязанного извне спасается коллективизмом, который сам создает.

* * *

Христианин в органах государственной власти как лошадь Калигулы в римском сенате. Главное: удержаться и не заржать.

* * *

Дурная власть — не попущение Божие, а упущение человеческое.

*  *  *

Не так трудно найти истину между крайностями, как понять, где крайности. Ленин и Муссолини, Гитлер и Сталин не крайности, истина не в среднем арифметическом разных тоталитаризмов. Не крайности суеверие и безверие, скопчества и распутство, даже сигареты и водка, не говоря уже о мужчине и женщине.

* * *

Самые людоедские предложения в отношении арабов, которые топчут «нашу израильскую землю» — от уроженцев какого-нибудь Урюпинска, которые умудрились уехать в Палестину. Самые поносные оскорбления в адрес «латиносов», которые пытаются проникнуть в США, не брезгуя самыми «подлыми» способами — от, представьте себе, уроженцев того же Урюпинска, которым посчастливилось прорваться не в Израиль, а в США. Если урюпчанин осел в Париже, то обличает «грязных вонючих алжирцев». Если же урюпчанин не смог вырваться из Урюпинска, он обличает и арабов, и евреев, и американцев, и москвичей, и всех-всех-всех...

* * *

Одна из редко упоминаемых заповедей порядочности: не рассказывать о своих неприятностях.

Война и тут всё портит. Чтобы получить убежище, нужно рассказывать о своих неприятностях. Чем эти неприятности меньше, тем больше нужно о них рассказывать. Если у человека бомба уничтожила дом, много говорить ему не надо. Голосят те, кто получил анонимный звонок или интернет-письмо с угрозами или хотя бы с оскорблениями.

* * *

Зло — от упования на зло как средство борьбы со злом.

*  *  *

Доброе слово и призыв защитить чужую жизнь могут больше доброго слова и угрозе вашей жизни. На призыве «любой ценой спасти жизнь человека» основаны и борьба с абортами, и войны Кремля, и бомбёжка Хиросимы и Нагасаки, и украинские спецоперации. Цигель-цигель, дети гибнут, не до подробностей, надо запретить, посадить, разбомбить, разбираться будем после запрета, ареста, бомбёжки! Антихрист будет торопить спасти жизнь ребёнка и всего человечества. Ад — это состояние человека, осознавшего, что он согрешил напрасно и ничьей жизни не спас, а своей повредил.

* * *

Я за свободную покупку оружия, безо всяких справок и ограничений. Убивает не оружие, а люди, которые его употребляют. Я за свободную покупку наркотиков. Убивают не наркотики, а люди, которые их употребляют.

Я против изготовления оружия и наркотиков. Не изготавливать и не продавать. Не запрещать — просто каждый не изготавливает и не продаёт.  Смотреть на тех, кто изготавливает, продаёт или покупает оружие и/или наркотики так, чтобы они поперхнулись и бросили это занятие.

Это вполне реально — ведь воспитываем же мы детей так, что те ходят на двух ногах, а не на четырёх.

Пока же мы воспитываем детей так, чтобы они были всегда готовы к самообороне вплоть до атомной бомбёжки.

*  *  *

Свобода любой страны, любого человека только начинается с их освобождения от угнетения, а становится совершенной, когда свободными становятся все вокруг.

*  *  *

Юность трепещет и нервничает от шведского стола будущего. Столько всего можно попробовать! А вдруг мне не достанется?

*  *  *

Миллионы людей кричат: «Не критикуй! Не называй подлецов подлецами! Будь добрее! Не раскачивай лодку! Не гони волну!»

Миллионы людей кричат: «Мы бедные и несчастные! Нас обдирают как липку! Пошлите денег, армию и волшебников, чтобы мы зажили хорошо!!!»

И вы знаете? Это одни и те же миллионы!

*  *  *

Прежде, чем сказать горе: “Иди ввергнись в море” — подумай об охране окружающей среды.

* * *

Десять заповедей — как десять пальцев. Соблюдая их, можно начать жить, и жизнь это будет очень разная. Кто десятью пальцами сделает два кукиша, а кто — статую Давида.

*  *  *

Счастье любви в том, что нас любят не по нужде, нашей или чужой, а от полноты.

* * *

На реках Вавилонских тамо седоходом, и плакахом, на вербиях посреде их повесихом органы безопасности наши.

*  *  *

Вечно жить означает вечно не убивать.

*  *  *

Вера с доказательствами веры — как раб с золотым ошейником, на котором написано «свободен».

* * *

Рабство —  свобода, которую забыли помыть.

*  *  *

Бойтесь людей, которые спрашивают с недоумением, а от чего их надо спасать, чего Бог пузырится с этим Христом. Это как раз те, от кого надо спасать окружающих, кто за одного погибшего «своего» постарается укокошить десятка три «чужих», кому весь мир заложник, а отечество закуклившееся в себе село.

* * *

 На свободе слова отыгрываются те, кто боятся вступить в бой с настоящими противниками, начиная со своих начальников, лидеров, чиновников.

*  *  *

Обобщи любовь до любви к Богу – выйдет религиозное ханжество. Обобщи любовь до любви к ближнему – выйдет безрелигиозное ханжество. Так что не обобщай – люби.

* * *

Лозунг гомофобии: «Лучше двуполая ненависть, чем однополая любовь!»

* * *

Если бы у Христа был триллион долларов, сколько бы набежало поплакать у Голгофы!

*  *  *

Между болезнью и грехом такая же разница как между здоровьем и святостью. Здоровых много, святых мало. Болезнь — обстоятельство, в суде признаваемое облегчающим даже грех, грех — обстоятельство, отягчающее даже добродетель.

* * *

Изнутри человека распирает его свобода, а свобода других давит на человека снаружи. Свободен тот, кто не позволяет себе воспарить, не позволяет себя задавить, а вдыхает и выдыхает свободу, как вдыхает и выдыхает воздух.

* * *

Обезьяна стала человеком, потому что отложила палку в сторону.

*  *  *

Иногда видеть свет означает уйти от ледяного света в глубину, как Дюймовочка, чтобы потом другой вынес тебя на весенний свет Божий…

* * *

Человек, отвергающий всякие религиозные формы и проповедующий «веру в глубине души», должен и квартиру свою раздать нищим и поселиться на улице.

* * *

Найти смысл жизни легче, чем искать смысл в бессмыслице.

* * *

Чем ты невидимее, тем лучше видишь, а замечать важнее, чем быть замеченным.

*  *  *

Именно в момент неудачи человек, если он еще не совсем изолгался, способен выслушать горькую правду о себе и усвоить ее, а не оборониться от нее шуточкой или ложью. Но правду это он должен сказать себе сам, а потом прошептать Богу.

*  *  *

Паралич скотства лечится параличом молитвы и, если Дух Божий сочтет нужным, превращается в то, что противоположно параличу — в неподвижность благодати.

*  *  *

Нищий духом отдает кошелек нищему материально. Нищий душой отдает кошелек киллеру или солдату, чтобы тот убил врага.  

* * *

У верующего должны быть связи (Церковь), характер (Дух) и деньги ( вера).

* * *

Драма свободы — не в соперничестве моей свободы с чужой свободой, а в соперничестве моей свободы с моей же любовью. Свобода и любовь равно ускользают от определения, но у них есть важная общая черта: непреодолимость. Если уж человек полюбил, если уж человек захотел быть свободным, то он переживает это и как открытие самой сути себя, и как нечто, обрушивающееся на «я» извне подобно грозе. Человек несвободен быть свободным.

* * *

Вечность и сытость несовместимы.

*  *  *

Рай не для большинства и не для всех. Рай – для каждого.

* * *

«Христос воскресе!» — сказал один Кощей Бессмертный другому Кощею Бессмертному.

— А нам-то с тобой какая разница? — резонно возразил тот.

*  *  *

Любовь Божия беспредельна, кто раз ощутил её – знает, что она материальна более, чем любой камень и любая энергия, она густа и мощна. Такая среда тысячекратно увеличивает малейшее наше движение. Вот почему, такое значение в Боге приобретает столь жалкое явление, как наше «да», сказанное в крещении, наши слабосильные молитвы, наши бездушные благодеяния. Так раскаты эха зависят не от мощи человеческого голоса, а от того, где именно сказано нами слово – в каком ущелье, среди каких гор. 

* * *

Христос воскрес, а цинизм даже и умереть не в силах.

*  *  *

Знание закрывает пробелы, понимание открывает горизонты. Знание – словно частицы, понимание – накрывает человека словно волна и выносит в неизведанное.

*  *  *

У сатаны глаза того, кто на сатану смотрит.

* * *

Свобода процентов не приносит. Можно накопить деньги, нельзя накопить свободу. Материальный ресурс долговечнее духовного, но и не так важен для собственно человеческого в человеке. Поэтому было бы расизмом и/или цинизмом думать, что Англия свободная страна, потому что там 800 лет ухаживают за свободой как за газоном, а Россия обречена на рабство. В любой момент и Англия может стать Северной Кореей, и Россия может стать демократической страной. Молекулы воды не могут вдруг устремиться в одном направлении и вылететь из стакана, а люди не молекулы - могут. Была бы идея, было бы желание. Отрицать возможность свободы означает оправдывать прежде всего не чужое рабство, а своё - а иногда своё рабовладельчество, что просто подло.

*  *  *

Возможен социализм без ГУЛага. Возможна Россия без Лубянки. Возможно христианство без инквизиции. Невозможна только армия без непреклонной воли к убийству.

*  *  *

Искушение, соблазн, провокация, вызов... Эйштейн говорил, что Бог не искушает, хотя испытывает (можно так перевести тяжеловесное немецкое «Herr Gott ist raffiniert, aber boshaft ist er nicht» (оюычно переводят «Господь Бог изощрён, но не злонамерен»). Чем искушение отличается от испытания? При испытании есть выбор: вот пропасть, вот веревочный мост через пропасть, а вот дорога в противоположном направлении, и ещё дорога, и ещё. Но только на другом краю пропасти плачет ребёнок. При искушении выбора нет: никто не плачет, никаких пропастей, просто на обочине каждой дороги стоит... Ну, кого что искушает? У кого-то бутылка водки, у кого-то женщина, у кого-то мужчина, у кого-то книжка, у кого-то просто диван.

* * *

Грехи бывают смертные и бессмертные, большие и маленькие, жёсткие и мягкие, квадратные и круглые, ведомые и неведомые, вольные и безвольные, вонючие и благоуханные, первичные и серийные, мужественные и женственные, высокие и низкие, длинные и короткие. Только чужих грехов не бывает.

* * *

Зло это добро без Бога.

*  *  *

В школе мы изучали круговорот воды в природе, но главный круговорот – Божьей любви. Она идёт через нас к людям и неведомыми нам путями возвращается к Богу – и вновь к нам, непрестанно поддерживая жизнь во всем сущем и побуждая повторять слова псалма: «Он сойдёт, как дождь на скошенный луг, как капли, орошающие землю» (Пс 71.6).

* * *

На поле насилия умные, добрые и честные всегда проигрывают глупым, злым и бесчестным. Не надо даже и начинать состязание. Давайте играть на поле ненасилия, добра, мира. Не танки, а голосования. Не баррикады, а пикеты. Не зажигательные коктейли, а программы и пропаганда

* * *

Свобода с точки зрения зла есть тюрьма.

* * *

Кесарю — кесарево. Пусть подавится.

* * *

— Только по случаю Пасхи, — шепнул Иуда. — Исключительно из уважения к вам. 29.99!

* * *

Бог на осле — чудо, ослы на Боге — норма…

* * *

Всякий закон dura, но не всякая дура — закон.

* * *

Будущее хорошо видит тот, кто видит вечность.

* * *

Человек призван быть не чудотворцем, а чудом.

* * *

Нападая на другого, всегда выскальзываешь из тех жалких лоскуточков, которые прикрывают твоё безобразие.

* * *

— Главное не победа, а участие, — сказал Гитлер перед смертью.

*  *  *

Постится не постящийся, не тот, чьи мысли о еде, а тот, чьи мысли о Творце.

* * *

Человек судится не по тому, подставил ли он щёку ударившему его всесильному оккупанту, а по тому, дал он побеждённому оккупанту пожизненный срок или на полвека меньше.

*  *  *

«Предоставьте мёртвым хоронить своих мертвецов» — негатив. Позитив будет такой: «Жив тот, кто делится жизнью с живыми».

* * *

Евангелие — валентинка, написанная кровью.

*  *  *

Из слов Иисуса «Я — заботливый пастух», Эйнштейн сделал вывод: «Чтобы быть Божьей овцой, надо прежде всего стать овцой». На самом деле, Иисус сказал: «Римляне учат, что человек человеку волк, а человек человеку — овца».

* * *

Можно сострадать любому человеку, кроме того, кто требует сострадания.

Иов, что любопытно, не требовал у друзей сострадания или помощи. Он требовал объяснений, да не от друзей, а от Бога.

Выдуманный персонаж, скорее всего. Реально страдающий человек так себя не ведёт, а просто тихо мучается. Книгу Иова написал, скорее всего, один из друзей Иова и этим проявил своё сострадание Иову.

* * *

Грех делает человека лилипутом, добродетель — ребёнком. Разница та, что лилипут не растёт.

* * *

Нет греха безответственности. Есть лишь грех безвопросности. Безответственность есть преимущественно грех начальников, которые руководят, не задавая вопросов.

* * *

Между политикой и политизированностью разница такая же, как между бегущим тараканом и тараканом, который лежит на спине и беспомощно шевелит лапками.

* * *

Любой флаг — фиговый листок на каком-то грехе.

* * *

Свобода и вседозволенность это как любовь днём и любовь ночью.

* * *

Неудачи верующих охраняют свободу неверующих.

* * *

Вы уж либо латы снимите, либо крестик наденьте.

* * *

 Существование Бога не вызывало бы сомнений, если бы не существовали люди.

* * *

Политикан пытается манипулировать большинством, политик создаёт большинство. Я — политик, поскольку пытаюсь словами объединить людей вокруг идеалов мира и свободы. Пока большинство — в России — за войну и холопство, только с честным дележом. Свобода и мир кажутся невероятными? А мне идеалы войны и холопства представляются невероятно подлыми. Подлее же всего — когда меня убеждают, что все разговоры о мире это военная хитрость, все разговоры о свободе — брехня рабовладельцев.

* * *

Права человека — гарнир к мясу, а мясо — это свобода.

*  *  *

Людям нужен Бог-тормоз. А Бог — педаль газа.

Людям нужен Бог — страховочная верёвка. А Бог — крылья.

Грехопадение в том, что человек стал смотреть на мир как на падение и нападение, а мир — взлёт и улёт.

* * *

Для тех, у кого времени больше, чем свободы — «жизни мышья беготня». Для тех, у кого свободы больше, чем времени — «крысиные гонки», rat race. Кто любит людей, обвиняет время, кто не любит людей, обвиняет людей.

* * *

Пастор Нимеллер сокрушался: «Когда пришли за коммунистами в 1934 году, я молчал».

Пастор Нимеллер не сокрушался: «Когда пришли за Гитлером в 1923 году, я молчал».

А стоило бы. Свобода слова абсолютна.

* * *

Когда я слышу «я израильтянин и никому не позволю критиковать мою страну!» — «я украинец и не позволю русскому критиковать мою страну!» — я представляю себе, что сказали бы эти же персонажи, если бы я закричал «я русский и никому не позволю критиковать мою страну». «Странные люди» — это люди, которые уверены, что человечество делится на страны. Переезжая из одной страны в другую, они механически меняют свою лояльность, взгляды, приоритеты. Происходит чудо превращениякваса в коку, сала в мацу и ваты в вату.

*  *  *

Дух дышет, где хочет.

Дух покашливает, где хочет и когда хочет.

Дух чихает на кого хочет.

* * *

Разнообразие культур часто считают доказательством того, что все этические нормы условны. С таким же успехом разнообразие форм письменности можно считать доказательством того, что речи не существует.

* * *

Жизнь без зла — до смерти крестный путь, после смерти рай.

Жизнь без возможности зла — до смерти пошлятина, после смерти ад.

* * *

Правило Буратино: надо смотреть дальше своего носа!

Принцип Буратино противоположен морали готтентота («хорошо, когда я украду корову, плохо, когда у меня украдут корову»). Хорошо, когда защищают меня, плохо, когда защищают моего врага. Хорошо, когда защищают евреев, плохо, когда защищают арабов. Хорошо, когда защищают арабов, плохо, когда защищают евреев. Защищать надо всех – для этого нужно защищать принципы, право, идеи, а не использовать их для защиты только себя.

* * *

Государство должно быть сильным. Троллейбус должен быть бронированным.

* * *

В человеке сияет звёздное небо свободы и любви, но многие люди считают, что это всего лишь планетарий, в котором точки света проецируются извне. Звезды определяют обстоятельства, планетарий определяется обстоятельствами. Человек, который отказывается от свободы или отрицает её в других, подобен астроному, который заявляет, что звёзды — лишь электрические фонарики.

* * *

Свобода не в том, чтобы иметь гвоздь или пилу, а в том, чтобы иметь доску, знание о том, что из доски можно сделать, и вдохновение сделать из доски то, что неизвестно можно ли сделать.

* * *

Бог – первый иностранец. Он вызывает те же ассоциации: чужак! Крестьянин либо боится чужака, либо видит в чужаке глупое животное с большим выменем, немое и слепое, не понимающее, что происходит. Но рано или поздно обнаруживается, что Создатель не только вымя, но ещё и рог – рог Силы. Его нужно бояться, Его можно эксплуатировать, использовать, юзать, но все это нечеловеческое. Человеческое же – любить Иного.

*  *  *

Армия асексуальна. Пуля пола не имеет. Армия делает из мальчика не мужчину, а солдато. И из женщины армия делает солдато. Продажность есть самооскопление, а солдат — это ведь от слова «солид», сольди. Нанятая сила.

* * *

Набоков: «К Богу приходят не экскурсии с гидом, а одинокие путешественники». Верно, но ежели сто одиноких путешественников встретятся друг с другом у Бога, или на конгрессе одиноких путешественников или хотя бы в придорожном кафе, они разве останутся сотней одиноких путешественников?

* * *

Свобода невозможна без вседозволенности как хлеб невозможен без муки. «Государство», «закон», «дисциплина», «порядок», «насилие» для выпечки свободы необходимы, как для хлеба необходимы извёстка, галька, змеиный яд, казни египетские и неегипетские.

* * *

Политика суживает свою свободу так, чтобы дать место свободе другого. Любовь расширяет свою свободу так, чтобы она включала свободу другого.

* * *

Милитаризм не хочет войны, милитаризм хочет победы.

* * *

«О чём молчите вы?» Если мужчина не говорит женщине, что он её любит, они вряд ли поженятся. Мало молчать, не выступать за войну. «Распни Его» кричали немногие, большинство молчало и говорило о коррупции верхов, о ценах на еду, о росте квартплаты.

* * *

Прорехи в свободе протыкает вертикаль власти.

* * *

«Преступный приказ» — «чёрная чернота».

* * *

Человек видит мир через перископ, а Бог — через микроскоп.

* * *

 Сводить творчество к однократному акту творения — как сводить брак к поцелую.

*  *  *

Война — безвыигрышная лотерея.

* * *

Христос помогает ходить по воде, сатана помогает идти по крови.

*  *  *

Не бойтесь самозванцев, бойтесь охоты на самозванцев.

* * *

Политика есть искусство возможного.

* * *

Политиканство есть ремесло называния возможного — невозможным, а невозможного — возможным.

* * *

Не критиковать власть можно лишь тогда, когда её можно критиковать.

* * *

Архаика относится ко взрослым как к детям. Современность там, где к детям относятся как к взрослым.

* * *

Жизнь есть выбор между конкурентом и контролёром, между свободой и рабовладельцем, и множество людей выбирают контролёра. Пусть я буду рабом, лишь бы ближний не был свободен!

* * *

Когда лижут власть, стирается язык.

*  *  *

Первая жертва войны — правда? Вранье! Война — последний ребенок лжи, вот правда!

* * *

У каждой медали две стороны.

У айсберга, который таранит «Титаник», только одна сторона — вершина зла.

У палки, которой бьют человека, только одна сторона — конец добру.

У трупа нет ни одной стороны. Нельзя, стоя над убитым, говорить, что у всякой медали две стороны. Нет правды убийцы, есть только правда убитого.

Поэтому недопустимы смертная казнь и война.

* * *

Может, где в америках или европах равнодушно относиться к возможности своей преждевременной смерти — патология, а у нас норма — зову-я-смерть-уж-видеть-невтерпёж. Мне и крематорий — эвакуация, и ад — приобретение.

* * *

Мещанин ищет такой смысл жизни, который бы оправдал его бегство от жизни.

* * *

На чьей стороне Бог? Хорошо бы это выяснить, чтобы занять Его сторону! Только помните ленту Мёбиуса? Берется узкая полоса бумаги, перекручивается один раз, склеивается. Проведите по ней карандашом — у неё одна, оказывается, сторона. Карандашная линия будет и внутри, и снаружи.

Лента Мебиуса напоминает: не существует зла. Есть лишь свет. Ведь мы же берем белый лист бумаги — он с обоих сторон белый. Зло в том, чтобы не чертить ничего по ленте, в том, чтобы спихивать других с ленты, в том, чтобы пытаться разорвать ленту и склеить так, чтобы сторон было две…

* * *

Демократия не всегда там, где голосуют, и никогда там, где голосят.

* * *

Свободный человек есть человек, умеющий жить со свободными людьми, даже если они — рабовладельцы. Чувствовать себя свободным в окружении рабов нетрудно и рабу.

* * *

Некрасивая свобода красивее красивого рабства.

* * *

Люди верят в выдумки, которые облегчают им жизнь. Воскресение Христово — не выдумка, потому что жизнь Воскресение не облегчает нимало. Крайне неудобный и мешающий пить пиво факт! Ну вот если у вас в комнате поселится академик Сахаров. И Майя Плисецкая. И Рембрандт. И теперь перемножьте их и возведите в куб. Бррр!

* * *

Кашу маслом не испортишь, а человека мягкостью. Это должен каждый знать.

Как это соединить с необходимостью иногда говорить «нет», защищать себя и других от манипулятивных практик, никто не знает. И каждый должен не знать.

* * *

За всеобщее избирательное право, за всеобщую бесплатную медицину, за всеобщее бесплатное образование до высшего включительно (но чур без троек)!

*  *  *

«Современный перевод Библии» это как? «И посмотрел Бог на дела рук своих и сказал: «А ничего вышло!»

Потому что в современном русском языке «ничего» — это «всё хорошо!» А когда говорят «всё!» — значит, конец, всё кончено, ничего не остаётся кроме как в гроб.

* * *

Рабство — не бойкот свободы. Рабы не развлекаются садомазо, они в кандалах просто живут.

* * *

Сто лет назад доказывали, что Бога нет, потому что вселенная бесконечна. Теперь — что Бога нет, потому что вселенная конечна. А Бог всё есть и есть.

* * *

Пол Пот — не имя, а кличка — от «Политика потенциального», «Политика возможного» («политик потенсиаль» — явная полемика с лозунгом 1968 года — «требуйте невозможного»). Обратите внимание: Пол Пот умер своей смертью. Франко, Саласар, Гитлер, Сталин, Ленин, Хрущев, Брежнев, Мао... Только Муссолини поплатился. Злодеи не расплачиваются. Это часть свободы — свобода начинается там, где не всякое действие равно противодействию. Свобода там, где заканчивается инерция. Бог там, где заканчивается Ньютон. Бог не полицейский, говорил Бердяев. Человек — образ и подобие Божие — тоже. Бог предлагает невозможное: прощать и любить. Иисус — предложение, от которого очень легко отказаться, но как отказаться от себя, рождённого для возможного, а созданного для невозможного.

*  *  *

Война будет до тех пор, пока любое оружие не станет оружием массового поражения. То есть, пока не только атомной бомбе, но даже ножу десантника и кирпичу стройбатовца всё человечество не будет массово поражаться: «Вы что, с ума сошли?!!!!»

* * *

Война превращает человека из цели бытия в цель обстрела

* * *

Один был в истории человек, не бросавший понтов — и тот Бог!

*  *  *

Первый закон Кротова: всякий последующий начальник хуже предыдущего.

Второй закон Кротова:  качество и количество работы обратно пропорционально качеству и количеству понтов. Чем меньше истории, тем больше историй.

Частные случаи: чем меньше христиан, тем больше очерков по истории христианства. Чем меньше коммунистов, тем больше коммунистических партий. Чем меньше власти имеют советы, тем громче и чаще восхваляют советскую власть.

*  *  *

Казенному либералу есть о чем поговорить с казённым реакционером, но о чём говорить казённому либералу со свободным либералом.

* * *

Золотой середины между свободой и подчинением так же не бывает, как золотой середины между шампанским и ананасами. Зато бывает Игорь Северянин: «Ананасы в шампанском, ананасы в шампанском, удивительно вкусно, искристо, остро!»

* * *

Голый король — смешон, голый портной — забавен. Монархия комична, демократия — весела.

* * *

Я антикоммунист, потому что я коммунионист и коммуникационист.

* * *

Царство Кесаря одним куском — деспотия, порезанное на кусочки — демократия.

* * *

Кредо деспотизма: «Несуществование закона не освобождает от ответственности за его нарушение».

* * *

Алхимики пытались получить из свинца золото. Милитаристы пытаются получить из свинца мир.

* * *

Сомнения делают уверенность — верой, знания — мудростью, надежду на человека — любовью к человеку.

* * *

Атеизм есть поиски неба в угольной шахте.

* * *

Крест — линейка, которой меряется разом и горизонталь, и вертикаль жизни.

* * *

Эйзенштейна спросили: «Ваша воинская специальность?» — «Вероятно, движущаяся мишень».

Мир настанет, когда все поймут, что других воинских специальностей не существует.

*  *  *

Всемогущий Бог слабее младенца, потому что любит и никого не уничтожает, как следовало бы. Слабость у Него к нам, паразитам...

* * *

Судьи и палачи обманывают себя, если думают, что смерть — их орудие. Они — её инструменты.

*  *  *

Чудо — не правило, а примечание к правилу.

* * *

Есть рынок, но изредка бывают и блошиные рынки. Есть капитализм, но изредка бывает блошиный капитализм.

* * *

Благодать – это молитва Бога к человеку.

*  *  *

Охранниками не рождаются, в охранники вырождаются. Но самый ужасный охранник безобиднее самого милого охранителя.

* * *

Свобода противоположна не рабству, а ненависти.

* * *

В метро вдруг неверно прочёл надпись: «Для экстренной связи с меньшинством».

Вот и всё объяснение того, что такое демократия и чем она отличается от произвола толпы.

* * *

Самая главная черта благодати — непреодолимость. Бог сожмёт сердце — и прощай, неверие. Только вот загвоздка — искушение отлично имитирует эту самую непреодолимость... Кто предупреждён, тот вооружён! Другое дело, что наше оружие всего лишь молитва. Но почему «всего лишь»?! Молитва знаете ли, это не кот чихнул... Молитва это молитва!

* * *

Что такое социализм? Солидарность и соревнование людей друг с другом. Что такое капитализм? Конкуренция богачей друг с другом и солидарность богачей против всех остальных людей, которым приходится с трудом добиваться любых уступок. Что такое национал-социализм? Солидарность богачей с антисемитами. Фанатизм — солидарность инквизиторов. Тоталитаризм — солидарность силовиков, антисемитов, богачей и инквизиторов.

* * *

Библия без Бога — вера на ветер.

* * *

Патриотизм изобрёл Прокруст. Любовь к своей стране всегда заканчивается ненавистью к своему народу, который вечно не дотягивает до требуемого идеала.

* * *

Смирение не есть уступание первого места другому — смирение есть понимание того, что первое место там, где Бог.

* * *

Либертарианское присловье «не распоряжайтесь чужими деньгами» напоминает мне анекдот — как учёный предложил Творцу соревнование. Творец согласился. Учёный берёт пробирку, наливает в неё воду... Творец его останавливает: «Э нет, давайте каждый будет пользоваться тем, что лично создал!» Как не платить налог на всеобщую медицину — так «это мои личные деньги!» А как получить дотацию из казны на поддержание обанкротившегося банка — «моё предприятие системообразующее!» Первый и последний последовательный либертарианин помер с голоду пару миллионов лет назад, на заре превращения приматов в людей, и с тех пор человечество держится только тем, что за любым одиночкой — предпринимателем, учёным, художником — стоят века совместных усилий и бескорыстной взаимоподдержки миллиардов людей.

* * *

Свобода невозможна без вседозволенности как хлеб невозможен без муки.

* * *

Всегда есть место, где свободнее, чем то, в котором я, но не всегда нужно в это место перемещаться. Колумб в наши дни стремился бы не в Америку.

* * *

Война есть состояние перманентного предательства человечности.

* * *

Влюблённый глупеет. Любящий умнеет.

Алчный духом глупеет. Нищий духом умнеет.

Бьющий по щеке глупеет, и неважно, первым он бьёт или в ответ.

Подставляющий щёку умнеет (если щека своя).

Кто борется с собой, глупеет. Кто борется с Богом, умнеет.

Атеист борется с собой, верующий с Богом.

Верующий любит себя, ханжа в себя влюблён.

Бог влюблён в людей, иначе бы Он их не любил.

* * *

Часто говорят, что Освенцим и ГУЛаг учат, что Бога нет — так это вздор. Освенцим и ГУЛаг учат, что выбор есть. Хоть у тебя дети кровью харкают, хоть помрёшь с голодухи без работы, — всё равно не сметь наниматься вести концлагерную бухгалтерию, не говоря о прочем!

*  *  *

Освенцим был не от того, что мы за песнями и поэзией не заметили зла, а потому что мы мало пели, мало читали поэзии, мало писали стихов, а что писали - было плохой поэзией, не о том, о чём надо.

* * *

Милитарист и миротворец исповедуют один принцип: «Не стреляй вторым!»

Только милитарист стреляет первым, а миротворец не стреляет никогда.

* * *

Гордыня не ограничена снизу, покаяние — сверху.

* * *

Надо раскачивать лодку, если в ней плывут людоеды.

* * *

Капитализм лучше коммунизма, потому что у коммунизма нет пороков, а у капитализма есть. В коммунизме умерли и добро, и зло, в капитализме добро и зло расцветают пышным цветом.

* * *

Свободолюбие есть готовность пожертвовать своей свободой ради чужой. Деспотизм жертвует чужой свободой ради своей. Холопство жертвует своей свободой ради своей безопасности.

* * *

Можно выстроить диаграмму — в каких странах какой жесткости наказания за антисемитизм и пропаганду нацизма. Закономерность очевидна: чем более страна виновата в антисемитизме и нацизме, тем более там жесткие за них наказания. Германия, Россия, Франция… В Америке свобода слова близка к абсолютной — потому что в Америке не были у власти Гитлер и Петэн, Ленин и Путин.

Только связь не та, что для борьбы с пережитками несвободы нужно ограничивать свободу. Ограничение свободы и есть пережиток несвободы!

* * *

Пропаганда так же не причина распропагандированности как идол не причина идолопоклонничества.

*  *  *

Фанатик зовёт Бога не из доверия Богу, а из недоверия к другим.

* * *

Может ли образованный и мыслящий человек поддерживать деспотизм? Нет. Если человек поддерживает деспотизм, то он недостаточно образован и мыслит неряшливо.

Может ли нравственный, порядочный, приличный человек поддерживать деспотизм? Да. Деспотизм благородно берёт на себя совершение геноцидов, ведение войн, разорение людей, освобождая большинство подданных от этического выбора. От счетоводов Освенцима и Магадана как раз и требовалось быть честными, нравственными, приличными, порядочными. А уж у заключённых вообще была полная свобода совершенствоваться, молиться и дружить.

*  *  *

Доказать, что любовь человеческая уникальна, невозможно в принципе. Речь идёт о принципе свободы. Доказательство отменяет свободу. Поэтому нельзя доказать, что есть Бог. Поэтому нельзя доказать, что я люблю. Можно только любить, а «доказательства любви» доказывают лишь, что налицо влюблённость либо любовная игра.

* * *

Слишком часто каются в том, что были плохими начальниками, а каяться-то надо в том. что вообще был начальником, а не слугой или другом.

* * *

Объять необъятное нельзя, а обнять, поцеловать и тем самым предать — бывало.

* * *

Бомж и богач... Бомж меньше вредит обществу и природе, чем богач. Не бомжи устроили глобальное потепление. Богачи борются с профсоюзами, якобы во имя свободы народа пользоваться плодами конкуренции, но сами богачи образуют мощнейший профсоюз. Иногда облекающийся во внешние формы, чаще обходящийся без этого. Сами богачи редко снисходят до оправдания богатства и связанных с ним несправедливостей и насилия. Это обычно делают как раз не богачи, а люди, мечтающие о богатстве и силе — от высоколобых интеллектуалов до несчастных полубезграмотных работяг. Богач в президентах — всего лишь коллективный выдох этих бедолаг, материализовавшаяся их мечта. Нищие деньгами оказываются в одном профсоюзе с богачами, профсоюз не нищих духом.

* * *

Немцы воевали за расширение lebensraum, жизненного пространства, русские — за расширение пространства безжизненного.

* * *

Спаситель спасает от спасения. В Его Царстве можно начать просто жить, перестав оборонять и обороняться.

* * *

Фарисейство — загар от Солнца Правды. Загорать тоже нужно в меру…

*  *  *

Ад – место для тех, кому не нравится рай.

* * *

Когда нет свободы слова, это ведь не означает, что нет свободы слов. Можно лишить людей свободной прессы (и лишили), можно накинуть удавку на интернет и радио (накинули). Можно даже заставить людей врать на собраниях, хотя до этого пока не дошло. Но и в самые жуткие годы никто не мог заставить и не заставлял лаять друг на друга. Могут посадить ни за что, но не посадят за то, что ты говоришь вежливо, не хамишь. Если ты не разделяешь идеологии диктатуры, это лучше скрывать, чтобы не лишиться работы или пенсии (мало ли что!). Но нельзя скрывать, что ты человек добрый — а кто не добрый? Ну, в глубине-то души? Вот из глубины души — и на волю. Это ничего не гарантирует, кроме воли — того чудного состояния, когда при полном отсутствии свободы появляется человечность, не ищущая оправданий, а живущая правдой, не прибегающая к насилию, а бегущая туда, где требуется сила любви. 

 *  *  *

Свобода моих объятий заканчивается там, где другой не желает обниматься.

 *  *  *

Большинство — это повзрослевшее меньшинство.

*  *  *

Свобода — когда ты всем благодарен.

Раб никому не благодарен и всем должен.

Бог абсолютно свободен, потому что Бог всем благодарен.

*  *  *

Ужасен не Освенцим, а то, что появилось выражение «после Освенцима». Да не «после Освенцима», а после того, как Адам дал подзатыльник Авелю, а Ева шлёпнула Каина. В этот момент померкли звёзды, и содрогнулись серафимы. 

*  *  *

Не всякая власть есть убийство, но всякое убийство есть власть, и в слоновой башне нельзя прятаться от этого, можно только прятать того, кого пытаются убить.

*  *  *

Империя зла, полюбишь и козла.

*  *  *

Правда без свободы — всадник без лошади.

*  *  *

Свобода не нуждается в армии, свобода нуждается в свободе от армии.

*  *  *

Бог в сравнении с человеком – тот ещё Заяц.  Петляет, а к цели всё равно приходит первым, да Он и есть Цель.

*  *  *

Свобода — это великая симфония, исполняемая всем человечеством, и свобода есть музыка, производимая не механически, от свернутой в пружину вертикали власти, а идущая изнутри каждого живого человека.

*  *  *

Свободный мир называется свободным не потому, что свободен, а потому что стремится к свободе.

*  *  *

Движение к Богу, движение с Богом и есть выход из движения с трением, движения затухающего, умирающего к движению бесконечному, причём бесконечность именно потому, что она бесконечность, – это не какая-то бесконечно далёкая загробная цель, а это качество движения, начинающееся незамедлительно с обращения к Бесконечному.

* * *

Чем опасна война? Никто не скажет «пока есть государства, будут и супружеские измены», «пока есть государства, люди будут лгать». А сказать «пока есть государства, будут войны» — запросто! Хотя ни малейшей причинно-следственной связи между существованием государства и войной нет. Причинно-следственная связь есть лишь между тем, что человек нажимает кнопку или курок и где-то погибает другой человек.

* * *

«Не введи нас в искушение», — Бог советует с этой проблемой обращаться к Нему.

«Не ввести искушение в себя», — с этой проблемой каждый должен разбираться сам, даже Бог тут бессилен.

*  *  *

Нужно ли противостоять чуме несвободы? А як же! Вам не нравится мой пацифизм — противостойте  c топором, ваш выбор. Хотя бы и в Чехии или в США. Там есть, чему противостоять. Путинизм и всякое зло это лишь прорыв гноя, который копится внутри человечества. Так нет же, только других подзуживают, а в месте, где живут, лишь пиво пьют с вызовом. На этом фоне даже некоторое уважение вызывают несколько русских эмигрантов-трампоидов типа Хранителей радуги, которые 6 января поперли в Капитолий.

* * *

Христос — месть Бога человечеству.

Главное пророчество о Христе: «Мне отмщение, и Аз воздам». Каждый мстит, как умеет.

*  *  *

В одном кинофильме мелкий аппаратчик робко говорит крупному, который приказывает его снять: «Вы же меня выдвинули!» Крупный брезгливо отвечает: «Я тебя выдвинул, я тебя и задвину». Комизм жизни в том, что выдвигают одни, а задвинуть пытаются другие... Точнее, это еще не комизм, комизм в том, что другие делают вид, что это они выдвинули когда-то, а теперь передумали... Выдвигать тоже надо уметь... Не обязательно на выборах... Вот книжку купил — чуть выдвинул автора... Не купил — двинул автору в челюсть... Смотришь демагога — выдвигаешь демагога...

*  *  *

МЧС: миролюбие, человеколюбие, свободолюбие.

Без одного из элементов остальные обесцениваются.

*  *  *

Живём и живём cебе вечно — главное, жить не себе, а Богу…

* * *

Есть такие рабочие места, которых не должно быть и к которым ни у кого не может быть призвания. Например, палач, проститутка, перлюстратор. И царь.

* * *

Жизнь начинается с игрушек как моделей полноценного существования, а заканчивается пониманием, что «полноценное существование» это всего лишь игрушка игрушек, модель из моделей.

*  *  *

Хороший писатель владеет языком. Очень хороший писатель отдаётся во власть языка. Нормальный человек создаёт язык. Выше нормального человека нет, только мало нормальных-то.

* * *

Заповедь «не убий» сегодня звучит как «не ликвидируй».  Не ликвидируй. Не обезвредь. Не работай по цели. Не нейтрализуй. Не управляй беспилотником.

* * *

Победа отличается от Воскресения как лыжи от крыльев.

*  *  *

«Жизнь», «история», «старость» — беспроигрышный лотерейный билет, на котором надо стирать защитный слой, чтобы увидеть, что выиграл. Защитный слой стирается, жестью да по нашей коже, а мы спрашиваем: ну зачем это зло в мире?

*  *  *

Люди делятся на тех, кто мазан одним миром, и тех, кто мазан одной войной.

*  *  *

Человек есть мера всех вещей, но не мера другого человека. Потому что человек настолько человек, насколько не вещь.

* * *

Самое страшное не человеконенавистничество, а человеконенавистничестволюбие.

* * *

Сострадание без страдания — как кофе без кофеина.

* * *

Фарисей благодарил Бога, что «не таков, как прочие люди» — будем благодарить Бога, что Иисус такой же, как все люди.

***

«Пацифизм замечательная штука, но только не в час, когда нападает враг». Да неужели? «Секс – замечательная штука, но только не в первую брачную ночь». «Вода – замечательная штука, но только не в минуту жажды». «Жизнь – замечательная штука, но только после смерти».

* * *

Я лаю. Караван идёт. К игольному ушку.

* * *

Чем крупнее фига, тем шире фиговый листок.

*  *  *

Убить человека имеет право лишь тот, кто может и воскресить человека. Но кто может воскресить человека, дал заповедь не убивать.

  * * *

Христианин это человек, который в выражении «казнить нельзя помиловать» ставит запятую только после второго слова.

* * *

Человек не остров, а архипелаг. Иногда — ГУЛаг.

* * *

У кого руки — железные, у того сердце — ржавое.

* * *

Главный враг веры — не неверие, а самоуверенность.

* * *

Жизнь праведника есть превращение молодого козла в пожилую обезьяну. Жизнь грешника есть превращение из молодого козла — в старого козла. Вот и вся «судьба человека», man's progress.

* * *

Вор — тот, кто находит непотерянные вещи.

Деньги не пахнут. Пахнут нищие. Богатые воняют.

***

Ядерный чемоданчик — в ядерные отходы!

* * *

Человек произошёл от обезьяны, которая любила чужих детей как своих.

* * *

Может ли Бог сотворить камень, который раздавит Бога?

Может. Уже сотворил — это Библия.

Это шутка. Бог сильнее даже Слова Божьего.

*  *  *

Любовь либо растет, либо она не любовь.

*  *  *

Ад — последнее убежище тех, кто боится общения. Консерватизм — первое.

* * *

Кто с нам с нравоучением придёт, тот от нравоучения и погибнет.

* * *

Человек, мечтающий о необитаемом острове, не понимает, что как только он попадёт на необитаемый остров, этот остров перестанет быть необитаемым.

*  *  *

Любовь с безопасностью как яблоко с червяком.

* * *

Бог отделил свет от тьмы, море от суши, землю от неба, но даже Бог не в силах отделить графоманию от настоящей литературы.

* * *

Я интеллигент лишь когда рядом нападающие на интеллигенцию образованцы. А так, по самоощущению, я — самообразованщина. И горжусь этим. Образованщина презирает образованщину и уличает в ней других. Самообразованец никого не уличает, а спокойно стремится по улице, одновременно читая, обдумывая прочитанное и сочиняя.

* * *

Интеллигент — это человек, способный написать по теме своих занятий статью для энциклопедии. Интеллектуал — это человек, по любой теме способный лишь цитировать википедию.

*  *  * 

Чем хороша заповедь о любви к врагам? Она помогает нормально жить в мире, где все вокруг твои враги. Все! Не какие-то оккупанты, не номенклатура, не чиновники-коррупционеры, а все, от домашних до диких. Ну, враги. А ты люби! Врагов любить трудно лишь, пока есть выбор — любить друзей или любить врагов. А когда все враги — ну, тут уж некуда деться, потенциалу-то надо давать выход, чтоб не лопнуть от любви.

* * *

Неверующие правы: люди склонны к самообману, обману, иллюзиям, к преувеличению своих знаний и недооценке знаний окружающих. Понятно теперь, что такое гордыня, о которой говорят верующие? Другое дело, что ошибаются не только верующие, но и те, кто из утверждения «верующие — идиоты» выводят «Бога — нет». Колумб не туда поплыл, следовательно, Китая нет. Мало быть неверующим, чтобы здраво мыслить. Понятно, какой сизифов труд — откровение Божие, спасение людей? Так Сизифа хотя бы не распяли, он вовремя камень отпускал, а Христос — докатил!

*  *  *

Жизнь по инерции есть смерть. Самое важное открытие есть открытие возможности и необходимости совершать открытия.

* * *

Жизнь похожа на дорогу, похожа и на бурную реку. Свои достоинства у обеих метафор. Главное: в какой-то момент обрыв, и ты уже не отчаянно гребёшь веслами, чтобы преодолеть пороги, ты не отчаянно рулишь, а просто падаешь. Внезапно ты видишь конец, внезапно от тебя ничего не зависит, но внезапно ты и свободен от всяких обязательств, спасибо старости или болезни, в общем, беспомощности, и ты уже не командуешь, не руководишь, не воюешь, а просто машешь руками-ногами, так пусть махание будет не беспорядочное, а весёлое и дружелюбное.

* * *

Кремль врал как всегда. Потом одумался и стал врать как никогда.

* * *

Одни считают, что Земля вертится, другие — что она катится.

* * *

Ужас не в том, что мы привыкаем к смерти, а в том, что мы привыкаем к жизни со смертью.

*  *  *

Мёртвые души придумали ад, а Христос ад передумал.

* * *

Человек есть обезьяна, у которой сознание определяет бытие.

*  *  *

Сатана вовсе не та сила, которая вечно хочет зла, а творит добро. Сатана добра не творит, от зла добра не бывает. Добро творится Богом. Мощный, широкий, разливающийся с каждым днём и веком поток добра. На этом потоке — муть и дрянь, пятна и омуты, и они претендуют на то, что они «делают добро». Бог делает, а они — мошенники, пытаются взять плату за то, что Солнце светит.

*  *  *

Сознание определяется Бытием, Исходом, Второзаконием и другими книгами Библии.

*  *  *

Рай — место, к которому невозможно привыкнуть. Ад привычен уже при жизни.

* * *

Прозреть может лишь тот слепой, который вглядывается в тьму.

* * *

Прятать голову в песок — нормально. Лишь бы не прятать песок в голову.

Лучше переборщить с любовью и погибнуть, чем переборщить со строгостью и разбогатеть. Щепетильность и совестливость — место, где встречаются вера и разум.

*  *  * 

Секс бьёт, любовь прощает. Несправедливость бьёт, любовь прощает. Жестокость бьёт, любовь прощает и секс превращается в эротику, несправедливость в милосердие, жестокость в ласку.

* * *

Лев и агнец могут возлечь бок о бок при одном условии… Если лев не съел агнца. Вот таким львом и должен быть христианин.

*  *  *

Можно остаться человеком, когда в тебя стреляют, нельзя остаться человеком, когда ты стреляешь.

* * *

Уныние — посланник дьявола, тоска — посланник человека, грусть — посланник Бога.

* * *

Не надо требовать от людей невозможного – ведь Бог не требует от людей даже возможного.

* * *

Суевер верит, что вера помогает. Верующий знает, что не вера помогает, а Тот в Кого веруем.

*  *  *

Человек рождён для человечности как соловей для соло.

*  *  *

Насилие использует своё преимущество перед другим. Любовь делится с другим своим преимуществом.

*  *  *

Чем человек отличается от животного? Животное не должно быть зоофилом, человек должен быть антропофилом.

* * *

Спрашивать физиолога о том, что такое мышление, личность, сознание — как расспрашивать следователя, расследующего финансовые мошенничества, о том, что такое бизнес. Он будет подробно рассказывать, как можно обмануть, разрушить, сломать, одурить систему, но ничего не сможет сказать о том, как стать успешным бизнесменом, соблюдая правила, не воруя, не хитря.

*  *  *

Глагол «любить» не означает активного действия. Как и «быть». Вот «плавать» — активное действие, а «плыть» — нет, по течению. Нельзя «плавать по течению». А быть или любить «по течению» можно? Конечно, можно, только это будет исчезающее бытие и затухающая любовь.

* * *

Ничто так не мешает вере как попытка найти выход из ситуации, когда надо искать выход из себя.  

* * *

Толстого можно любить, нельзя жалеть. Достоевского можно жалеть, нельзя любить. Чехова можно и жалеть, и любить.

*  *  *

Нам хочется людей, доброжелательных как собаки - виляя хвостиком, неотступно следующих за нами, охраняющих нас. А надо быть доброжелательными как кошки: глубоко погружёнными в свой внутренний мир, но умеющими и вселить в нас спокойствие и радость, если мы обращаемся с ними по-человечески, не дрессируя, а на равных.

* * *

Единство обычно не в том, чтобы построить мост, а в том, чтобы увидеть: берегов-то нет.

* * *

Разделяется только мертвое, живое — делится.

* * *

Бог видит, насколько глубок – бездонно – человек, а сам человек этого видеть не в силах. 
Человеку нужен Бог, чтобы познать себя. Нужно кому-то доверять, чтобы верить себе, нужен любимый, чтобы любить себя.

*  *  *

Вежливость обращается к человеку как к Богу, хамство обращается к человеку словно оно Бог.

* * *

Между влюблённостью и любовью такая же разница как между яйцом и курицей.

Между дружбой и любовью — как между мраморным яйцом и курицей.

Любовь должна нестись!

*  *  *

«Не прелюбодействуй» в переводе на современный язык означает «не количество, а качество».

*  *  *

Фолкнер об американской глубинке: прелюбодеяний тут было меньше, чем убийств.

Провинциальная иерархия грехов: больше всего зависти, вранья больше, чем воровства, убийств больше, чем прелюбодеяний, идолов больше, чем дней отдыха.

Столичная иерархия грехов: воровства больше, чем вранья, прелюбодеяний больше, чем убийств, отдыхают мало, но на идолов вообще нет времени, Бога почитают меньше, чем родителей, которых не ставят ни во что.

* * *

Манипуляция в маске любви говорит: «Ты без меня пропадёшь, ты без меня никто». Любовь говорит: «Дай Вам Бог любимой быть другим».

*  *  *

Всякий верующий — нигилист. Декалог сплошное отрицалово. Не сотвори кумира, не работай в субботу, не отправляй родителей в игнор, не делай женщине «всё сложно», не завидуй, не кради, не, не, не... Ах да — и не убий. В мире смерти воскресение — нигилизм.

* * *

Любовь начинается там, где заканчивается спасение, как работа начинается там, где приготовлено рабочее место.

* * *

Грех есть попытка быть Богом помимо Бога.

* * *

Филантропия, кооперация, любые формы солидарности и объединения объединяют ценой нивелировки, растворения, утраты личности. Было двое — стал один. Любовь без свободы — и исчезают субъекты любви, остаётся нечеловеческое и бесчеловечное нечто.

Любовь — настоящая — есть конкуренция, а не кооперация. Соревнование любящих друг друга друг с другом. Соревнование в любви, а не «совместное ведение домашнего хозяйства и осуществление репродуктивной программы».

Кооперация в любви есть как есть тело в человеке, секс в браке, воздух в лёгких. Но кооперация без любви омертвляет и убивает. (Поэтому Толстой бичевал филантропию деспотического общества). Любовь без кооперации не мертва. Любовь без кооперации просто не существует.

*  *  *

Нельзя объять необъятное, но можно дать Необъятному объять себя.

* * *

Хотели как лучше, а получилось как всегда. Потому что хотели как лучше для себя.

* * *

Можно найти недостающее звено между обезьяной и человеком, нельзя найти недостающее звено между одним человеком и другим. Есть разрыв между родителями и ребёнком, и в этом разрыве человечность или, увы, бесчеловечность.

*  *  *

У любви крохотная масса и огромный вес.

* * *

Если женщина говорит: «Ты по своему красив» — значит, она не в силах сказать «Ты, по-моему, красив».

* * *

Псалом 32:1: «Радуйтесь, праведные, о Господе: правым прилично славословить». Баптист Юрийкириллыч Сипко прислал, и глянул я свежим взглядом на замыленное ц-славянское «правым подобает похвала» (яркий случай того, как перевод не просто устарел, а понимается прямо наоборот — прилично славословить, хвалить правых).

Левым-то вроде меня что делать? Правым прилично славословить, левым славословить неприлично. Левым прилично критически мыслить, вкалывать и не давать правым под предлогом славословий угробить человечество.

* * *

Мужчине важно услышать, что он — первая любовь. Женщине важно услышать, что она — последняя любовь.

* * *

Секс знание, любовь понимание.

* * *

Бояться Бога означает бояться не быть человеком.

* * *

Не так страшен Бог, как Его малюют.

Он страшен иначе.

* * *

Людей надо искать днём с фонарём, и этот фонарь — любовь к людям.

* * *

Любить никогда не тяжёлый труд. Если тяжёлый труд, то это уже не любовь. Любовь не поглощает ресурсы и силы, любовь – источник сил. Это не означает, что любить легко. Лёгкость и тяжесть – психология, а любовь не психология, любовь онтология. Терпение в любви – не терпение в напряжении, а терпение в ожидании.

Это не означает, что любовь отменяет самопознание, самовоспитание, самоорганизацию. Она даёт силы всем этим заниматься. Так солнце даёт энергию, но когда ночь, надо ждать следующего дня, а не трудиться, чтобы поскорее рассвело. Хоть всю ночь коли дрова – солнце взойдёт в своё время, ни на секунду раньше.

*  *  *

Обручальные кольца надо делать из дважды перекрученной ленты Мёбиуса.

* * *

Любящий мир человек держит язык за зубами. Миротворец держит зубы за языком.

* * *

У меня есть ближний, следовательно, я существую.

Я есть у ближнего, следовательно, я сосуществую.

* * *

Насколько безумно и бесчеловечно считать себя единственным человеком на земле, настолько мудро считать каждого из других — единственным человеком на земле.

* * *

Люди служат услугами, Бог служит слугами.

* * *

Не надо менять веру на уверенность, надежду на власть, любовь на хорошие отношения.

* * *

Любовь меряет, сколько недодано другим, ненависть — сколько недодано другими.

* * *

Любовь измеряется не прочностью на разрыв, а устойчивостью к истиранию. Она больше похожа не на цепь, а на детскую пелёнку или листок бумаги.

* * *

Чудесная опечатка: «Лавный директор». Лавснабсбыт — импортные и экспортные операции с любовью. Я в семье лавный! Объединяй и ластвуй! Ты моя лавочка! А ты мой лавочник! Какая у тебя лавиатура! Лавируй людей как самого себя! Она чемпион по лаванию! Он был покорён лавностью её движений. Коль лавен наш Господь в Сионе. Лава Богу!

* * *

Возможно, пошляки правы и после Освенцима невозможны богословие, поэзия, мороженое и прочие мелкие радости жизни. Но вот благая весть — нету никакого Послеосвенцима. Мир в Освенциме сидит (ну, конечно, кто-то сидит в бараке, кто-то в караулке, а кое-кто и в освенцимской бухгалтерии). Свет светит в Освенциме. А вот в Освенциме поэзия, богословие, мороженое и все что угодно — не только возможны, но и необходимы. Крайне необходимы.

Цинизм считает, что цель оправдывает средства, наивность — что средства оправдывают цель.

На самом деле, в оправдании нуждаются не средства и не цели, а человек. Цель человека любовь. Средства человека — свобода, творчество, общение. И не надо расспрашивать дальше — какая любовь, к кому любовь. Любовь не определяют, любовь — любят.

* * *

Любовь — не обнимашки на носу «Титаника», плывущего навстречу айсбергу. Любовь — два «Титаника», врезающиеся друг в друга. А дальше бывает по-разному… Одни превращаются в айсберг, другие наоборот.

* * *

Для женщины ад — это рай, в котором нет зеркала, для мужчины ад — это зеркало, вокруг которого нет рая.

* * *

Мужчина есть знамя, озабоченное тем, что его древко в двадцать раз меньше полотнища.

* * *

Любовь — единственное доказательство бытия Божия.

* * *

Теоретически творец вселенной подходит для спасения и утешения человека примерно так же, как трактор — для массажа спины. А практически — кроме Него ничто и не утешает.

* * *

Брак нужен для любви как воздух для полёта.

* * *

Голод это когда нестерпимо хочется есть.

Нестерпимость отличает голод от аппетита, она же отличает похоть от любви.

Любовь умеет терпеть.

* * *

Знания — всё, знание — ничто!

* * *

Христианин до костей мозга…

* * *

Заборт — такая забота о человеке, от которой человек исчезает. И в забортируемом, и в забортирующемся. Много солидных учреждений,  типа III Императорского человеколюбивого общества отделения, а приглядишься — забортарии.

*  *  *

Обряды перехода сопровождают рождение, взросление, брак, смерть. А вот обряда старения нет. Может быть, потому что старение отличается от всех перечисленного внезапностью. Как человек рождается, он вообще не помнит, взросление чрезвычайно растянутый процесс, смерть опять не помним, брак сам себя являет во всей красе, а старение — вот ты карлсон в расцвете энгельса, и вдруг что-то лопается и ты «попаданец», вокруг мир, где все моложе тебя, и даже резко моложе, лет на 10-15 и больше, и не только нет старше тебя, но и ровесники тоже как-то резко сократились в числе. Количество перешло в качество? Скорее, качество перешло в количество... отрицательное такое количество...

* * *

Замечательно различие между «Я памятник себе воздвиг» и «Я памятник себе»

*  *  *

Трудно сказать, что такое свобода и где она начинается. К свободе, видимо, вполне относится тяжеловесное определение «собезначальная». Зато очень легко сказать, где свобода заканчивается. Свобода заканчивается там, где заканчивается жизнь. Когда я убиваю, краду, порабощаю, завидую, творю кумиров... ну и по части либиды всякие разности.

* * *

Одиночество — когда у тебя нет выбора, быть одному или в толпе. Уединение — когда выбор есть.

*  *  *

Смирительная рубашка коллективизма не спасает одиночку от самоубийства, а лишь делает самоубийство коллективным занятием, растянутым во времени.

* * *

Рыцари не те, кто сражаются с рыцарями, а те, кто и с подонками сражаются рыцарски.

* * *

Жить так, чтобы тебя не заподозрили в том, что ты труп.

* * *

За «Деяниями апостолов» следует книга «Злодеяния преемников апостолов».

*  *  *

Вера в насилие как единственный способ победы – не из религии, а из животного начала в человеке, из неверия в силу идей, разума, добра.

*  *  *

Вера без дел мертва  — это проблема верующего. Вера без дел умерщвляет  — это проблема окружающих.

* * *

«Отче наш» в окопах так же результативно как «Богородице, Дево, радуйся» в публичном доме.

* * *

Бердяев, комментируя Хиросиму и Нагасаки, сказал, что атомная бомба это конец войне. «Войну убьет техника войны». Гениально, но ошибочно. Прямо наоборот. Атомное оружие сделало невозможной победу в старом понимании. Забудьте вы про Гитлера и Каддафи. У кого есть атомная бомба, тех победить нельзя. А что тогда делать? Ну, вы же умные, придумаете что-нибудь. А я уж как-нибудь с Христом отдохну...

* * *

Не убивай, пусть даже тебя убьют. Смерть одна, а воскресений два: воскресение к одиночеству и воскресение к человечеству.

* * *

Доброе слово и револьвер могут меньше, чем доброе слово и Крест.

* * *

Восстание мёртвых — революция. Восстание из мёртвых — воскресение.

* * *

Во время войны Бог ближе к нам, чем во время нашего благополучия. Бог не обещал никогда, что защитит нас от войны, Он обещал, что будет с нами рядом во время войны. Не для победы, для любви и мира.

*  *  *

Христиане это партизаны мира.

* * *

С волками жить — шашлыком быть. Именно об этом призыв взять крест. Возьми шампур свой и иди, где Иисуса нашампурили.

Нет, конечно, можно быть не только овцой и барашком, но и голубем, и змеёй. Что ж, шашлыки делают не только из баранины, но и из осетрины... Будет шашлык из голубятины и змеятины.

*  *  *

Вот в 1916 году во время битвы на Сомме был такой случай... Немцы обстреливали французов как-то очень уж удачно и явно по какой-то системе. Офицеры подумали и поняли, что они стреляют по перекрёстку, где было оживлённое движение. В старину на перекрёстках ставили распятия, и распятие поблизости оказалось отличным для артиллеристом маркёром. Офицеры ещё подумали и распорядились распятие выкопать и перенести на пару сотен метров. Целую неделю немцы палили в молоко.

Не так ли и мы, братья и сестры, должны... Тьфу, не должны ли мы перестать палить, в конце концов?

* * *

Перед лицом коммунизма у Церкви было четыре пути: сдаться коммунизму, сбежать, уйти в подполье, найти компромисс. Церковь, как это обычно и бывает в истории, пошла одновременно по всем четырём путям.

* * *

Если выбирать между богословом, который может тебя сжечь, и богословом, который хочет с тобой покурить, то даже некурящий предпочтёт подымить, а не дымиться.

* * *

Бог понятнее богословия. Бог открывает Себя, богословы себя прячут за рассуждениями о Боге.

* * *

Христиане — терновый венец Христа.

* * *

Конечно, в Церкви плохо. Верующие — гадость. Традиции — пакость. Все думают лишь о себе, о самоутверждении.

Удерживает лишь одно: Бог есть, и Он и есть Церковь.

Впрочем, есть, есть и дополнительная мотивация: у атеистов и агностиков не лучше, а даже и хуже. Но если бы Бога не было, это бы значения не имело. А Он есть.

*  *  *

Христос не был христианином.

* * *

Человек – роскошь, которую может себе позволить только Бог.

*  *  *

День – время воскрешений, ночь – время воскресения.

* * *

Слепой — тот, кто видит лишь себя

*  *  *

Непризнанность похожа на Туринскую плащаницу — вроде бы негатив, но этот негатив позитивнее иных позитивов.

* * *

Несчастье это не страдание. Несчастный вид не страдальческий. Счастье и несчастье вообще не антонимы, они из разных систем координат. Счастье — отсутствие препятствий, несчастье — исчезновение цели. Несчастье, скорее, антипод скуки и уныния: скучно, когда цель недостойна тебя, уныло, когда ты недостоин цели.

* * *

Рай — бесконечные непересекающиеся перекрестья, ад — лента Мёбиуса.

*  *  *

Если тебя занесло на необитаемый остров, сделай его обитаемым. Хотя это почти невозможно.

*  *  *

Материализм исходил из того, что все войны и беды — от голода. Если человек ест меньше 2 000 калорий, он звереет и бросается на ближних.

История говорит противоположное. Войны организуют сытые, богатые, даже сверх-богатые. Те, кто не работает, а владеет собственностью. «Лицо, принимающее решения» — диктующие. Диктаторы, единоличные или групповые.

Можно предположить, что сытые тут играют роль затравки, центра кристаллизации. Они поднимают голодных на битву. Но и это не подтверждается фактами.

Не сытость и не голод толкают на агрессию, а идеи. Человек не волк, человек это слово, и «идея» — это одно из обозначений слова.

*  *  *

Нормально человеку превращаться из ребёнка во взрослого как гусеница превращается в бабочку. В обществе, искалеченном волей к насилию, человек из бабочки-ребёнка превращается в гусеницу. Танковую.

*  *  *

Ничто так не мешает свободе как убеждённость, что все любят и ценят свободу. Свободу надо пропагандировать и защищать именно потому, что она — ценность не самоочевидная. Свобода свободна и по цели, и по средствам, поэтому любовь к свободе не входит в число добродетелей. Она — бонус, приятное, но необязательное дополнение. Более того, можно любить свободу и защищать её, но не быть свободным — внутренне свободным. А можно быть сторонником деспотизма и при том очень свободным человеком. Такие нестыковки и гарантируют свободу, делая её не чем-то обязательным для устроения на земле.

* * *

Соборность есть распятие всех ради одного, коллективизм есть распятие одного ради всех.

* * *

Щёлкни христианина в нос — он махнёт хвостом или лягнёт, а должен бы взмахивать крыльями.

*  *  *

Многие лиллипуты считают себя давидами среди голиафов. А Голиафов нету, последнего убил настоящий Давид, с тех пор все люди одного роста. Кроме тех, кто берётся за оружие - каждый выстрел делает стреляющего короче на свою голову.

* * *

Интуитивно, физиологически человеку кажется, что дальние предметы меньше. Так вот нет! Надежда есть искусство обратной перспективы. Например, Церковь — её прошлое меньше её будущего. Да-да, всякие великие соборы, тексты многотонные, тысячи имён святых (из которых половина фейки), — это всё цветочки, черновики, почеркушки в сравнении с тем, что предстоит. Украина — не ищите её величия в прошлом, в Острожском, Хмельницком, Могиле, Бандере. Оно всё в будущем! С Россией — тем более, ей вообще лишь предстоит родиться. С Америкой — ещё более тем более! Не «сделаем вновь великой», а просто — превратим Америку только для двуногих белых с айкью не выше 66 и честностью не выше -666 в Америку великую, где найдётся место и ливанцу, и ливийцу, и историку, и ботанику, не говоря уж об одноногой чернокожей лесбиянке.

*  *  *

Ад — это свобода от покаяния — место, к которому мы привыкли, еще не попав в него.

* * *

Нет рабов и рабовладельцев. Есть свободные люди, которых поработили люди или обстоятельства, но которые духом остаются свободны, и есть рабы — все те, кто кого-то поработил, убил, обманул, изнасиловал.

*  *  *

Мы просим о чуде как о заменителе нас: пусть другому будет хорошо, Господи! Я ничего не могу, Ты можешь, сделай что-нибудь! Бог-то, может, и сделает, но прежде всего Он говорит: «А ты? Ты для другого сделал, что мог? Что ты Меня вместо себя подставляешь-выпихиваешь? Бог без человека — чудо на ветер!»

* * *

Мёртвые души наслаждаются пением мёртвых соловьёв.

*  *  *

Чем больше государства, тем больше чиновников, тем меньше государственных деятелей.

Чем больше церковной власти, тем больше богословов и меньше Бога.

* * *

«Нехорошо человеку быть одному» не означает, что человеку нужна жена, а означает, что человеку нужно человечество, которое без жены (или мужа) появиться не может. Быть для другого человека человечеством — вот вся «помощь», в которой нуждается другой человек.

* * *

Желающему войти в искушение даже рай — сплошное искушение. Собственно, ад и есть рай с точки зрения искушённого наблюдателя.

*  *  *

Пацифизм – это Максимилиан Волошин, который отказался служить в армии в Первую мировую, написав: «Лучше быть убитым, чем убивать».

Милитаризм – это обыватель, который говорит: «Лучше – это пусть другой будет убивать, лишь бы меня не убили».

Между ними самое несчастное и жалкое существо в мире – солдат, который убивает, потому что так уж сложилось, не из принципа, а по долгу службы. В окопах не бывает милитаристов, одни жертвы милитаризма.

Впрочем, тот, кого солдат убивает, тоже не очень счастливое существо.

*  *  *

Христианство без культуры как хлеб без корочки.

*  *  *

Тот, кто был ясен, в понимании становится бесконечно загадочнее, таинственнее. Любовь не упрощает любимого, напротив – она даёт понимание того, насколько любимый не может быть познан, как может быть познано всё материальное. Особенно контрастируют невозможность познать Бога и возможность Бога понять и, главное, быть понятым Богом. Религиозный опыт – просветление, экстаз, благодать – есть опыт понимания Богом и понимания Бога. Это понимание не отменяет и не заменяет знания, но даёт то, что знание дать не может.

*  *  *

Рыбак мог вернуться к своему занятию, мытарь, ушедший за Христом — нет. Матфей, пойдя за Христом, терял больше Петра. В этом смысле христианство потому цивилизованно, что опасно для цивилизации как гвоздь в ботинке опасен для пешехода. Напоминает об относительности цивилизации. Аграрное же общество опасно для христианства, поскольку то и дело превращает христианина в крестьянина, подменяя Христа — Солнцем.

* *  *

Самое опасное для человека — стремление к безопасности. Безопасно было Христу говорить о любви к врагам? Говорил бы о ненависти — императором бы сделали. Безопасно было Моисею идти к фараону? Богу было безопасно творить человека? Где Бог, там опасность. Где жизнь — там опасность. Вечная жизнь — вечная опасность. Опасность омертвиться. Готовность к опасности ничего не гарантирует, но ориентация на безопасность гарантирует — нет, не смерть, но какое-нибудь паскудство.

* * *

Чтобы не стать утопленником, надо стать утопистом!

* * *

Смерть — это жизнь без риска.

* * *

Небо без Бога — что земля без неба.

* * *

Никто не понимает, что было в начале — яйцо или курица, но все понимают, что в начале — осётр, а потом икра. Потому что осётр прёт против течения, а курица даже по ветру не летает!

* * *

Ты в клетке с надписью «Моська»? Если ты жалобно затявкаешь — ты действительно моська.

* * *

Гордыня никогда не спит, никогда не отдыхает, гордыня всегда стоит истуканом, вертикально, изображая из себя понятно что. Смирение в том, чтобы расслабиться, прилечь, не бояться вытянуть ноги, радоваться, если кровать широка и мягка, одеяло лёгкое и греет не больше и не меньше необходимого.

*  *  *

Человек, в отличие от горы, необъятен только на своей вершине, а чем ниже от неба, тем уже и бесчеловечнее.

*  *  *

Совесть – мотор духа.

* * *

Разница между красивой фразой и афоризмом — как разница между выражениями «храбрость в маске — позор в квадрате» и «храбрость в маске — трусость в квадрате».

* * *

Человек — не животное. Человек — словотное. Слон — это хобот, человек — это слово.

* * *

Жизнь — обзорная площадка для разглядывания бытия. Только площадка так велика, что за время своей личной жизни не успеваешь даже приблизиться к тому краю, откуда видно бытие. Остаётся довольствоваться звуками, дуновениями ветра и запахами, доносящимися из-за края площадки.

* * *

С каждым днем нарастает и к 25 декабря доходит до предела моя сантаклаустрофобия.

* * *

«Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать», — сказал Каиафа и послал солдат арестовать Иисуса.

* * *

Фанатик подчиняет личное идеям, карьерист подчиняет идейное личному. Участь их одна: бесчеловечность. Поэтому фанатики и карьеристы легко объединяются против других.

* * *

Ханжа — копипастырь.

*  *  *

Ненависть утверждает, что «не я такая, жизнь такая». Это – слепота к жизни. Любовь говорит: «я такая, и жизнь будет такая».

* * *

Носители культа личности (в позитивной или негативной форме) очень заботливо критикуют культ личности. Догматики критикуют догматы — а как иначе?! Так нудисты критикуют одежду, но сами носят самую одёжную из одежд, превращая свою кожу в кожаное пальто. Достаточно было бы трусов, чтобы остаться нагим, а не закутаться в нудизм.

* * *

Бог просит любить Себя, а не мыслить о Себе непротиворечиво. Пусть наши мысли о Боге будут противоречивы, пусть не будут примирены противоречия словесных формул. Силы надо тратить на другое – на примирение с окружающими.

* * *

Всё для победы... Войну с Францией выиграл прусский учитель... Войну с Германией выиграли сотни миллионов скромных тружеников тыла... Так и любой аборт — победа не десятка человека, которые в него вовлечены непосредственно (отец, врач, медсестра, родители, друзья, подруги), но сотен миллионов людей, ныне живущих и живших столетия назад, победа насупленных отцов с ремнём в руках, победа принудительных крещений и дисциплинированности... Ах да — и самой несчастной беременной женщины тоже.

* * *

Вот странность: говорят «жизнь всё расставит по местам», имея в виду смерть и надгробия.

* * *

Английская королева царствует, но не правит. А Наш — наоборот!

* * *

Глобализация — это когда на улице тебя бьют ошалевшие на русской почве, а в интернете — русские евреи, ошалевшие на арабской почве.

*  *  *

Бывают грехи — центры кристаллизации. Чисто на улице, один бросил бумажку, создал центр кристаллизации, через час вся улица в бумажках, и не только в бумажках. Первый бросивший виноват больше. Бывают и праведные дела — центр кристаллизации. Иисус — центр кристаллизации. Конечно, как добро добрее бумажки, так кристаллическая решётка зла беспощадно засасывает в себя, а добро никого не торопит, только само не медлит.

*  *  *

В рабовладельческом обществе рабы есть, а рабовладельцев нет, есть свободные. Свободен тот, у кого есть раб. Ну, про такую свободу и говорить противно, но как не быть рабом своего рабства? Да вот – не быть. Служить рабовладельцу, быть рабом телом, быть заключённым, быть подданным деспотизма, но не быть несвободным. Рабовладелец обманывает себя, называясь свободным человеком, так хотя бы раб пусть не обманывает себя – он свободный человек, а не чужая вещь. Свободный человек в плену у раба.

* * *

Духовность в том, чтобы не оценивать шансы на успех, а в том, чтобы исполнять то, без чего ты покойник.

* * *

Пушкин — гран-падано. Гоголь — чечил. Тургенев — маасдам, сладкий и с дырами. Щедрин — чеддер. Лесков — сулугуни. Достоевский — рокфор. Толстой — бри. Чехов — пармезан. Искандер — сулугуни. А кто — плавленые сырки? Имя им легион…

* * *

— За что вы Меня распяли? — спрашивает Христос в одном древнем византийском гимне.

— Да за то и распяли, что Ты — это Ты, а не я. Я должен быть спаситель или спасительница мира, я должен быть любимый сын Божий или дочь Божия. Я должен ходить по воде, превращать воду в вино, исцелять. Меня должны причащаться все-все-все.

* * *

Писателей с музыкальным стилем мало. Ни один из русских классиков, даже Чехов, не таков. А вот Толкин — увертюра Россини. А Дороти Дей — соната Бетховена.

* * *

Творчество смело уподоблю ограблению банка: нельзя глушить мотор, хотя останавливаться можно и нужно. Чтобы не вышло по Боконону: «Каждый человек может сделать перерыв, но ни один человек не может сказать, когда этот перерыв кончится».

* * *

Из полного мрака выводит чёрный юмор.

* * *

Иисус не пришёл, чтобы исцелить, Иисус исцеляет, чтобы прийти в душу, в сердце, в человека.

* * *

Прочность цепи определяется прочностью самого слабого звена в цепи. Все звенья могут быть идеальны, но если одно хрупкое, цепью пользоваться нельзя. В духовной жизни, в культуре тоже так. Только есть одна тонкость: не все цепи одинаково цепные. Служить литургию с пьяным священником или пьяными прихожанами не стоит. Порвётся молитва, рассыплется. Строить дом с халтурщиком нельзя. А вот в Царство Божие с ним можно. Потому что в цепи человечества все звенья слабые — и фарисеи, и мытари, и святые, и грешники. Все равно мыльные пузыри перед Богом. Это не оправдание грешников, это похвала Богу. Человечество — не кандальная или якорная цепь, а цепь коммуникационная, в которой железные звенья так же неуместны, как в электросхеме или в цепочке ДНК.

* * *

«Опасный человек» это «масло масляное». Человек — не бритва, человек не бывает безопасным. «Органы безопасности» — органы дечеловечизации.

* * *

Человеческого в человеке только Божье.

* * *

Первый довод матерщинника, которому сказано, что он матерится: «Не клейте ярлыки!»

Второй: «Не вырывайте мои слова из контекста!»

* * *

Евангелие не о том, как призывал жить Иисус, а о том, что Иисус — жив. Жив и активен, реально присутствует рядом с верующим как Дух Святой.

* * *

Тревожность — это когда человеку идёт шестой десяток, а он всё ещё боится умереть от голода под забором в сорок лет.

*  *  *

Люцифер, сатана, антихрист, — это Бог, идеальный с точки зрения мещанина.

* * *

Корень зла — в зле.

* * *

Пессимист предсказывает будущее, оптимист творит будущее.

* * *

Сатана – бог несвободы.

* * *

Бесы унылы, потому что не могут добиться своего, но ещё более — потому что знают, как глупо то, чего они добиваются.

* * *

Жизнь коротка, если мерять ее в удавах, длинна, если мерять её в амёбах, и бесконечна — если в людях.

*  *  *

Зачем ходить в церковь, если Бог — в душе.

Зачем ходить в душ, если скверна — в сердце.

* * *

Овечье стадо без Бога – это волчья стая.

Овечье стадо с фюрером вместо Бога – это волчья стая.

Овечье стадо с идеей Бога вместо Бога – это идеальная волчья стая.

* * *

Церковь должна быть бедной как церковная мышь.

* * *

Попытки людей разобраться между собой без Бога ведут к разборкам.

*  * *

Любовь – Большой Взрыв, появление творения, Вселенной, космоса в одном человеке. Большой Взрыв – и за ним большие проблемы, потому что человек пытается новый космос использовать как обезьяна, под себя. Обезьяне такое нормально, а для человека – подобие Бога – это и ненормально, и невозможно. В результате полёт превращается в довольно тряскую езду, а то и просто в падение ниже нижнего предела.

*  *  *

Истина есть не то, что мы познаём, а Тот, Кто познаёт нас.

* * *

Итальянцы аплодируют, когда гроб с покойником выносят из церкви. А «бис» бывает? Или освистывание?

*  *  *

Если кошка летает – это чудо. Но если воскресает Творец мира, это, скорее, естественно.

*  *  *

Златоуст заметил, что зажечь потухшую свечу (воскресение) – меньшее чудо, чем создать свечу и огонь из ничего (творение мира).

* * *

Блаженны живущие в оазисах, блаженны, живущие в пустыне, но блаженны и те, кто пытается победить пустыню.

* * *  

Всякое дыхание да хвалит Господа.

Всякое чихание да славит Господа.

Всякая икота тоже пусть славит,

И многозначительное покашливание пусть означает,

Что жив Господь, жива и душа моя.

* * *  

Чтобы не упасть, часто достаточно встать на колени.

* * *

Что для неверующего мироздание, для верующего — мирозадание.

* * *

Объявление в мастерской: «Предоплата — залог хороших отношений».

А надо бы:

«Предъизготовление — залог хорошей работы».

* * *

Если заповедь абсолютна, то человек ноль, сказал один атеист. Напротив: тот, кому адресовано абсолютное, сам есть абсолют.

*  *  *

Размер имеет значение: самое важное пишут мелкими буквами, и человек так велик, что его царский путь лежит через иголочное ушко.

*  *  *

Первые две-три страницы академических монографий в нормальном мире занимает перечисление тех, кто помог: университету, который дал годичный отпуск («субботний год»), друзьям, коллегам, жене, детям, собаке, дворнику, фондам бесконечным. Но было бы много интереснее прочесть список тех, кто мешал, а ещё интереснее — имена тех, кто помешал так, что книга не только не вышла, но и не была написана. Или мы думаем, что в Освенциме погибли те, кому надо, что мир не лишился гениев, талантов, шедевров?... Что всё действительное разумно? Что после Освенцима возможен Гегель?

***

Кающийся говорит правду о себе потому что знает правду о Боге.

* * *

Перевод — способ понять то, что непонятно на родном языке. По этой же причине всякая щедрость, всякая отдача — благо для отдающего. Переводя нечто на чужой счет, человек приобретает понимание и того, что передано, и — что важнее — того, что осталось.

*  *  *

Жизнь не противоположна воспоминаниям. Жизнь и есть воспоминание.

*  *  *

Сперва были люди, убеждённые, что Бог есть. Потом люди, убеждённые, что Бог может стать человеком. Чуть позже — люди, убеждённые, что человек может стать Богом. Ещё потом — люди, убеждённые, что Бог не может быть человеком, человек не может быть Богом. Ближе к нам — люди, убеждённые, что Бога нет, и люди, убеждённые, что человека нет, есть просто обезьяна с фантазиями.

Это разные люди, но это один и тот же человек. Убеждённый. Убежденец. Противоположный верующему и знающим. Верующий знает, что Бога нет и быть не может, но верует в Бога. Знающий не верует, но знающий знает, а не убеждён. Убеждения не меняются, знания меняются, вера меняет.  

* * *

«История галактики в ста словах» не расширяет мир на сто слов, а сужает на тысячу. В большинстве учебников нет главного: ради чего написано и в результате чего написано. Тебе протягивают дощечку и говорят: «Вот лестница, можешь подниматься или спускаться». Поэтому у Меня  неинтересны книжки Меня, это были ступеньки. Его проповеди — о, это была лестница. Монтень весь — лестница. Геродот ступеньки, Ксенофонт лестница. Аристотель ступеньки, Платон лестница.

***

Знающему правду о Боге не страшна правда о человеке.

*  *  *

Я зеленею от злости, когда слышу идиомы «независимое мышление», «оригинальные мысли». Либо мышление независимо и оригинально, либо это не мышление! Хвалить хозяйку: «Ой, у вас сахар сладкий сегодня!»

*  *  *

Ценить мужчину за то, что «у него есть яйца» — всё равно, что ценить женщину за то, что «у неё есть яичники».

Яйца — у быка и гориллы. У человека — правое полушарие и левое полушарие, и горе тому человеку, у которого они стальные.

* * *

Всякий человек умнее, чем о нём думают другие, и глупее, чем он сам о себе думает.

* * *

Парадокс — пряность, противопоставление — основное блюдо. Парадокс встаёт вверх ногами, чтобы увидеть, каков мир «на самом деле». Парадокс плачет, чтобы рассмеяться. Парадокс покидает родной дом, чтобы найти родину.

* * *

Учитель — не тот, кто больше знает, а тот, кто быстрее учится.

* * *

Учитель — тень ученика.

* * *

Умный бумеранг не возвращается.

* * *

Всякий гений — парадоксов друг, но не все друзья парадоксов гении.

* * *

Кроме титанов мысли, бывают и титаники мысли, и даже титушки мышления.

* * *

Не тот писатель, кто пишет, а тот, кто переписывает.

* * *

Стараться хорошо думать — важнее, чем стараться думать о людях хорошо. И вернее ведет к любви.

* * *

Избирательное зрение страшнее слепоты.

* * *

Знание — сила? Вздор! Знание есть что угодно. У труса, у предателя знание есть бессилие, у наглеца знание есть насилие. Знание — сила только у свободного.

* * *

По капле выдавливать из себя ребе!

* * *

Люди делятся не на умных и глупых. Люди делятся на умных глупых и умных умных, на глупых глупых и глупых умных. Умные глупые намного умнее глупых умных!

* * *

Человек должен стремиться говорить и писать понятно, но человек совершенно не должен стремиться быть понятым.

* * *

Человек настолько человек, насколько у него есть идеи. Однако, иметь идеи не означает быть идеей. Если человек — ходячая идея, то это фанатизм, догматизм и фарисейство. Критиковать идеи не означает критиковать человека — но очень многие люди не видят разницы и считают злым всякого, кто посягает на их идеи. Такие люди не имеют идеи — таких людей имеют идеи.

*  *  *

Прага лучше пражан. Москва хуже москвичей. Это как с раем и адом. Бог лучше святых. Сатана хуже грешников.

* * *

Самолет может лететь с такой скоростью, что над ним всегда будет солнце. Вечность и есть движение одновременно с солнцем. Ад есть ошибка в направлении: самолет ведь может вечно лететь на восток, тогда он будет постоянно удаляться от солнца.

* * *

При слове «ответственность» моя рука тянется к епитрахили.

*  *  *

Прага лучше пражан. Москва хуже москвичей. Это как с раем и адом. Бог лучше святых. Сатана хуже грешников.

* * *

Бог близок всем, но не все близки к Богу.

* * *

Ни одна женщина не будет хвастаться плоской грудью, ни один мужчина не объявит во всеуслышание, что у него пенис полтора сантиметра. А тем, что читают тексты не длиннее трёх фраз — хвастаются. Что ж, для них — афоризмы!

*  *  *

Воскресение без Духа Божьего – человечность на ветер. Дух Божий в человеке без человека в Духе Святом – божественность на ветер.

*  *  *

Идолопоклонство есть манипуляция, превращающая манипулятора в живого мертвеца. Проблема не в том, что идолы мертвы, а в том, что идолопоклонники не живы. Даже, если идолопоклонники активно борются друг с другом за победу именно своего идола.

*  *  *

Всё возможно верующему. Во всяком случае, прожить без чудес — точно возможно. Если вера верует в чудеса, это суеверие. Верующий верует в Чудотворца, даже если — и особенно если Чудотворец не творит чудес.

*  *  *

Карлик, стоящий на плечах великана, видит дальше великана, если только он смотрит не на великана, а вдаль. Это всё, что нужно знать об идолопоклонстве.

*  *  *

Суеверие это самоуверенная вера.

*  *  *

Культ карго, культ карго... Разве культ карго означает, что самолётов не существует? Или что не существует американцев и их благотворительности?

* * *

Быть верующим означает ещё и постоянный труд по очищению религиозной традиции от псевдо-религиозного мусора. Как быть христианином означает не быть с антихристом, не пытаться служить двум господам.

* * *

Суеверие есть всё, что говорит: «Ты есть, потому что есть я».

Вера говорит: «Я есть, потому что есть Бог».

* * *

Суевер ищет предсказателей, провидцев, гадателей; христианский суевер — прозорливых старцев. Верующий ищет ученого.

* * *

Единственное настоящее, полноценное кощунство — это ханжество.

* * *

Бывают мужчины с яйцами, а бывают мужчины с пасхальными яйцами.

* * *

О потерянных вещах молиться св. Антонию Падуанскому. О деньгах молиться сатане. О работе молиться потенциальному работодателю.

*  *  *

Святый первоверховный апостоло Петро! Принял от Господа ключи Царства Небеснаго, тем же молю тя ныне: помози обрести ключи от (автомобиля моего, квартиры моея, сейфа сего, электронного кошелька сего)!

* * *

В древности веру выражали, изображая Иисуса, плотно усевшимся на шаре, символе вселенной, а рядышком боязливо стоят апостолы. Но точнее изображает суть христианства картина Пикассо, изображающая Бога в виде девочки, балансирующей на шаре перед могучим мужиком на кубе. Искать в Христе надёжности и основательности это суеверие, потому надёжна и основательна только могила, а жизнь есть вечное неравновесие любви Бога и человека.

* * *

Интеллектуал знает, что «никто», «никогда», «ничто» пишут слится. Интеллигент знает, что надо писать раздельно «ни кто был счастлив, ни кто страдал», «ни что ему угодно, ни что мне хочется», «ни когда дождь, ни когда снег».

* * *

Эротика — это когда сексом занимаются люди, которые любят читать. Порнография — когда сексом занимаются люди, которые читать не любят.

*  *  *

В мире зла нет, а в нас есть.

*  *  *

Лик Христов — не лекало.

*  *  *

Вечная жизнь без вечного покаяния — это ад.

*  *  *

Дух Божий в человеке без человека в Духе Святом – божественность на ветер. Человек не горшок, куда можно засыпать камней – и останется место для песка, засыпать песок – останется место для воды. Человеку нужен воздух Божий – и деньги, успех, дети, всё то, что принято было называть «благословение Божие» — они вытесняют этот самый Воздух Божий. Бог в человеке начинает задыхаться от человеческого благополучия.

*  *  *

Нормальный человек слеп худшей слепотой: он видит прежде всего самого себя. Нормально видеть тех, кто сильнее и богаче тебя, чтобы стать таким же. «Спасение», «второе рождение» это выздоровление от такой слепоты, и начинается оно с того, что человек видит: Бог слабее и несчастнее всех. Нормально молиться не тому, кто сильнее меня, а Тому, Кто на кресте, Кому хуже, чем мне, Кто беспомощнее меня. Он — идеал. Да, Он ожил, воскрес, но Он по-прежнему слабее слабейшего и несчастнее несчастнейшего, пока не прозрели все.

* * *

Отдание Пасхи — как отдание чести. Что отдал, только то твоё собственное.

* * *

Мудрец твёрдо идёт срединным путём! Поэтому он украшен синяками и справа, и слева, а у обычных людей синяки либо справа, либо слева.

* * *

Нельзя открыть истину, не открыв ложь, враньё, иллюзии, обман и самообман. Ничего страшного, так и надо. Просто надо уметь использовать открытия по назначению.

*  *  *

Можно быть болельщиком, не играя в футбол. Можно изучать религию, не будучи верующим. Но невозможно изучать философию, читать философские книги, не становясь философом. «Становясь» в очень платоновском смысле. Эрегируя. Как нормальный мужчина не может смотреть порнографический журнал, не испытывая эрекции. Платон не случайно так часто апеллирует к эротическим образам, он был не глупее, мягко говоря, Фрейда. Секс в сравнении с философией есть сублимация, сужение. Истина, смысл — само звучание этих слов должно отзываться в нормальном человеке динамитным раскатом, пробуждая нечто дремлющее. Не ищите эйдосов на небе, эйдосы внутри нас копошатся и рвутся наружу.

* * *

Господь превратил воду в вино. Один раз. А мы, Его последователи, ежедневно превращаем вино Воскресения в бурду казенщины, кислятину конформизма, газировку воскресного христианства, грязную жижу из козлиного копытца фундаментализма.

* * *

Верующий говорит: «В какой бы трудной ситуации Вы ни находились, Бог может ее изменить. А может не изменить!».

* * *

У ханжи ума – мироваренная палата.

* * *

Учёный начинается с правильной формулировки темы исследования. Найти середину между необъятным и мелкотемьем. Анализ нечётных страниц писцовых книг — мелкотемье и грубая методологическая ошибка, обессмысливающая работу. Изучение истории России как репрессий Кремля против генералов-лейтенантов XVIII-XXI веков — не мелкотемье, и смысл в такой работе есть, но очень маленький, не научный, а краеведческий. С другой стороны, история России как евразийского эгрегора есть формулировка не историческая, а историософская, и историософия эта очень глупая.

* * *

«Я любим» — творит человека. «Я люблю» — человек творит. «Мы любим» — встреча человека с Творцом.

* * *

Любовь — средство познания, но не средство понимания. Познание оказывается ниже понимания, ближе к обладанию. Обладание же есть апофеоз непонимания. Понимающий не будет обладать тем, кого он понимает, потому что понимание освобождает от желания обладать, господствовать. Знание сила, понимание — освобождение.

*  *  *

Смешон говорящий: «Я никому не позволю судить меня». Свобода судит без позволения.

*  *  *

Милость к падшим — дешёвка! Ты призови милость к нападавшим...

*  *  *

Бог запределен абсолютно. Он создаёт и время, и пространство, и пределы, и беспредельность, и физиков, и мир, который изучают физики, и лириков. Только любовь, которую описывают лирики, Бог не создаёт. Он она и есть. 

*  *  *

Сострадать страдающему — да, сорадоваться с победителем — категорическое нет. Это подло, даже если победитель исповедует твои идеалы.

*  *  *

Разница между человечным и бесчеловечным — как разница между поцелуем и укусом.

*  *  *

«Никто никому ничего не должен». Это, конечно, верно до пошлости, но мне больше нравится позитивная формулировка: «Все всем должны всё».

*  *  *

Жить надо так, чтобы некогда было убивать!

*  *  *

Между заботой о себе и заботой о другом есть одно различие. «Я» нахожусь вне слов. Мои заботы — насколько они именно «мои» — внутри меня, я их себе не словами проговариваю. Они варятся во мне, подпрыгивая и булькая, выкипая и подгорая, но беззвучно. Это немое и не кино. Заботы же другого и о другом — целиком сфера выговариваемости, сфера слов. Даже мои размышления о себе или о своей смерти, насколько они облекаются в слова — о другом и для другого, и это прекрасно. Просто надо послеживать, чтобы эти две сферы сообщались, а то обе выкипят.

*  *  *

Идолопоклонник схож с онанистом. Мы можем общаться с Богом, потому что мы Его подобие, и мы перестаем общаться с Богом, когда воображаем, что Он наше подобие.

*  *  *

Святость не отсутствие недостатков, а присутствие Бога.

*  *  *

Чехов сказал, что между верой и неверием лежит огромное пространство, которое человек склонен игнорировать. Между победой и холуйством тоже огромное пространство, а не фазовый переход: либо я победил врага и въехал в его гнездо, спалил и на веки веков истребил опасность, либо я покорный конформист, готовый быть и стукачом, и палачом. Либо я с пушкой на фронте сопротивляюсь, либо я бегу, сломя голову, куда пустят. Попаду в плен — буду лизать ботинки завоевателю и потихоньку обустраивать свой быт, — именно к этому сводилась т.н. «советская жизнь», она же просто совковая нежить. А настоящая жизнь даже не в плоскости между этими полюсами, а в вертикальной, поперечной реальности.

* * *

Клерикал не тот, кто говорит: «Без попов нет спасения, а потому идите в церковь!». Истинный клерикал тот, кто говорит: «С попами нет спасения, а потому не ходите в церковь!»

* * *

Люди, которые призывают других терпеть оскорбления, сами никогда не терпят даже малейших замечаний в свой адрес. Люди же терпеливые никогда не призывают других терпеть — они сочувствуют оскорбляемым и признают их нестерпимую боль, этим и утешают.

* * *

Предательство есть вера в то, что предложение диктует спрос. 

* * *

Эгоизм убивает эго. Бог о Себе говорит: «Эго эсми», «Аз есмь», потому что эго Божие предельно обращено за пределы Беспредельного.

* * *

Прокрустово ложе полбеды, а целая беда, когда вся жизнь прокрустова.

*  *  *

Эталонный циник — онанист, философствующий о браке, сексе, рождении и воспитании детей. Циники обычно  работают шестёрками и доцентами у импотентов.

* * *

Добро и зло — не белые и черные клавиши на рояле, а рояль целый и рояль поломанный. Не свет и тьма, а солнечный день и слепящая лампа следователя.

* * *

Ханжество — когда на всякое обвинение есть объяснение. Покаяние есть отказ от объяснений. Как и гордыня.

*  *  *

Защитники оружия любят повторять, что убивает не оружие, а человек, который оружие держит. Убить можно и кирпичом. Справедливо, как и то, что убивают не слова или идеи, которые произносит и исповедует человек. Если кто-то расстрелял из пулемёта гуляющих людей, не надо запрещать гуляние, запрещать производство и продажу пулемётовпродажу пулемётов, но не надо и выяснять, был человек мусульманином, нацистом или растафарианином, программистом или политиком, приезжим с окраины, Марса или родился на этой улице. Наказывать надо дело.

* * *

Блаженны слабаки, ибо их есть сила Божия.

*  *  *

«Гулять так гулять», — сказал блудный сын, направляясь к родному дому.

* * *

Прямых линий в жизни очень мало, да и точки — лишь видимость. Самое очевидное и проверенное веками может быть всего лишь многоточием, которое спереди или сзади кажется точкой.

* * *

Друг познается в беде, которая случилась с другом.

* * *

Аскет – не человек, которому ничего не нужно, а которому нужно всё, но он сдерживается.

* * *

Вся проблема с духовностью, что Бог нас зовёт выпить и закусить, а мы не идём, потому что совсем не хочется пить и есть. «У нас с собой». Мы обладатели национальности (евреи или греки), мы обладатели социального статуса (рабы или свободные), носители религии (обрезанные или необрезанные). Это и есть идолопоклонство – мы собственность нашей собственности.

* * *

Круглому столу противоположен не квадратный стол, а круглый стул. Бывают такие диваны, в виде круга. Каждый сидящий смотрит наружу и не видит даже того, кто сидит рядом. Близость есть, а единства нет. Так что шутка про то, что центр у всех людей, у всех религий один — недорого стоит. Дело не в том, есть ли центр, один ли центр, а в том, что можно ведь к центру задом повернуться — и тогда будешь оторван не только от центра, но и от всех.

* * *

Чтобы бояться Бога, надо молиться Богу. Кто молится, не может не бояться, как тот, кто пьёт, не может не сглатывать.

* * *

Человек включён в цепь зла, уходящую в глубину веков. Было бы близорукостью открещиваться от этой включённости, было бы старческой дальнозоркостью в неё вглядываться и упрекать себя за геноцид неандертальцев. Освобождение от зла в другом: быть близоруким к грехам других и дальнозорким к своим грехам.

*  *  *

Самая временная паника хуже самых вечных мук.

* * *

В мире есть лишь две национальности: люди, исповедующие презумпцию невиновности, и люди, исповедующие принцип «признание — царица доказательств». И в мире есть лишь две религии: одна исповедует принцип презумпции существования Бога, другая ежесекундно исповедует Бога или отвергает Его, считает Его существование невероятным, недоказуемым и потому верует или не верует в Бога, но делает это от себя лично.

* * *

Зло не пpотивоположно добpy, как дыpка в бyблике не пpотивоположна бyбликy.

* * *

Существуют люди не на своём месте. Лечится творчеством — творить можно только на своём месте, точнее, своё место и есть предмет и метод творчества. Люди на своём месте, но не в себе. Лечится самопознанием. Люди на своем месте, в себе, но рвущиеся на чужое место. Лечится солидарностью.

* * *

Моська, лающая на слона, смешна не всегда. В отличие от слона, лающего на моську.

* * *

Библия говорит: «Я веровал и потому смирился» (Пс. 115, 1). Ханжество предлагает: «Смирись и потому веруй».

* * *

Церковь без совести — как безалкогольное пиво. Совесть без Церкви – как пиво без пены.

* * *

Много на Западе теологов и теологий. Теоэстетика, теоэкология, теогендерология, теокулинария, теополитология, теофилология, теофобиология, теопсихология... Одного нет: теотеологии.

*  *  *

Либо дух христианства, либо Дух Христов.

* * *

Христианин — абажур Христа.

* * *

Этика — последнее убежище эстетики. Именно об этом Пушкин про гения и злодейство, «Портрет» Гоголя, да и Галич тоже. Добро раздваивается на красоту и доброту, но симметрии нет: бывает безнравственная красота, но не бывает уродливой доброты. А эстетика слишком часто — убежище негодяям или просто шалопаям от культуры.

* * *

Человек — любимая мозоль Господа Бога.

* * *

Дух Божий дышит, где хочет. Не «всюду», а «где хочет». Он не дышит там, где грех. Поэтому, отправляясь на фронт или к проститутке, не рассчитывайте, что Дух Божий будет вас сопровождать.

* * *

Бог всесилен любовью и творчеством. Человек всесилен свободой. Два всесилия сталкиваются — и уступает, разумеется, Божие.

Это не оправдание Бога и не обвинение человека. Не оправдание любви и не обвинение свободы. Просто напоминание: любовь сама по себе есть свобода, но свобода сама по себе ещё не любовь и не творчество.

* * *

Человек должен быть для людей — Богом, для Бога — человеком. А мы всё время путаем.

* * *

Какое же счастье, что в этом мире среди шести миллиардов человек есть хотя бы один, которому я могу, не боясь получить по морде, читать нотации, командовать, понукать, благословлять сделать то-то и то-то, ругать за то, что не сделал, вертеть как папа Карло Буратиной — и не бояться, что он уйдёт или будет меня игнорировать. Какое счастье, что для упражнений в тоталитаризме у меня есть я!

* * *

Гуманизм — тень христианства, которой хозяин смиренно повелевает господствовать. Считать христианство тенью гуманизма или считать гуманизм антихристианской подменой, — одинаковая пошлость под противоположными соусами.

* * *

Я бы хотел жить в христианской любви и добродетели, но там все места заняты любящими и добродетельными людьми, так что мне остаётся жить в злобе и грехе.

* * *

Христианство есть смирительная рубашка с обрезанными рукавами.

* * *

Учитель сказал: «Се, стою у дверей и стучу!»

И Петр ответил: «Учителю благий, надо номер на домофоне набрать, а не стучать, я ж на восьмом этаже живу!»

* * *

Сказал Спаситель: «Се, стою у дверей и стучу». И от того часа Иуда, подражая Ему, стал стучать.

* * *

Расти в Боге можно по-разному, как и в человеке по-разному растут зубы и мозоли, волосы и раковые опухоли.

*  *  *

«Все радиусы ведут в центр»? 

Ну да, все радиусы ведут в центр, только и обратное верно: все радиусы могут уводить из центра. 

Мы разбегаемся от Бога и друг от друга. Адамово смещение хуже хабблова разбегания галактик. 

Когда мы откликаемся Богу, совершается второе рождение. Рождение из мира, где человек реагирует, в мир, где человек творит. Из мира печали в мир любви. Из мира, в котором ты словно зубная паста, и жизнь выдавливает тебя из тюбика в гроб, ты переносишься в мир, где в каждом рай, и он рвётся наружу, и нужно лишь согласиться с этим порывом и присоединиться к нему с покаянием и надеждой.

* * *

С фотоаппаратом труднее управляться, чем с людьми. С людьми нужна только выдержка, а с фотоаппаратом ещё и диафрагма.

*  *  *

Аминокислота — основа жизни — это когда говоришь «аминь» на чтение из Евангелия, а на душе кисло. Щёку подставь, ширинку задрай, глаз вырви, ноги отбрось, ручонки шаловливые свои вырви и неси крест... Чем нести-то, Господи Ты Боже мой, чем ходить-то, если мы ноги-руки повырывали?!

*  *  *

Вера – это не вера в то, что Иисус воскрес. Вера – это вера в то, что я воскресаю вместе с Ним. Но для этого надо поверить, что я умер – умер, когда отчаялся, умер, когда устал, умер, когда махнул рукой и замкнулся в себе.

* * *

Нетрудно считать себя хуже всех; трудно всех считать лучше себя.

* * *

В жизни любого человека есть путь земной и путь небесный, и эти два пути не должны мешать друг другу. Узкоконфессиональное» так же не мешает «общечеловеческому», как занятия альпинизмом не мешают горам.

* * *

Я прочёл Евангелие и не стал христианином.

Я познакомился с отцом Александром Менем и не стал христианином.

Бог прочел меня и познакомился со мной. Вот тогда я стал христианином.

* * *

Заповеди блаженства — автопортрет Христа.

* * *

Знаете, как эсесовцы утешали евреев в Освенциме, когда хотели особо утончённо поглумиться? Они им говорили «Всё не так плохо!» И были — математически — абсолютно правы. Всегда может быть хуже. Удушили? Могли и сварить!

Всёнетакужплохо говорят всегда другому. Чужую беду руками разведу. Себе, любимому, говорят «тутнетакужхорошо».

Всёнетакплохо, vsyonetakploho... А потом гроб с очередным невинно убиенным (а то и гроба нет, в Освенциме не было) — и люди, которые твердили покойнику, что всёнетакужплохо, горячо возмущаются злодеями. Ведь было всёнетакужплохо! Значит убийцы какие-то особые злодеи. Не на обывателя же, не на себя, любимого, всё не так плохо, чтобы считать себя виноватым.

* * *

Нападая на другого, всегда выскальзываешь из тех жалких лоскуточков, которые прикрывают твоё безобразие.

*  *  *

В Боге свобода становится любовью.

* * *

Все грешники грешны, но некоторые грешники грешнее других! Чур я первый!!! За мной не занимать!

* * *

Добро бессмертно, зло — неистребимо.

Разница как между райским блаженством и адскими муками.

* * *

Враг — потенциальный друг.

* * *

Друг познаётся в своей беде, а не в беде врага. Друг познается по со-страданию, а не по со-ненависти.

*  *  *

Бог не пастух, который пасёт эволюционное стадо, не биллиардист, который ударом кия посылает аминокислоты к вершинам эволюции. Бог, скорее, как вирус, который устраивается в эволюционирующих организмах и потихоньку создаёт внутри естественного развития нечто настолько сверхъестественное, что даже и противоестественное – любовь. 

*  *  *

Какое же бессовестное название «беспилотники». Давайте и пули тогда называть «бесстрелковые снаряды».

Люди мечтают превратить себе подобных в беспилотников. Отдал приказ, а всю ответственность за последствия несёт подчинённый, который не посмел сказать, что приказ глупый, а радостно, собрав волю в кулак, с инициативой и фантазией истребляет евреев или еретиков.

Бог спросит и с бесхребетного подчинённого, и с бессовестного начальника. С беспилотника не спросишь, но Бог не создал людей беспилотниками с ограниченными возможностями маневра. Бог создал людей людьми. Образ и подобие Божие — образ и подобие не какого-то космического Пилота. Единственный приказ, единственная программа полёта, которую Бог даёт Адаму и Еве — плодитесь и размножайтесь. Н это же шутка — как будто мы бы без Него не стали бы плодиться и размножаться, а ограничились бы шахматами. Как мама, поменяв ребёнку подгузник, подталкивает его: «Ну, беги, играй».

* * *

Гордыня есть вознесение выше всех людей — к бездне, смирение есть вознесение к Богу — ниже всех людей.

* * *

Бог даже камень болезни может превратить в хлеб веры. Когда это пытаются сделать люди, получается ханжество.

* * *

Безвыходных ситуаций не бывает, бывают бесчеловечные ситуации.

P.S. Безвыходная ситуация — когда у тебя выходной, а выйти некуда. Бесчеловечная ситуация — когда ты человек, а всем на это наплевать. 

* * *

Не ищите людей, свободных от ксенофобии — будьте людиной, свободной от ксенофобии.

* * *

Можно изготовить фальшивую ассигнацию, но нельзя изготовить фальшивый хлеб — хлеб всегда будет хлебом, из какой бы ни вышел пекарни.

* * *

Бог есть отсутствие присутствия. Сатана есть присутствие отсутствия. Смысл жизни в том, чтобы наслаждаться теплом недосягаемого Бога и не засыпать в обжигающем вакууме зла.

* * *

Не так страшно блуждать, как страшно считать себя свободным от заблуждений лишь потому, что ты стоишь на одном месте.

* * *

Людоед без люда не может, а люд без людоеда спокойно обойдётся.

* * *

Под правдой жизни циник подразумевает ложь смерти, а святой - истину воскресения.

* * *

Человек есть существо, способое доказывать другим, что оно не человек (в лучшем случае) или (в худшем случае) — доказывать себе, что другие — нелюди.

* * *

В одну и ту же реку нельзя войти дважды, а в одно и то же отхожее место — запросто. На Венеру Милосскую не наступишь, на грабли — пожалуйста.

* * *

«Агрессия» слово из языка ненависти. Агрессия это всякая сила, которая мне не подчиняется.

* * *

Цинизм — пауэрбилдинг нравственных дистрофиков.

* * *

Человек вновь и вновь превращает зерно веры в щебень доброты и в скалу религии, но Бог и эти камни превращает в хлеб.

* * *

Маленькие дети — маленькие хлопоты. Большие дети — большие хлопоты. Маленькие деньги — большие искушения. Большие деньги — большие искушения.

* * *

Ёжик в тумане — восхитительная поэзия, туман в ёжиках — суровая реальность.

* * *

Я основал новое направление мысли: теология освобождения от теологии.

* * *

Спеллер это гениально! Римо-католики превращаются в примо-католиков и зримо-католиков. Но первое место за превращением фразы «Бог поругаем не бывает» во фразу «Бог попугаем не бывает».

Бог не попугай и не будет повторять вздорные крики про «долой абортмахеров», «убьём цивилизацию смерти» и «раздави вакцинатора — спаси человечество». Не говоря уже о «Русь святая, хорони веру православную».

*  *  *

Открытие Америки — лже-открытие. Хочешь открыть Америку по-настоящему — открой сердце. Да не чужое, а своё, балда!

* * *

Кто не предавал, бросит в тебя камень, а ты камень-то подбери и сохрани на память, чтобы сам ни в кого не бросал, кто тебя предаст. Благородство не в том, чтобы не предавать, а в том, чтобы прощать предателя ещё до предательства .

* * *

Как много людей учатся принимать позу лотоса и как мало — позу человека!

* * *

Бог не нарушает свободы человека, эта свобода слишком велика.  Свобода человека в том, что человек способен вести себя по-свински и при этом оставаться человеком.

* * *

Свобода есть тень Бога.

* * *

Догматизм — это религиозный бодибилдинг для мужчин, фанатизм — для женщин.

*  *  *

Изгнание торгующих из Храма материалист — неважно, верующий или атеист — понимает как разрешение на любое насилие: войну, репрессии, мордобой, порку детей, революцию в стиле кровавых палачей Ленина, Че, Мао. Верующий же знает, что настоящая революционность Христа — в «подставь щёку» как теории в Нагорной проповеди и как действию на Голгофе. А изгнание торгующих — просто на пальцах, для глухих выраженная просьба в церкви молиться, и не более того.

*  *  *

Проклятье фарисейства в том, что фарисей настолько хорош, что Бог ему не нужен.

Ответственного человека легко узнать по одному признаку: он никогда не призывает к ответственности. К ответственности призывают лишь безответственные люди вроде разных президентов, директоров, королей, и имеют они в виду одно: кто-то должен заплатить долги, которые они наделали. Ответить за них.

* * *

Вера не считает, что Бог есть и поэтому для верующего в Бога всегда и всё будет хорошо. Вера считает, что и тогда, когда всё будет плохо, Бог есть.

* * *

 «Все средства» — амуниция ада.

*  *  *

Если любовь надевают, как ярмо, человек превращается в скотину. 

* * *

Одна голова хорошо, а две лучше, как говорят палачи.

*  *  *

Человек — землетрясение космоса.

*  *  *

Между Христом и христианином разница как между американцем и латиноамериканцем.

*  *  * 

Сопротивление злу добром есть сопротивление самоослеплению зрячестью, и вовсе не той, которая достигается оптическим прицелом.

* * *

Человечество, человечество… Колхоз имени Первородного Греха, вот и всё «человечество».

* * *

Грех — ответ на вопрос, который задал не Бог.

* * *

Дикие люди неопасны, опасны одичавшие.

* * *

Наткнулся на «остроту»: «Мы не учимся на ошибках. Всем известно, как погиб Пушкин, но в школах продолжают учить стихи, а стрелять не учат».

То, как погиб Пушкин, учит как раз тому, что не надо учиться стрелять. Если бы Пушкин послал Дантесу не вызов на дуэль, а эпиграмму…

*  *  *

Не верую — да, но «не верую, и что я с этим поделаю», а «Не верую, Господи!» Скажи Богу, что ты в Него не веруешь. Ну как Маленький Принц не стал сам рисовать барашка, а подошёл к лётчику и попросил: «Не умею рисовать, нарисуй мне барашка!»

* * *

Низшая свобода — когда люди расходятся, как Авраам с Лотом. Высшая свобода — когда люди сходятся друг с другом как Бог с человеком.

* * *

Христианин рождается, потому что Христос умер.

* * *

Cвобода от святости — всего лишь дезертирство.

* * *

На молебен о прекращении засухи фанатик идёт с зонтиком, либерал с леечкой, а фундаменталист едет во главе колонны единоверцев, везущих цистерны с водой.

* * *

Матерщина — оральный секс импотента.

* * *

Если будете иметь веру с горчичное зерно, то скажете горе «перейди отсюда туда», и она перейдёт. А если еще будете иметь мозги хотя бы с горчичное зерно, то не станете тратить веру на такие забавы.

*  *  *

«Пустячок, а приятно», как сказала свинья, найдя среди груды жемчуга горчичное зерно.

*  *  *

Что чудеснее: муравей взобрался на спину слона и катит себе, или слон катится на муравье? Вот почему Библия пересыпана напоминаниями пророков: Бог шёл среди нас! Был был с нами! И мы уцелели — не потому, что Бог не дал раздавить нас, а потому что Бог не раздавил нас.

*  *  *

Лучше напоказ грешить, чем напоказ каяться. Уныние – агрессивно, мрачность – агрессивна, и не может быть покаяния, если оно сопровождается агрессией в адрес окружающих: я каюсь, а вы, сволочи, телевизор смотрите!..

* * *

Считать радио — болтовней и журналистику — трёпом вполне рационально. Иррационально при этом быть учителем, профессором, политиком, миссионером потому что евангелисты — те же журналисты, а «сказанное на ухо возвещайте с крыш» — то же радио.

* * *

Первое следствие из закона мирового свинства: читая с пятого на десятого, пропускаешь самое интересное, которое всегда с четвертого на девятое.

* * *

Смысл творчества не в том, чтобы стать творцом, а в том, чтобы вернуться к Творцу.

* * *

Нищие духом есть люди, собственность которых стоит меньше их самих.

* * *

Вера без работы мертвеннее, чем работа без веры.

* * *

Можно служить двум господам, но из двух господ только один будет платить за службу — тот, который без слуг вообще ничто.

* * *

Если человека Диоген искал, бродя днем с фонарем, то Бога надо искать ночью, закрыв глаза и замерев.

*  *  *

Мы виновны в том, что хотим, чтобы Бог убил, отомстил, воздал. Чтобы Бог перестал быть Богом и стал убийцей, лучшим из убийц, убийцей на нашей стороне, послушным как пылесос. А Бог не пылесос, люди не пыль.

* * *

«Кому нужна дорога, если она не ведёт к храму!» — Кому нужен храм, если он перегораживает дорогу?

* * *

Чистота не там, где чисто, а там, где не может быть ещё чище.

*  *  *

Человек судится не по тому, сдвинул он гору или нет, а по тому, подождал он опаздывающего или отстающего человека хотя бы на секунду дольше, чем был обязан. Эта секунда делает непреодолимой границу между раем и адом.

* * *

 — Дорого яичко к Красному дню, — как говорит Кощей Бессмертный.

*  *  *

Проблема не в том, что жизнь приготовила тебе, а в том, что ты приготовил Богу.

* * *

В бой надо идти с открытым завиралом!

* * *

Обыватель то и дело жалуется: «У нас украли будущее». Это ведь психология совка, жертвы, психология человека, убежденного, что достаточно победить воровство и взяточничество — и всё будет прекрасно. У меня всё есть — лишь бы это не украли. Потребительская психология. У нормального человека ничего нельзя украсть. Вечность есть, но эта вечность лишь даёт возможность изготовить будущее. Будущее само по себе не вырастет. Горе тому, кто живёт в вате небытия, где всё есть, но никого нет.

* * *

Всякий человек рожден под созвездием Преодолея.

* * *

Боговоплощение оправдано только расчеловечиванием человека.

Иконопочитание оправдано иконоборчеством.

Церковь оправдана эгоизмом и ленью.

Догматы оправданы косноязычием и трепом.

Иерархия оправдана панибратством.

Аскетика оправдана обломовщиной.

* * *

Нищий не приобретает, потому что нуждается, а нищий духом не приобретает, потому что не нуждается.

* * *

Вера не освобождает от дел, вера освобождает для дел.

* * *

Человеческое восприятие Бога не может быть адекватным Богу — иначе какой бы это был Бог! Надо просто сознавать эту неполную адекватность и вести себя соответствующе, не впадая в агностицизм и цинизм.

* * *

Количество переходит в качество только, если количество — качественное.

* * *

Человек должен работать всеми частями тела, кроме локтей.

* * *

Кто работает как муравей, не построит ничего, кроме муравейника.

* * *

Творчество есть содержание, становящееся формой.

* * *

Муравей высказал стрекозе всё то, что не посмел высказать муравьиной матке.

* * *

Любовь и счастье растут в мире как шерсть и подшёрсток. Мир так создан. Другое дело, что растут-то растут, но если их не расчёсывать, не состригать, не скатывать из них шерстяные нити и не вязать из них свитер свободы и жизни, то проку от них будет мало, а будет лишь тоска по счастью и любви.

*  *  *

Безделье — корень всех пороков, деловитость — их результат.

* * *

Великая Хартия Вольностей XII столетия, с которой ведёт свой отчёт европейская демократия, хранится в Англии, в Солберийском соборе, в плексигласовой витрине, к которой может подойти любой посетитель храма.

Соборное уложение 1649 года хранится в московском архиве древних актов, где я работал. Мне доводилось его демонстрировать экскурсантам; сотрудники архива называют серебряный ларец, в котором хранится Уложение, «кастрюлькой». Потому что оно действительно кастрюля!

У британцев закон — в храме, а у русских — в кастрюле, кастрюля в сейфе, сейф в кабинете начальства...

Желудок человека не всегда — путь к его сердцу, но всегда — путь к сердцу чужому. Изголодаешься, так и полюбишь каждого как потенциального кормильца.

* * *

Творчество есть саботаж небытия.

* * *

«Покупатель всегда прав», — сказал Иуда и удавился.

* * *

Антихрист подменяет закон, фальсифицирует закон, отрезая его от права, издевательски клеймит «рафинированные» представления о правовом государстве. Христос утверждает Закон, с большой и с маленькой буквы, потому что только закон защищает веру и благодать от насилия и манипуляций сильных. 

* * *

Один в поле не воин, один в поле пахарь.

* * *

Обряд — бинокль: если правильно им пользоваться, уменьшается расстояние между тобой и Богом; если ошибочно —растет.

* * *

Пушкин писал стихи гусиным пером, но Пушкин не был гусём. Библия —гусиное перо Бога.

* * *

Спящая ворона никуда не поспеет, даже если она белая.

* * *

Есть вещи и явления, которые либо непрерывны и свободы, либо они тень себя, подделки. Тень — подделка человека, потому что человек есть постоянно и решает сам, куда идти, а тень двигается за человеком и то появляется, то исчезает. Любовь, творчество, свобода — либо непрерывны, либо они дрянь и тошниловка. Как вертолёт — либо всё крутится непрерывно, что должно крутиться, и тогда он летит, либо то крутится, то не крутится, и тогда это груда железа, которая громоздится на земле и время от времени содрогается, а потом затихает.

* * *

Мы мечтаем всё наверстать, но удается лишь насантиметрить.

*  *  *

«Мы — проводники», — заметил отец Александр Мень. Почему все разговоры об «энергетических вампирах» и «выгорании» пустое. Человек занят не своим делом, если ему кажется, что из него соки сосут, что топливо кончается. О, конечно, усталость случается, отдыхать нужно, люди безответственны, небрежны и т.п. и т.д., но это означает лишь, что нужно не дальше от людей, а ближе к Богу. Теоретически, конечно, надо бы не слишком сближаться с людьми, чтобы (как выражался тот же отец Александр) не взяли тебя «на абордаж», но практически это неосуществимо — единственная защита от абордажа в том, чтобы быть на борту у Бога.

* * *

Трудно убедить просящего камень принять хлеб, но ещё труднее убедить бросающего камень поделиться хлебом.

* * *

Каждый мужчина призван поджечь избу и так хлестануть коня, чтобы он пустился вскачь. Остальное уже призвание женщины.

 * * *

Судить о Творце по творению — как судить о человеке по делам. У психологов это называется бихевиоризм: человек есть непознаваемый чёрный ящик, возможно лишь реконструировать его личность по его поведению («бехейв» по английски). Только это если не полный вздор, то весьма частичная правда. Мы и о себе, и о других отлично знаем: между «я» и поведением есть зазор принципиальный, качественный. Между Богом и Его творением зазор несравненно больший, хотя и преодолимый так же, как в отношениях с людьми: любовью.

*  *  *

Мелькнуло сообщение в 2016 году: в Норвегии количество противников теории эволюции — ноль целых, ноль десятых процента. Точнее, не осталось ни одного норвежца, разделяющего теорию «божественного руководства» — так я бы перевёл «intelligent design». А вы говорите, сплошь плохие новости! Суевериям бой! И дело не в том, что идея «божественного вмешательства» оскорбляет Бога (хотя и это есть), а в том, что эта идея оскорбляет человека, предполагая, что творить — означает руководить, контролировать, нервировать окружающих окриками и приказами, которые нарушают естественный ход вещей. Бог — дизайнер интеллигентный, Он не оставляет на готовом изделии жирных опечатков Своих пальцев.

*  *  *

«И не скажут: вот, оно здесь, или: вот, там. Ибо вот, Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк 17:21).

Господь — двигатель внутреннего сгорания.

*  *  * 

Всякий не прочь быть богом, мессией, хотя бы Дон-Кихотом, а лучше всем сразу и ещё первым любовником и миллиардером. Но колется! Хочется не рисковать, оставаться реальным — а реальный не бывает идеальным. Тогда рядом с идеалом возникает болтливый балбес — иногда удачливый трикстер, чаще нет. Осёл, на которого нельзя положиться, на которого даже и положить ничего нельзя, но симпатичный и весёлый, не моё сверх-я, а моя повседневность, только чуть-чуть посимпатичнее.Совершенству необходима тень, во всяком случае тут, на земле. Поэтому злодеи кажутся интереснее идеальных людей. Но только до тех пор, пока злодеи тени, сопровождающие и оттеняющие. Исчезнет скучный святой, и злодей перестанет быть сколько-нибудь интересным, станет тем, кто он и есть, мелким скучным бесом-недотыкомкой, от которого хочется одного: освободиться от его присутствия.

*  *  *

Другу нормально утешать друга, говоря «и со мной такое было» – для любящего это преступление, любовь видит единственность всего, что происходит с любимым. 

*  *  *

Перечитывал «Сына Человеческого» и подумал — и сказал жене, которая горячо согласилась — что уникальность отца Александра Меня была в том, что он был исполинская личность. Личность! И он был такая исполинская личность, живая, что его тексты на этом фоне были чем-то очень маловажным. Они не были плохие, но они совершенно не соответствовали масштабу его личности. Бывают люди, тексты которых намного крупнее их личности — хотя бы и Пушкин, который точно говорил «быть может всех ничтожней он». Пока не требует к жертве. Толстой был крупнее своих текстов, а Достоевский мельче. Бог бесконечно больше Библии. Большинство людей обычно равновелики — Чехов, Короленко, Лесков... Впрочем, Чехов чуть крупнее своих текстов. Но у некоторых очень большой перепад. Ерофеев был крупнее своих текстов, но сделал усилие и усох, стал мельче «Петушков». Прижизненный суицид посредством поллитры. Пить не надо вообще. Спиться не выход. Разумеется, это относится не только к текстам, но и к симфониям, картинам, супам, шашлыкам, путешествиям, надгробиям и так до бесконечности.

* * *

Библия есть сборник неадекватных текстов (ну вот «Песнь песней» — мы же понимаем, что влюблённые неадекватны), которые организованы так, что при определённом подходе адекватно описывают отношения Бога с человечеством.

*  *  *

В русском языке и в русской душе прощение, к сожалению, кажется частью прощания, расставания. А на самом деле прощение – часть встречи. С другим и с Другим. Конечно, намного легче простить, расставаясь. Простить, намереваясь вместе вечно жить, трудно, потому что такое прощение подразумевает обоюдное преображение. Видимо, это вообще недостижимая цель. Но только недостижимая цель и достойна человека.

*  *  *

Не отделяйте плевел от козлищ!

*  *  *

Незнание истории не освобождает от истории.

* * *

Всемогущество Бога — как масса Бога. Любовь Божия — вес Божий.

* * *

История точная наука, потому что её пишут люди. История не точная наука, потому что её пишут о людях.

* * *

Кто знает историю — творит историю!

*  *  *

Ребёнок учится одеваться – и одежда есть средство обозначить границу между собой и миром, не просто защита от холода и ветра. Проходят годы, и ребёнок, хихикающий при виде неодетого человека, вырастает и узнаёт, что любовь умеет раздеться, раздеть, преодолеть границу, и при этом не уничтожить ни себя, ни другого, а, наоборот, сделать себя подлинно собой и другого подлинно другим.

* * *

Ходить бывает скользко по камешкам иным, поэтому историк, в отличие от егермейстера А.К.Толстого, обязан не умалчивать, а, напротив, говорить — чтобы никто не поскользнулся и не сломал себе ногу или шею.

* * *

Историю знает тот, кто познаёт себя.

* * *

Церковность есть не умение быть в Церкви, а умение быть Церковью.

* * *

Адское единство есть единство запертых намертво ворот, единство Церкви есть единство ворот широко распахнутых, в которые войдут все.

*  *  *

Так называемая «нормальная жизнь» это патология уже в силу своей конечности, не дающей выполнить всё, что может человек. Только вечность — достойное человека пространство. Человек же боится вечности, потому что и от обычной жизни страшно устаёт, не сознавая, что устаёт именно от «обычности», «временности» времени, от зацикленности.

* * *

Перегородки между церквами не достают до неба? Но Церковь и есть небо!

* * *

Экуменизм не строит мост над пропастью, а напоминает, что пропасти нет.

* * *

Как хорошее вино отличается от плохого наличием послевкусия, так вера от неверия — тем, что человек ходит в церковь и после праздника.

* * *

Люди делят Церковь, а Бог перемножает разделенное.

* * *

Ради общины отвергать приход — все равно, что ради вина отвергать виноград.

* * *

У католиков свобода воли, у православных свобода безволия. У католиков у каждой Церкви особое право, у православных у каждой Церкви особое бесправие.

* * *

Христиане делятся на дохалкидонитов, постхалкидонитов, рехалкидонитов, мимихалкидонитов, сольхалкидонитов, ляляхалкидонитов, хахахалкидонитов и благородных халкидонов.

* * *

Человек живёт вечностью, но живёт в прошлом. Прежде всего, материально. Наши дома, наша еда, наши идеалы, — всё это прошлое. Кто-то подсчитал, что средний француз в полтора раза богаче среднего немца, потому что во Второй Мировой у французов больше сохранилось, в том числе, всякого домашнего скарба. Чем выше по лестнице богатства, тем больше прошлого, и чем больше «модернизма», тем больше прошлого, потому что модернизм есть попытка скинуть груз, отказаться, «освободиться» от наследства. Творчество радо было бы начать с чистого листа — когда уже прошлое вошло в тебя и стало столом, на который можно положить чистый лист.

* * *

Христос — это полнота, Его не может быть больше или меньше, а Антихрист — это бесконечно малая величина, он бесконечно уменьшается. Зло все время уменьшается, и предела этому нет, ад не имеет дна, в раю нет крышки.

*  *  *

Хороший историк, как и хороший физик, даёт ответы, которые ставят новые вопросы.

* * *

Не входящее в уста оскверняет человека, но исходящее из устава.

*  *  *

История это победа над идолопоклонством перед прошлым.

* * *

Историк есть идеальная и единственно возможная машина времени. Идеальный историк, конечно.

* * *

Бесов бояться — в храм не ходить!

* * *

Символ веры – лекарство от символической веры.

*  *  *

Различия между мышлением о физике и мышлением об истории есть. Но это не означает, что физики и историки люди разных видов, что историк не может выйти замуж за физика и иметь с нею потомство. Узкий специалист подобен, конечно, флюсу, но не надо внушать себе, что ты только лишь узкий специалист. Всякий человек — широк как шаровары Бульбы. Князь, академик и преинтересный православный мыслитель Алексей Ухтомский прославился открытием «психологической доминанты». Психические процессы неравномерны, склонны к флюсам, но специализация лишь доминанта — общий план здания. Здание может быть складом, может быть генштабом, может быть обсерваторией — архитектура разная, но в самых разных зданиях одинаково должны быть и клозеты, и окна, и крыша, и стены, и воздух, и свет, хотя организует их и пользуется ими та самая доминанта по-разному. Никто ещё не переставал пить под предлогом, что он едок.

*  *  *

Любовь только к своим – это не любовь, а все та же ненависть, выгородившая себе городок на пригорке.

* * *

Рай не золотой век человечества, Рай золотой век богочеловечества.

* * *

Ключи от рая Господь Петру обещал. Но Господь не обещал Петру, что рай будет заперт, вообще не говорил, что у рая есть замок. Иисус просто помнил двенадцатую заповедь: «Каждому петрушке свои игрушки».

*  *  *

Бог требует кротости не для того, чтобы на нас ездить. Он требует кротости, чтобы на нас ездили подобные нам люди. С одной стороны, что за чудачество? Стал бы человек требовать от лошадей, чтобы они возили друг друга? С другой стороны, не это ли чудачество больше всего говорит нам о том, чем человек отличается от лошади?

* * *

«История не символ веры и не катехизис, она даёт не правила, а уроки». — Джон Ньюман, 1878. «History is not a creed or a catechism, it gives lessons rather than rules». От себя добавил бы: «История даёт не догматы и не уроки. История даёт по шее». История есть человек, врезавшийся в свою собственную спину.

* * *

Бог не инвестор, Бог инвестиция, Он ничего не вкладывает в человека, Он вкладывается в человека.

* * *

Геродот — отец истории, хотя описывали прошлое и до него. Почему Геродот, а не Моисей (если согласиться с утверждением, что Моисей сам описал Исход)? Почему история греко-персидских войн, а не многочисленные надписи египтян и тех же персов, повествующие о победах?

Потому что Геродот написал красиво. А красиво Геродот написал, потому что писал свободно, не по заказу. Такова особенность слова. Можно по заказу создать красивую музыку, картину, построить красивое здание, но нельзя по заказу написать красивый текст.

*  *  *

Мир не указывает на Бога. Творение не доказует Творца. Творец — да, доказывает мне, что мир не иллюзия, что я существую, что бытие реально.

Небеса — да, шепчут о сиянии Божества, земля о себе напоминает, что создана Богом («Шамаим сафар каводале махасе, // Явд навгад ракиа», Пс 18:2). Шепчут тем, кто хочет слышать, напоминает тем, кто нуждается в напоминании.

Этого совершенно достаточно, не нужно в школах каждый урок начинать напоминанием о Творце, хуже будет.

* * *

Собака равна своей собачьей жизни, заяц равен заячьей, а человек не равен своей жизни. Человек не проживает жизнь, человек создаёт жизнь. Или не создаёт. Тогда у него остаётся биологическое существование. Человеческая жизнь называется историей. История — это жизнь со смыслом, и смысл всегда в соединении одного со всеми. С ближними и дальними, с современниками и предками, с родными и посторонними, с потомками своими и чужими. Чужие бывают в животной жизни, а в человеческой не бывают. Не жизнь человека есть часть жизни человечества, наоборот. Человечество меньше любого отдельного человека. Человек не остров в архипелаге человечества, человек это творец человечества. Или изготовитель бесчеловечности. Обычно и то, и другое. Примата рожает женщина, человека рождают родители и примкнувшие к ним/приравненные к ним, человечество же рождают люди, не наоборот. Только чтобы родить человечество, надо родиться самому — и тут английское «труд», «лейбор», которое означает и «роды», очень уместно. Муки творчества и труды рождения, самозарождения и повивальных услуг.

* * *

Иудеи могут хвалиться древностью и землёй, мусульмане могут хвалиться порядком и количеством, атеисты могут хвалиться количеством и прогрессом, а христианин может хвалиться только верой в то, что один замученный ожил и жив и вдохновляет жить ради любви, а не ради безопасности.

* * *

Иисус не призрачен, Иисус — прозрачен.

* * *

Блаженный Августин сказал: «Мятётся наше сердце, Боже, пока не успокоится в Тебе». Это правда, но всё-таки на самом деле «покой в Боге» — это такая энергетика, такая буря-шмуря, что назвать это покоем можно лишь в сравнении с пьяной дракой, которая, действительно, сплошное беспокойство для участников и наблюдателей.

* * *

Историк противоположен другу. В этом смысле, история есть безусловно наука, а не искусство. Историк скажет о том, о чём друг промолчит — иногда для того, чтобы пощадить слушающего, иногда ради своих интересов. Друг ведь заранее позволяет другу некоторые «вольности» — в том числе, свободу утаивать то, что может причинить боль. Учёный же не боится причинять боль, учёный боится лжи, которая хуже, чем боль.

* * *

Бог может освятить и преобразить искренний ужас, страх (и ненависть — их следствие), но даже Бог не может освятить лицемерную любовь. Можно выжить, питаясь лебедой, но не восковыми яблоками.

* * *

Отличить историка от неисторика просто. Неисторики — это люди, которые помещают в социальных сетях сообщения о том, что пропал человек, или грядет ужасная катастрофа, если не подписать того-то и того-то, или что нужно всем как один, потому что последний шанс, и потом не сообщает, чем дело кончилось. Нашелся ли человек, произошла ли катастрофа, увенчалось ли успехом «все как один».

Неисториков, конечно, большинство среди людей, поэтому у историков есть возможность заработать.

*  *  *

Блаженны несчастные водители поливальных московских машин. В дождь и в грозу они всё равно ездят и поливают, потому что за ними следят из космоса! (Думал ли Циолковский, как используют ракеты!) Таков христианин: какая бы ни была погода, мы ездим под Богом. Нас поливают ненавистью – мы льём слёзы, а не мечем молнии. От нас отворачиваются – а мы не отворачиваемся. Нас не замечают, а мы смотрим и благословляем.

* * *

Возможное есть должное. Грех есть невозможность, поэтому человек должен не грешить. А когда грешит, то совершает невозможное, дурачок.

* * *

«Спасайся, кто может»... Кто может — грешит, а кто не может, тот да, спасается. Чтобы грешить по новой.

* * *

Любовь к греху и любовь к славословию связаны прямо, как грехопадение и фиговый листок.

* * *

Грешник грешит, потому что ждёт греха не от себя, а от ближнего.

* * *

Ревизионисты, которые пытаются сократить счёт погибшим от Ленина, Гитлера, Сталина, воюя за каждый миллион, за каждую сотню и единицу, словно скупец, проверяющий счёт в ресторане, правы в одном: не надо раздувать счёт. Убит по приказу Ленина один человек — и, как говорят адвокаты в судебных драмах, «спасибо, достаточно». Значит, Ленин уже величайший преступник в истории человечества, и надо принять меры, чтобы такое не повторялось.

А ревизионистов надо бы расстреливать поодиночке, утешая: ну мы же тебя одного расстреливаем, не миллион… Значит, ничего страшного! Какою ревизией меряете, такою и мы тебя обревизионизируем… Надо бы! Но, к счастью, найдётся на каждое сатанинское «надо» божественное «необязательно!».

* * *

Пророк глядит истории в глаза, а историк — в ж…пу.

* * *

И в Сахаре бывают пальмы, но все же как пальмовым, приветствующим Иисуса, должно быть не одно воскресенье, а каждый день, так и мир должен быть не пустыней с оазисами, а садом, и человек в нем садовник, роза и баобаб одновременно.

* * *

Чапек в «Война с саламандрами» спародировал отзывы разных великих людей своего времени на вопрос: «Есть ли у саламандр душа». Лучше всего вышло с Бернардом Шоу: «Есть, этим саламандры отличаются от людей». Собственно, это всё по поводу сходства обезьян и людей. Сходство доказывать не нужно, оно бросается в глаза всякому, кто посещал налоговую инспекцию или собрание действительных членов Академии Наук. Вы мне различие докажите!

* * *

Бог — Перебор. Человек — недобор. Сатана — Ратибор.

* * *

Раньше историки описывали плавание «Титаника», которому важно не наскочить на айсберг. Теперь всё более становится ясно, что писать историю означает описывать жизнь человека, плывущего на айсберге навстречу «Титанику».

*  *  *

Какой ужас: считать, что Бог есть совершенство и поэтому не страдает.

Вот уж атропоморфизм так антропоморфизм. Можно сказать, антропоморфинизм. Проекция на Бога своих представлений о совершенстве. Эгоистических, скотских представлений.

Бог есть соверенство и поэтому так страдает, как нам и не снилось. Голгофа не в счет, там человеческие страдания.

Страдание сострадание — высшее страдание. Страдание от невозможности помочь. Страдание того, кто знает, как суетна, причем напрасно суетна, необязательно суетна жизнь любимого.

* * *

Причина реакции, охватившей мир в начале III тысячелетия — отката от гуманизма, космополитизма, демократии — это появление интернета как принципиально высшего уровня коммуникации. Человечество повело себя как жених, сбегающий из-под венца. Мама, роди меня обратно. Ничего, как миленькое вернётся — уж очень сладкое это дело, коммуникация!

* * *

Враг не дремлет, но и ангелы не храпят.

* * *

К Первомаю Библия предлагает нам лозунг апостола Павла: «Не заграждай рта у вола молотящего!» Был бы я художник, я бы этого вола ужо нарисовал... глаза красные, яростные, челюсти молотят, молотят — в моём случае, всякий вздор, но тем более!

* * *

Кормить голодного надо. Кормить голодного солдата надо с условием, что он больше никогда не будет ни в кого стрелять. Кормить голодного лжеца надо с условием... Кормить голодного Гитлера... Жестоко, но — увы. А вот голодного пьяницу, голодного наркомана, голодную распутницу надо кормить безо всяких условий.

*  *  *

«Пред видом Российской Федерации как презренны все конституции». К.Прутков.

*  *  *

Спасение не в том, чтобы снять тяжесть с души, а в том, чтобы нагрузить душу Богом. Заменить тяжесть на груз. Для человека тяжело всё бессмысленное, а если груз осмысленный, то... Бог – вот та своя ноша, которая тянет ввысь, с которой начинается подъём духа и которая делает подъём духа бесконечным.

* * *

В игольное ушко может пройти множество верблюдов. Лишь бы не толкались. Верблюды способны не толкаться, богачи — нет.

* * *

Историк это человек, знающий, что нет истории. Нет человечества. Нет культуры. Нет общего, есть лишь единичное. Разруха не старуха с клюкой, а Карл украл кораллы. Есть лишь Вася Пупкин и Василиса Пипкина, они и есть история-шмыстория. 40 000 братьев тычут Василисе в храм Василия Блаженного и говорят: «Уууу! Красотища!!!» Вся культура ей диктует, что это красотища. Василиса равнодушно отворачивается и замирает перед Френсисом перед нашим Бэконом, и ничего с этой дурой не поделаешь. Бэкон становится культурой, хотя с утра был пьяным п...дором. Историк с культурологом может (и должен) лишь описать этот поворот, но не предсказать. Историк с культурологом и сам должен отворачиваться от одного и поворачиваться к другому. Кто убил в себе Василису Пипкину и Васю Пупкина, тот не поймёт их в окружающих.

*  *  *

Православна семья, в которой муж подставляет правую щеку, если жену ударили в левую.

*  *  *

Мы спрашиваем, будет ли в раю секс, будет ли в раю смех. А надо спросить, будет ли в раю речь. Ведь юмор и секс лишь подвиды коммуникации. Ответ очевиден: да в раю мы только и начнём общаться по-настоящему. Отсюда следующий вопрос: будет ли в раю рай? Если я буду в раю, какой же это будет рай?

* * *

Беллетрист испытывает на творческий потенциал реальность и поэтому может себе позволить не экспериментировать с языком. Эссеист экспериментирует с языком и не мнёт реальность. Историк должен быть одновременно эссеистом и беллетристом.

Александр Кони сказал:

«Человек лжет в жизни вообще часто, а в нашей русской жизни и очень часто трояким образом: он говорит не то, что думает, – это ложь по отношению к другим; он думает не то, что чувствует, – это ложь самому себе, и наконец он впадает в ложь, так сказать, в квадрате: говорит не то, что думает, а думает не то, что чувствует» (Кони: На жизненном пути: М. 1914, I. 124).

Красивая симметрия в первой половине фразы, но совершенно неясная вторая половина. Напрашивается совсем другое продолжение, так что фраза может выглядеть вот так (и при этом она будет относиться прежде всего к настоящему, к тому драматическому явлению, которое называется «совок», «ватник»):

Человек способен лгать трижды: говорить не то, что думает, думать не то, что чувствует, чувствовать не то, что подсказывают чувства.

* * *

Царство Божие не украшает жизнь — напротив, жизнь есть украшение Царства Божия.

*  *  *

Россия — необитаемый остров, на котором находятся 140 миллионов человек.

*  *  *

Мы идём к Богу за счастьем, а получаем личность.

*  *  *

Страна, где каждый в той или иной степени государственный служащий, солдат, чинуша, вольно, невольно или безвольно, а внёс свой вклад в милитаризм и несвободу, — и все такие жаждущие утешения и умилительности. Да вашу ж душу, нас надо серной кислотой крестить и соляной кислотой причащать, а вы хотите розовой воды с мускусом! Вы хотите Страшного суда с притопом и хороводами — ну как же, любов, любов, любов!

* * *

Кратчайшая история России: варяги родили ворюг.

*  *  *

Россия это ложь Ленина, обернутая во вранье Сталина и упакованная в лукавство Черчилля.

*  *  *

Один и тот же идеал у Чехова одуванчик, а у Горького торшер.

* * *

Романов подморозил Россию, Ульянов выморозил. Так Россия стала отморозком человечества.

* * *

Периодизация российской истории: Россия Тайного Приказа, Россия Тайной Канцелярии, Россия Третьего Отделения, Россия ЧК, Россия ГПУ, Россия НКВД, Россия КГБ, Россия ФСБ.

* *  *

Заказывали пиццу, а получили вечную жизнь – вот что такое явление Христа народу.

* *  *

История России с Ленина по сей день: звуковое кино кончилось, а немое не началось.

*  *  *

Проповедь свободы в России строится по схеме старого анекдота.

— Милитаризм, деспотизм, кровавая гебня, — вы страдаете от того, что вами распоряжаются как марионетками...

— Почему же страдаем? Нам это в удовольствие!

* * *

Христианская вера не в тех, кто в огне не горит и в воде не тонет, а в тех, кто верует и сгорая, и утопая.

*  *  *

В России быть стариком это единственный способ не быть старцем.

*  *  *

Есть Россия, есть Раша. Одно время Рашу называли Совком, потому что сама Раша тогда именовала себя Советской Страной. Никто не родится в Раше, родятся в России, даже если родители — в Раше. Потом эмигрируют — не все, конечно. В Раше многое лучше, чем в России. Стабильнее, безопаснее, государственнее, там атомное оружие и готовность пустить его в ход, там 666 оттенков серого и коричневого, там крысятничество, кланы, коллективизм садо-мазохистского типа, там можно вволю ворочать фигой в кармане, там чудеса в решете, лешие в кабинетах сидят и русалки у них в пресс-секретарях.

*  *  *

Для номенклатуры люди — «обслуга». Для аппаратчиков — «население».

* * *

У кого-то понедельник начинается в субботу, а у христианина суббота начинается в воскресенье.

* * *

Я не субботник. Я субботаник. Субботник в субботу не пишет, а я пишу.

*  *  *

Варлам Шаламов писал, что заключённые могли спрятать умершего сокамерника, чтобы продолжать получать его пайку. Пусть даже труп смердел: к вонище привыкали. В современной России культура, наука, политика, вера так же смердят, но ими дорожат: всё дополнительная пайка.

*  *  *

Придумал неологизм: нультура.

Великая российская нультура.

Деятели нультуры.

*  *  *

Даль: «Авось, небось, да как-нибудь: три русских бога».

Украинский вариант: «А якже, авжеж и отож».

В аскетике это реализуется как триада «накося-выкуся. пшёлты и фигтебе».

*  *  *

Наша жизнь не вечность, но вечность — наша жизнь. Насколько веруем, настолько вечность превращает нашу суету в дела. Болезнь для неверующего облом, для верующего дело.  Тюрьма без Христа могила, с верой скалолазание. Смерть для неверия конец, для верующего дивертисмент.

*  *  *

Считать черносотенцев, националистов, фундаменталистов альтернативой путинизму и гундяевщине — как считать людоеда альтернативой палачу. Палач убьёт и выкинет, людоед убьёт и съест. Большая разница?

*  *  *

Кажется, это из мемуара о том, как к Ахматовой приехал Берлин, и они сидели в комнате питерской коммуналки, за дверью шла обычная советская жизнь, поэтому из-под двери потекла струйка мочи. Дореволюционное воспитание дало себя знать, хозяйка и гость бровью не повели. Оно и нетрудно, это ведь так, драма...

Трагедия же реальности в том, что из-под двери текла и течёт струйка крови, а брови по-прежнему не ведутся.

*  *  *

Бог не любит слабых больше сильных, женщин больше мужчин, бедняков больше богачей. Более того, весь смысл Божьего призыва в том, что Бог обращается к сильным, чтобы те перестали злоупотреблять силой. Бог обращается и к слабым, чтобы те перестали злоупотреблять силой — какая-то сила есть у самого слабого человека. Хуже того, можно злоупотреблять слабостью, ох как можно. Так что не надо «изгонять единого и могущественного Бога». Не вера в могущество Бога мешает человечности.

* * *

В России нет цензуры. А зачем цензура в тоталитарном государстве? Цензура — свойство государства полицейского. Цензура — как душить человека. Тоталитарное государство — государство повешенных. Повешенного не душат.

* *  *

Если уж быть исихастом, так чтобы зубы скрипели.

*  *  *

Бог говорит не словами, Бог говорит Богом, потому что Бог и есть Слово.

*  *  *

В романе Дюма «Граф Монте-Кристо» — то есть, «Повелитель Голгофы» — главный герой обзаводится таким богатством, что получает «неограниченный кредит» у Ротшильда. И на что же он его тратит? На месть. Роман заканчивается, когда герой понимает, что вёл себя не как Христос, а как Антихрист. Мало страдать, чтобы стать страдальцем. Мало быть распятым на Голгофе — там ведь и двое разбойников были распяты. Надо ещё простить и не мстить страданием за страдание, как разбойник, издевавшийся над Иисусом, мстил Сыну Божьему, который был рядом, потому что его крики дальше Бога не доставали. Какую бы сумму мы ни вписали в своё представление о счастье — это будет ограниченность, смерть. Самый дорогой гроб — всего лишь гроб. Только пустое место в строке «кому хочешь отомстить» — дверь в бесконечность. А чтобы любить, деньги вообще не нужны, нужна потенция бесконечности.

* * *

Церковь стоит на камне, который мы не бросили в другого.

* * *

Из марксизма-ленинизма было легко вывести любой запрет. Запрет всего. А из христианства оказалось трудно, невозможно. По мелочам кое-что — вполне, но очень по мелочам. И в итоге сегодня запретизм использует обычную секулярную идеологию: безопасность, общественный порядок, общее благо. Оказывается, секуляризм как источник охранительства не уступает религии, а даже намного её превосходит. «Кощунство», «ересь», «раскол», — это всё очень зыбко и трудоёмко, да и можно попасть под грабли. А «безопасность», «самооборона», «борьба с террором» — загляденье!

*  *  *

Господь всегда спускается к нам, если только мы не превозносимся.

*  *  *

Если медитация — приучение вселенной к отсутствию себя, любимого, то молитва — приучение себя, любимого, к отсутствию вселенной и присутствию Бога.

*  *  *

Обойдя русскую землю, Спаситель возвёл очи Свои в горе и сказал: «Отче, прости им, ибо не ведают, что не творят!»

*  *  *

Историю России после 25 октября озаглавлю «50 оттенков кровавого».
Кровавый цвет так же отличается от красного как скинхед от тонзуры.

* * *

В Библии есть Бог часто сравнивается с крестьянином. Крестьянин позовёт – вол отзовётся, осёл прицокает поесть, чего дадут, а Бог позовёт – нам плевать, мы не узнаём Того, без Кого мы – животные. Понятно, Бог зовёт не для того, чтобы корму насыпать, но мы же не ослы, чтобы только на еду реагировать. Хорошо или плохо, что Бог не погонщик ослов и что люди не реагируют на Бога как подсолнухи на Солнце?

*  *  *

Христос благодарит, антихристы требуют благодарности.

* * *

Неверующий муж освящается женою верующей.

Верующая жена очеловечивается неверующим мужем.

Неверующая жена освящается мужем верующим.

Верующий муж вразумляется женою неверующей.

Неверующие супруги проходят вне очереди.

Если веруют оба супруга, один должен притвориться неверующим.

* * *

Монашеская жизнь – хождение по водам.

Жизнь в браке – хождение по вину.

* * *

Для христианина есть один-единственный месяц: благодабрь.

С 1 благодабря по 365 благодабря.

*  *  *

— Отдай Пасху! — говорит человек Богу.

— Сам отдай! — говорит Бог человеку.

— Прекратите, — скомандовала Пасха. — Сама решу, кому отдаться.

(подражание отцу Сергию Круглову)

*  *  *

Христианство есть не восстание против мира, а восстание из мертвых.

* * *

Святость не в том, чтобы поражать воображение окружающих, а в том, чтобы не вообще не поражать никого.

* * *

Говорящая овечья шкура – мечта волка.

* * *

Можно ли крестить детей суррогатных матерей? Так ребёнок-то не суррогатный! А вот можно ли доверять суррогатным отцам крестить?!

*  *  *

Вера, искусство, наука меняют мир как Бог меняет хлеб и вино в Тело и Кровь Христа. Всё остаётся прежним, но человек приобщается Творцу и творчеству.

Еда, политика, развлечения меняют мир как производители программ — программы. Всё изменилось, но человек остаётся всего лишь пользователем и потребителем.

*  *  *

Количество атеистов, которые крестились перед смертью, уступив плешепроеданию суеверных родных и друзей, значительно меньше количества священников, которые бросили ходить в церковь, как только их отправили на пенсию или уволили из церковных учреждений. Что уж говорить о богословах, которые богословствуют лишь при оплате не менее 30  серебренников за страницу!

* * *

Вездесущие — свойство Бога. Вездеприсутствие — свойство тайной политической полиции.

Бога надо просить: «Прииди и вселись в нас».

Тайную политическую полицию надо просить: «Отвали!»

* * *

Фома протянул руку, чтобы осязать рану.

— Ты что, с ума сошёл? — закричал изо всей мочи Пётр. — Двумя перстами, не тремя же!

* * *

Воинствующий ханжа подобен метеорологу, который дует на флюгер, чтобы доказать существование ветра. Атеист же воинствующий подобен метеорологу, который убирает все приборы и запирается в чулане, а то и воздух откачивает из этого чулана, чтобы изучение ветра не затенялось воздействием воздуха.

* * *

Ханжи от религии утверждают, что живут, чтобы молиться, а другие молятся, чтобы жить. Ханжи от кулинарии сказали бы, что живут, чтобы есть. Ханжи от военного министерства сказали бы, что живут, чтобы воевать.

* * *

Быть христианином умнее, чем быть атеистом, потому что всё плохое, что есть в Церкви, есть и за её пределами.

*  *  *

Любовь любит, Бог божествует, вот ещё бы человек человечничал.

*  *  *

Есть люди, которые считают, что до 1991 года России не было, а было «СССР». Они даже формально неправы, потому что и в СССР была Россия, и в ООН заседало не СССР, а Россия, Белоруссия, Украина. Есть люди, которые считают, что Россия после 1917 года это всё та же Россия, что Берия это такой Бенкендорф. Интереснее всего люди, которые одновременно исповедуют обе концепции, смотря по обстоятельствам. Интересны, конечно, с точки зрения психопатии. Правда же в том, что тоталитаризм уничтожает своего носителя, так что Россия с Ленина и до сего дня не только не Россия, но даже и не страна в обычном смысле слова, а так… Анусмунди. На фоне этой Нероссии даже СССР всё-таки более был реальностью, поскольку это была всё та же тюрьма народов, Российская империя. Вот всё положительное и человеческое, что было в доленинской России, сгнило, а наручники не гниют.

* * *

Граждане! Уступайте место Богу — Он старше всех нас, вместе взятых!

*  * *

Россия — страна гадких лебедей и безголового двухглавого орла.

*  *  *

С Богом надо быть собакой, с людьми кошкой. А мы наоборот.

*  *  *

Мистика — зерно, вера — мельница, религия — хлеб, Церковь — столовая. Благотворительная!

*  *  *

Чудо — когда Бог делает то, что должен был бы сделать человек.

Когда человек делает то, что должен был бы делать Бог, это — чудачество.

*  *  *

В США религиозная община имеет юрлицо. В России - юрж...пу.

* * *

Вера, даже самая маленькая, может горы двигать, но не сдвинет гордыню, не сдвинет бесноватого, он так и пытаться покончить с собой, с людьми, с миром. Вера в этом смысле довольно эгоистична и сама может быть соединена с беснованием и распутством. Вера знает Бога, но не зовёт Бога. Молитва же зовёт Бога, и вера без молитвы — если не беснование и распутство, то геология, а вот молитва, даже без веры, уже альпинизм, начало разговора с Богом, и нет другой жизни, кроме молитвы.

* * *

Терпение есть вочеловечившаяся вечность.

* * *

Паломничество — выход из безвыходного положения.

* * *

«Разводиться нельзя», — сказал Господь. Апостол Пётр, чистая душа, ответил: «Тогда лучше не жениться». Современный верующий интеллектуал ответил бы: «Непонятно, как такие вещи можно обсуждать, игнорируя смену антропологий, типов культур, социальных установок».

*  *  *

«Разводиться нельзя», — сказал Господь. Он обращался к мужчинам. Если бы обращался к женщинам, наверняка бы многим сказал: "Гони этого козла, тунеядца, алкоголика вон".

* * *

Наука ищет истину, вера дает истине искать себя.

*  *  *

Любопытная языковая примета патриархальности: можно сказать «вдова Петра Иванова», но нельзя сказать «вдовец Марии Петровой».

* * *

Наука и религия как пассажиры метро, которые могут ездить в разных направлениях, пользоваться противоположными эскалаторами, но всё равно в конце концов одинаково выходят из подземья на свет Божий.

* * *

Победоносцев сказал — Ленин сделал. Сказал подморозить Россию — Ленин заморозил так, что и сейчас жители бывших территорий Российской империи только начинают пробуждаться от сна. Сто лет прошли мимо них, культурно и психологически люди словно перенесены из 1916 года в 2018.

* * *

Чем благодать отличается от халявы? За благодать нельзя не отдать всего себя, иначе какая же это благодать. За халяву нельзя отдать хотя бы копейку, иначе какая же это халява.

* * *

В СССР секса не было. Только бл...дство.

* * *

Дело верующего — говорить, что Бог есть, что любовь Его всегда больше, чем кажется нам. Понимать, что вера и разум параллельны, то есть, не могут противоречить друг другу, не могут и заменить друг друга. Каждый человек — уникален. Поэтому, кстати, «не убий» —и про смертную казнь, и про войну, и про борьбу с террором. Человек есть беспроигрышный лотерейный билет.

* * *

«Протестное голосование» считают чем-то плохим. А что тут плохого? Уже и протестовать не сметь? Конструктивное предлагать, как говорил Берия, избивая Курчатова? Когда я крестился, религию рассматривали как протестную иллюзию. С точки зрения Синедриона Иисус — протестное мессианство. Лучше протестное голосование, чем голосование трусливое, конформистское, иезуитское, слабовольное, безвольное.

*  *  *

Игра в бисер перед свиньями.

* * *

Один литератор жалел, что Библия не написана от первого лица. Ну, во-первых, она написана Первым Лицом, хотя обычно в третьем лице, а во-вторых то и дело оказывается, что очень многое в Библии — именно от первого лица, хотя и лишено формальных признаков «автобиографичности».

* * *

Проблема России не в том, что тут государство задавило человека, а в том, что тут человек задавил в себе человеческое.

*  *  *

Когда неверующий просит доказательств бытия Божия, это смешно. Когда верующий просит чуда, это грустно. Но Бог со смехом предоставляет доказательства (которые ничего не доказывают, но многих убеждают) и с грустью творит чудеса. А вообще-то единственное доказательство бытия Божия — это бытие верующего в Бога. Веруешь? Корми голодного, освобождай заключенного, ликвидируй атомное оружие, имение можешь не раздавать, а всеобщую бесплатную медицину вынь да положь. А, не хочешь? Хочешь исцелять? И на что сии исцеления будут указывать? На то, что ты не хочешь делиться? Бог с тобой поделился Собой, делись и ты, а чудеса кончились с Воскресением и теперь неуместны как азбука Морзе в математических формулах.

* * *

В России появилась свобода быть богатым или быть бедным. Не дают лишь свободы быть свободным.

* * *

Любовь есть перевод языка Христа на язык ближнего и она невозможна без отказа считать свой язык главным.

* * *

Змея не становится голубем, даже если она потеряла все зубы. Кроткая змея — все равно змея. А если она еще и не ядовитая, то наличие или отсутствие зубов вообще неважно — задушить в объятиях может запросто.

* * *

Пока у нас есть долги перед Богом — мы живы. В аду соберутся те, кто считает, что он не был должен Богу ничего.

*  *  *

— Не всё сразу, — предупредил палач, приступая к четвертованию.

*  *  *

Христианство есть демистификация всякой религии плюс обожение всего человечества.

* * *

Об СССР мечтают те, кто хочет жить в Солдатской Серой Скучной России.

* * *

Бог невидим, потому что вглядывается в нас, и Бог неслышим, потому что вслушивается в нас.

*  *  *

Сталин выполнил для российского деспотизма ту же работу, что Ежов для Сталина. Грязную. Всех напугал и стал пугалом для всех, увековечив выбор: либо мы (ну, «они»), либо сталинизм! Пусть Путин, лишь бы не Сталин!

*  *  *

Благоговение не только в том, чтобы опускаться на колени – оно и в том, чтобы общаться с любимым. Средневековье проделывало с Богом ровно то же, что с женщиной – опускалось на колени, но подымало объект поклонения как можно выше, настолько высоко, что всякая возможность общения исключалась. Символом такого благоговения может служить Евангелие в одном из суздальских музеев: книга выше человеческого роста в серебряном окладе. Её не то что прочесть, её открыть трудно.

*  *  *

Интернет — великая штука! До интернета меня не читало сто тысяч человек, а с интернетом меня не читает 8 миллиардов человек!

* * *

В Англии квакеры, в России кое-какеры.

В Китае конфуцианство, а в России — конфузианство.

* * *

Христос — победитель смерти. Не палачей.

* * *

Я вновь и вновь спрашиваю себя: а какой единственный лозунг я бы выкрикнул с трибуны? «Долой КГБ»? Нет. «Долой насилие». Собственно, единственный раз, когда я выступал на митинге (в 2012 году), я говорил именно это. «Долой насилие» — не коррупцию. Долой насилие — а значит, Россия отпускает на свободу Чечню, возвращает захваченное Молдавии, Грузии, Украине. Долой насилие — а значит, свобода собраний и слова. Долой насилие — а значит, конец милитаризму и деспотизму, потому что в них нет ничего, кроме насилия. Долой насилие — и внутри этого «Долой насилие» и есть жизнь, нормальная, крайне разнообразная, но жизнь. Слабость противников Ленина в 1917 году была в том, что они не были против насилия. Ни меньшевики, ни эсеры, ни Рузвельт, ни Габсбурги. Вот и поплатились. «Долой насилие» — я это скажу в Израиле и в США, и натолкнусь на точно такое же сопротивление, как в России. Хотя — меньше, намного меньше. А в Западной Европе, пожалуй, не очень-то и натолкнусь. Хотя насилие там есть, но там есть и противостояние насилию.

* * *

Бог — недостающее звено между человеком и человеком.

*  *  *

Христос фундамент, не фундаменталист.

* * *

Написать Евангелие золотыми буквами на мраморной стене  — будут видны золото и мрамор, а не Евангелие.

*  *  *

Христианская политика это нормально. Вот политическое христианство — грех.

* * *

Неопытный деспот, желая извести религию, противопоставляет ей атеизм. Опытный деспот противопоставляет религии — государственную религию. Чтобы ничего не росло, не нужно закатывать землю в асфальт — лучше засадить землю какой-нибудь плевелочной гадостью.

* * *

Считать царя Богом — кощунство, считать Бога царём — святость.

*  *  *

Чувствую себя совершенно разбитым, как говорит Царь-колокол.

*  *  *

Церкви обещана вечность не потому, что Церковь — народ без греха, а потому что Церковь — народ без государства.

*  *  *

Политзаключёнными были декабристы, Достоевский, Кибальчич. Сегодня в России нет политзаключённых, есть «узники совести». Тоже корявый термин, потому что на самом деле они узники не столько своей совести, сколько бессовестности диктатуры.

* * *

Что такое конформизм? Считать храм Христа Спасителя — храмом Христа Спасителя.

*  *  *

Было ли в России рабство! Помилуйте, прадед Пушкина Ганнибал был ведь не «арапом», а именно рабом Петра I. Рабом! Василий Жуковский был сыном рабыни — причем эта рабыня была военнопленной. Рабыня-наложница. И сыну от нее отец мальчика не оставил ни копейки, отнесся к нему именно как к рабьему отродью. Рабыня была предана рабовладельцу как пушкинский Савельич своему рабовладельцу. И после этого удивляться, что Жуковский воспевал прелести самодурства и кнута. Это и есть «советский человек»: когда невозможно освободиться, надо расслабиться и получать удовольствие от своего рабства, был больше рабом, чем даже господин требует. Толстой уже потому велик, что писал сознательно «рабы» там, где другие (по сей день) употребляют «крепостные».

*  *  *

Обряд — бинокль: если правильно им пользоваться, уменьшается расстояние между тобой и Богом; если ошибочно — страшно растет.

*  *  *

К Рождеству 2024 года отремонтировали после пожара Нотр-Дам; Ничего более омерзительного перед Богом — буквально «мерзости запустения на месте святе» — чем собрание десятков президентов и премьеров в Нотр-Дам — я представить не могу. Брр! На втором месте по омерзительности замечание какого-то израильского публициста: как не стыдно, Нотр-Дам это памятник победе христианства над иудаизмом. Такие люди, узнавая о крушении самолета, спрашивают, сколько погибло евреев. Абсолютный аналог антисемита Нилуса, который видел в любой шестиконечной звезде символ победы иудаизма над христианством, а таких шестиконечных звезд... И в дворянских гербах, и на галошах...

*  *  *

Преблюдодеяние. Преблюдодеи и преблюдодейки. История блюдодеяний. Пособие по блюдодеянию. Преблюдодеи и преблюдейки.

* * *

Пошлость в религии — это наклейка на автомобиле в США: «Чувствуешь, что далеко от Бога? Угадай, кто от кого убежал?» Правда в том, что иногда убегает Бог. Правда Иова в том, чтобы прокричать Богу: «Постой! Вернись!!» Друзья Иова лгут, потому что пытаются доказать Иову, что он отдалился от Бога, тогда как отдалился всё-таки Бог.

* * *

 — Не бойся, малое стадо, — сказал учитель, — ничего не бойся, кроме превращения в большое.

*  *  *

Иов был православный, а утешали его католик, кальвинист и баптист.

* * *

У Иова случилась импотенция, а смерть жены, детей, скота — это метафора.

*  **

Христианство наше делится на две неравные части: одну надо исповедовать, в другой — исповедоваться.

* * *

Если Христос говорит: «Терпи», все возмущаются: изувер и ханжа. Если миллионер говорит: «Неудача — часть успеха, терпи!» — все в восторге. Вот почему важна вера в Воскресение — Воскресение так же доказывает пользу неудач, как и миллионное состояние. Даже больше, потому что смерть разлучит даже с миллиардами, а с Воскресением развода нет.

*  *  *

Ксерокопии царя Соломона.

* * *

По-настоящему утешить может лишь тот, кто безутешен. Богородица — Утешительница, потому что её и Воскресение не может утешить. Она с Голгофы не сходит.

* * *

Мария не замечала, кто вбивает гвозди в Иисуса, кто снимает с Него одежду, кто донёс, кто допрашивает, кто выносит приговор. Она видела Одного Единственного. И нам так же следует смотреть на мир, если мы с Нею.

* * *

Когда я читаю «Бог меня любит, аллилуйя!», то зверею. Чему тут радоваться?! Меня многие любят так, что хочется повеситься от этой любви, бессмысленной и беспощадной. Я вон помидоры люблю — что ж им теперь, аллилуйкать от радости? Бог меня слушает! Он меня слышит!! Он ко мне обращается!!! Остаётся ответить Ему тем же.

*  *  *

Есть тысячи военных капелланов. А я первый, кажется, антивоенный капеллан.

* * *

Бог так велик, что свободно проходит в игольное ушко, и рядом с Ним ещё остается место для человека…

*  *  *

Микрополит. .

*  *  *

Мне неустанно напоминают, что я злой человек. Все вокруг добрые, а я почему-то злой. Добрые люди бомбят друг друга, крадут, лгут, угнетают друг друга, но зато они добрые, а я злой. Может, мир стал бы лучше — ну, пригоднее для житья —  если бы было больше злых людей и поменьше добрых?

* * *

Вера есть отношения с Творцом, надежда — отношения с творением, любовь — отношения с любимым.

*  *  *

Жена — для готовки! Жена готовит меня для Царства Божьего, жена готовит меня к встречам с дурными людьми, жена готовит меня к самопознанию, в общем — будь готов, всегда готов. Готовит по-разному. Чаще всего тушит

*  *  *

Одно время Бог мне платил деньгами. Теперь свободой. Каждый день на свободе — чудо больше хождения по водам. Знамение. Знак. Есть «кирпич», а это знак «кирпича нет». Иди! Живи! Не ворчи, а твори, тварь ты Божия любимая..

*  *  *

Дано мне жрало в плоть и ржало в дух...

* * *

Я был неверующим и свидетельствую: прекрасно можно жить без веры. Вера вовсе не рука и не нога. Вера — бонус, подарок, избыток. Когда нет веры — это драма, а когда нет осознания того, что веры нет — это трагедия.

*  *  *

Искусственный рай — когда человек живёт открытостью и добром, хотя вокруг ад. Настоящий ад — когда человек живёт страхом и эгоизмом, хотя вокруг вечность и бояться уже некого.

*  *  *

В вечерних молитвах есть «всегда во мне почивай». Не «действуй, Боже», не «вдохновляй», а «почивай». Жить, словно Бог в тебе отдыхает как ребёнок или как больной. Не тереби Бога, заступи Его место, трудно быть Богом не только человеку. Богу тоже трудно быть Богом, потому что человеку трудно быть человеком.

*  *  *

Глаза б мои не глядели, как говорил Гомер.

*  *  *

Социализм и церковь, это совет да любовь.

*  *  *

Бог не электрик — может отрубить свет даже там, где свет не включали. Так что стоит учиться благодарить и за аварии, и за потерянное время, и за потерянные деньги: иногда при свете творятся такие дела, что лучше уж темноту на наши головы.

*  *  *

«Если глаз твой соблазняет тебя, вырви его», - сказал Господь. Господи, может, достаточно разбить очки, я без них всё равно ничего не вижу?

*  *  *

Сам Бог любит не «как Бог». Бог любит чисто, свободно, Бог любит так, что всё живо Богом, и при этом свободно от Бога, а Бог свободен от тех, Кого любит, не зависит от них. 

*  *  *

Моя сильная сторона в том, что я безжизненные цитаты и факты оживляю так, что они цепляют сегодня.

Моя слабая сторона в  том, что я безжизненные цитаты и факты оживляю так, что они цепляют сегодня, а быть зацепленным не так уж приятно.

*  *  *

Я же не могу сидеть сложа руки, как говорила Венера Милосская.

*  *  *

Есть люди, живущие на Западе. Есть люди, живущие в западне. А я живу в Западе и на западне.

* * *

Как у Христа за пазухой живут люди, у которых за пазухой есть место для Христа — для всякого нуждающегося.

* * *

Филантропия есть восстановление равновесия. А созидатель нарушает равновесие! Филантроп подтягивает к норме, созидатель подымает над нормой. Бог не Филантроп, Бог — Созидатель. Бог иногда занимается филантропией — ну там спасает человечество на Голгофе и прочие мелочи — но ради приведения в мир творчества, а не в мир равновесия, а к тому же само спасение Бог проделывает с такой творческой выдумкой, что оно как бы и не спасение вовсе.

*  *  *

— Всегда должна быть альтернатива, — сказал Пилат и предложил выбрать, кого распять: Иисуса или Христа.

*  *  *

В молитве перед причастием сравниваются человек, который хочет в свои уста принять Тело и Кровь Христову, и блудница, которая прикасалась к Иисусу своими губами. Её губы нечистые, но мои — ещё более нечисты. Потому что блудница своими губами всего лишь целовала клиентов, а я своими губами ругал, ругался, вводил в заблуждение. Больше грешит не фальшивая любовь, а искренняя ненависть.

* * *

Доброе слово и кадило могут много больше, чем одно доброе слово, и бесконечно больше, чем одно кадило.

* * *

Гвозди Голгофы – у каждого в ботинке, только вот подошвы у нас толще нашей совести.

* * *

Как ни далеко мы ушли от Рая, каждый день мы можем соприкоснуться с тем, с чем соприкасался человек уже в Раю: с заповедями и с молитвой «Отче наш». Конечно, в Раю были другие заповеди (точнее, заповедь), там не было нужды говорить о любви к Богу, потому что была любовь к Богу, не было нужды запрещать прелюбодеяние, потому что была любовь к женщине, не было нужды запрещать убийство и зависть, потому что была любовь к человеку. Единственная заповедь, которая была уже в Раю: «От дерева познания добра и зла, не ешь от него» [Быт. 2, 17]. Не трать время на что-либо помимо любви! Кто-то понимает познание как власть, так пусть не играет со властью. Кто-то понимает познание как просто исследование, так пусть не исследует. Кто-то понимает познание как любовь, так пусть не познаёт того, что недостойно любви.

*  *  *

Я вырос на «Маугли»... Что может быть хуже дряхлой белой кобры, у которой высох весь яд? Ха! Дряхлая белая кобра, у которой яд не высох! И вот в этом гадюшнике я живу. Ну, я тот ещё Маугли, конечно... Разжиревший, в очках... Д я и в лучшие годы по деревьям на лазал.

*  *  *

Человек расстраивает, Бог настраивает.

*  *  *

Мой отец из концлагеря присылал нам «Каргу» — «Карманную газету». Брал новости о нас и фотографии, которые ему присылала мама, и изготавливал великолепные такие книжечки.

Моя книга, каждый день расширяющаяся, это «Инга». «Интернетная газета». Можно «Хринга» и «Принга». А может, лучше а ля Свифт «Гуинга».

*  *  *

Что для знания эксперимент и наблюдение, то для веры молитва.

*  *  *

Героиня немецкого кинофильма: «И я стала неверующей: поняла, что, если самолёт, в котором я лечу, станет падать, я не буду молиться».

Так в падающем-то самолёте только атеисты и агностики начинают молиться! Верующий закрывает молитвенник и расслабляется: «Наконец-то!»

* * *

Не мучения делают святым, а вера, и не палач вводит в Царство Божие, а Бог.

* * *

Нормальный человек, узнав о близости голода, землетрясений и прочих признаков конца света, начинает сушить сухари. Христианин начинает раздавать сухари.

*  *  *

Узнал, что в соборе Милана хранятся удила, скованные из гвоздя с Голгофы. Выражение «закусить удила» приобрело новый смысл..

* * *

Царство Христово «приблизилось» — не «наступило», а «наступает». Наступает на пятки! Мы всё всматриваемся вперёд и видим ничего, потому что Бог дышит в затылок! Идущий впереди меня едет позади меня и настойчиво сигналит в спину: не спи, замёрзнешь! Шнурки завяжи, ладно уж, а то совсем запутался, сейчас наступишь на них и упадёшь. Остановись, опустись, завяжи, а потом — вперёд, и не оглядывайся!

* * *

Раскаяние — монолог. Покаяние — диалог. Молитва — разговор.

* * *

Зажегши свечу, не ставят её под горшок, но поставляют её на бочку с порохом.

* * *

Не всякая Голгофа — к воскресению. Не потому, что страдают и разбойники, а потому, что многим разбойникам легче, если они страдают не в одиночку. Голгофа — к воскресению, если страдаешь сильнее от страдания распятого рядом.

* * *

Юмор — смех над упавшим. Сатира — смех над толкнувшим. Христианский юмор — смех над собственными падениями.

* * *

Молитва и есть недостающее звено между человеком и верой.

* * *

Иова можно было бы пытаться срезать не вопросом «а сам-то», а вопросом «неужели тебя ничего не радует». Тебе плохо — ты весь мир обесцениваешь? Глядишь через чёрные очки?

Да нет, отчего ж. Радует либо что-то очень маленькое, либо что-то очень большое. Очень маленькое — вроде красоты математических формул и изяществ снежинок — книга Иова опускает, а вот про «очень большое» подробно в конце излагает. Бог, Творение... Но ведь человек радуется человеку, а вот с этим и проблемы. Вообще нет «проблемы Иова». У Иова всё умерло, в чём проблема. Есть проблема утешителей Иова. Не сатана послан искушать Иова, Иов послан искушать друзей Иова. Людей серединки. Людей компромисса. Компромисса, который почему-то всегда за чужой счёт. И надо очень опуститься вниз, в мрак, пониже любого наива, ути-пуси и бычков с осликами, чтобы вполне понять, что же сделал Бог Рождеством. Рождество — это компромисс с людьми за счёт Бога.

* * *

Всё, что стоит побеждать, уже побеждено. В этом суть Евангелия.

* * *

Приступила к нему финикосириянка и кричала:

- Учитель! Дочь моя беснуется, хочет похудеть и перепробовала все диеты, но видишь — обойти нельзя, а перепрыгнуть можно...

И, воззрев на неё и на дочь её, сказал:

- Невозможное Богу возможно человекам! Пусть во время еды бегает вокруг стола вместе с собаками и подбирает крошки, и каждый вечер бегом поднимается в Иерусалим и бегом же возвращается назад, и будет ей по делам ея!

* * *

Мне задали забавный вопрос: но если нельзя убивать на войне, то и в тюрьму людей отправлять нельзя?

Бинго! Наконец-то! Человек взял и понял, что такое Евангелие. Правда, кажется, ему это не понравилось, то тут уже дело вкуса.

* * *

Дух дышит, где нам не хочется.

* * *

Во Христе нет ни эллина, ни иудея. Антисемиты, однако, во Христе есть.

* * *

Вифлеем всего лишь роддом Христа, а дом у Него в каждой душе.

* * *

Чтить субботу — означает понимать, что Воскресение начинается в субботу.

*  *  *

Я сторонник заповеди «не убий никогда и никого». Если, не убивая, я окажусь рабом китайцев или туарегов, так тому и быть. Не привыкать — был рабом Кремля, стану чьим-то ещё, священномучениче Хижино Дядитомианское, моли Бога о мне грешном. Но убивать грех, лучше быть рабом, чем убийцей. Кто думает иначе, обычно сам не воюет, лишь хочет, чтобы за его свободу убивали другие, а он им заплатит. Наличными или налогами.

* * *

Бог — участковый врач человечества. Пришёл на дом.

*  *  *

— Ах!

— Ха-ха!

— Ох.

— Хо-хо.

— Хе-хе.

— Эх.

— Хи-хи.

— Ух!

— Хм...

— Гм-гм.

*  *  *

Изучать Библию — как взрослеть и узнавать своих родителей с точки зрения взрослого человека. Слишком много информации, ломающей детские стереотипы, чтобы относиться к ним по-прежнему — но придется и информацию и усвоить, и не разлюбить, а полюбить по-новому.

*  *  *

Я пишу так, словно на кого-то нападаю? Словно кому-то что-то доказываю? Мурр, спасибо за комплимент! Да, я не Сахар Медович. А вы не боитесь сахармедовичей? Силовиков за их спиной не замечаете? Или вам нравится силовичество? Вот за моей спиной железно ни одного боевого кролика нет.

Матушки, сколько ж любителей кататься на троянских лошадках! А потом удивляются и Бога упрекают: все люди такие ласковые, глаза у путиных и гундяевых добрые-предобрые, значит, от Бога зло, больше не от кого... Ну и от меня, конечно, но для меня честь оказаться в такой компании.

Даже Померанца не пощадили — взяли его фразу про пену на губах ангела и превратили в оправдание сахармедовичей с атомными бомбами. 

Сохрани меня Бог от добрых людей, это они всю жизнь мешали и мешают работать. Николай Романов, Лениныч, Сталинидзе, Хрущёв и далее — ни одного злого человека не было среди правителей России, все добрые и ласковые, сдержанные, и народ такой же, один я выродок.

*  *  *

Великий пост не тем велик, что мы великое делаем, а наоборот — он велик в сравнении с тем, как мало мы делаем.

*  *  *

Из ста христиан не сделать одного Христа. Не нас распинали, не нас хоронили, не мы воскресли — Христос воскрес!

* * *

Иисус: великан, который стал Лиллипутом, чтобы лиллипуты стали Великанами.

*  *  *

Чем больше христиан, тем труднее протолкнуться к Христу.

* * *

Вот бывают основоположники... скотоложники...

А я — противоположник.

* * *

Духовный рост есть путь от «молюсь» к «молю».

*  *  *

Трейси Смит, американская поэтесса, дала определение нищих духом «от противного»: «Некоторые люди о деньгах говорят, как о любовнике, который сказал, что выйдет за молоком, и так и не вернулся». Чрезвычайно точно, скажу как   совершенно, к сожалению, не нищий духом. Я о деньгах стараюсь не говорить, но в душе именно то самое. Вспоминаю, какие бывали гонорары и мысленно взываю: вернись, я всё прощу!

* * *

Чтобы проповедовать заключённому, нужно не договориться с тюремщиком, нужно стать заключённым. Во всяком случае, Господь Иисус Христос поступил именно так.

* * *

Христос не только поддерживает нас, как Бог, но и опирается на нас, как человек: кто согласен быть Ему опорой — тот христианин.

*  *  *

Гадаринские свиньи — мученики, страстотерпцы или исповедники?

* * *

Христианин Богу — сын, а Сыну Божию — отец. Cын Творцу смирением и послушанием, отец Иисусу любовью и милосердием.

* * *

Сердце человеческое больше человека. Спасутся согласные уравняться с собственным сердцем.

* * *

Сказано в Евангелии: «рыболовы вымывали сети» (Лк. 5,2). Посему надлежит тщательно следить за тем, с кем Вы общаетесь в социальных сетях!

*  *  *

Бог стучится к нам в дверь, но выходить Ему навстречу нужно через крышу.

* * *

Икона — это подъемный мост в небо. Стоит под мостом и разглядывает его тот, кто делает из иконы идола.

*  *  *

Владимир Соловьев писал, что как вино на 90% состоит из воды, так христианство на 90% состоит из этики, и только малая, но главная часть в христианстве это мистика. Притча на 90% анекдот, почему и возможен катехизис из анекдотов. А всё потому, что человек на сто процентов обезьяна и на один процент образ Божий.

* * *

Монарх как символ нации — отличный пример симулякра. Нечто, утратившее смысл, обозначает то, что никогда и не имело смысла. Прямая противоположность иконе, которая и сама по себе имеет смысл, как и всякая живопись, так оно ещё и обозначает Смысл с большой буквы.

* * *

Дух утешает не для того, чтобы мы заснули, а чтобы мы проснулись. Он не убаюкивает —  Он будит в человеке Божье.

* * *  

Кому ближний – не Святая Святых, тому Бог – Отчим.

*  *  *

Кроме эсхатологии существуют и эсхатоложь, и даже эсхатоложничество.

* * *

Если уж молиться по признаку сходства, то мой покровитель — блаженный Августин. Вокруг цивилизация погружается в варварство — что делать? То же, что всегда — дописывать, что начал писать. Августину было тяжелее: он не имел интернета, не знал, что не всюду торжествует варварство. С другой стороны, Августин был крепче в вере и видел Град Божий, недоступный вандалам и побеждающий вандализм.

*  *  *

Христианин и нехристианин одинаково цепляются за жизнь до последнего. Только то, что у нехристианина – последнее, у христиниана – предпоследнее.

* * *

Между раем и адом есть второстепенные различия, но главное – и там, и там не нужно никого защищать, некем руководить, незачем учить.

* * *

Некий владелец дискотеки объявил, что устанавливает единую цену на билеты для всех, кто приходит потанцевать и послушать музыку: одну копейку. И в шесть часов вечера, когда дискотека открылась, пришло пять человек, и купили билеты по копейке, и веселились, и танцевали до полуночи. И в девятом часу вечера пришло двадцать человек, и купили билеты по копейке, и веселились, и танцевали до полуночи. А после одиннадцати часов вечера пришёл миллион человек, и купили билеты по копейке, и возмутились, и сказали хозяину: «Почему мы, пришедшие в двенадцатом часу, должны платить столько же, сколько пришедшие ранее и веселившиеся более нас? Сделай нам скидку!» Он же в ответ сказал одному из них: «Друг, разве я не властен в своём делать, что хочу? или глаз твой завистлив от того, что я добр?» И подозвав служителей, повелел им вернуть отдыхающим двенадцатого часа их копейки и выгнать на распутия градские и сказал: «Будут последние первыми, и первые последними, но скидок — не будет!»

* * *

Умерли неверующий и христианин. Неверующий приказал долго жить. Христианин приказал жить вечно.

* * *

Есть вечная доброта рая, вечно ожидающего каждого, и вечная торопливость ада, вечно опаздывающего в рай всё на одну и ту же вечную секунду.

* * *

В смерть некоторых людей трудно поверить. В смерть отца Александра Меня было невозможно поверить. Думаю, в смерть Иисуса было невозможно поверить даже тем, кто за ней наблюдал.

Со мной будет иначе. «Слыхали, Кротов умер?» — «Как, только сейчас? Кто бы мог подумать, я думал, в конце девяностых! Представляю, как он в реанимации правды требовал!!»

Вся моя жизнь вполне может быть описана в рамках пушкинской сказки. Жил-был Балда. Стал Балда попом.

* * *

- Давай сделаем три шалаша... — пролепетал Пётр.

- Ага, и будем звать Фавор Разливом, — парировал Учитель.

*  *  *

Любовь предупреждает, что искусственную любовь создать невозможно, потому что любовь начинается там, где заканчивается предсказуемость, ожидаемость, надежда на верность и неизменность, и где начинается общение во всей его красе – с творческими выбросами нового, с воскресениями и воскрешениями, осуждениями и прощениями, общение как буря, натиск и ещё немножечко бестолкового тепла и жаркого растолковывания друг другу загадки мира и таинства человечности.

* * *

Прометея клевал орел в печень, а меня клюёт петух в з…цу. Зато я не прикован и не краду ничего у богов, а возвращаю украденное Богу.

*  *  *

Легче пройти в Царство Небесное через игольное ушко, вынув бревно из ока своего.

*  *  *

Смириться с несовершенством, несправедливостью, лживостью мира по отношению ко мне и вообще означает предать себя. Смириться со своим несовершенством означает предать Бога.

*  *  *

Уныние похоже на смирение как сахар на соль — ну, белый порошок и белый порошок — но вкус-то разный.

*  *  *

Я в себе еще недостаточно разочаровался — или, точнее, я пока больше разочарован в человечестве, чем в себе. Дальше разочаровываться в человечестве мне некуда. А в себе разочаровываться очень есть куда. Вот когда разочарование в себе превысит разочарование в мире, тогда и начнется настоящая жизнь. А пока это так, пристрелка...

*  *  *

Не кукситься невозможно, это физиология, но вечно кукситься и не физиологично, и не теологично. Берите пример с Иова — он куксился на протяжении 40 страниц мелкого текста. А теперь посчитаем свои причитания — а? Сорок тысяч страниц! Библия нервно курит в сторонке, она кажется худышкой на фоне наших стонов.

*  *  *

Смиряться я должен с тем, что я должен быть первым в том, в чем я призван быть первым. А в чем не призван — пусть другие будут первыми. И это и будет смирение с покаянием. Меньше грузить других своими проблемами и больше грузить других правдой и миром — вот оно, смирение!

* * *

Обличить — дело героическое, а лечить — мессианское. Героев мало, а Мессия — всего один.

* * *

«Либеральное» — не мой любимый термин. Но тут как с «еврей» — я ненавижу национальное любое, но если антисемит выползает, я напоминаю, что я «галахический еврей». Тем более, есть в этом что-то от «галактический еврей».

* * *

Воскресение — не звезда в ночи, а вот как лунный серп на ясном голубом небе среди бела дня... еле-еле различим...

* * *

— Не бойся, малое стадо. — сказал наставник. Прищурился, подумал и добавил: — Не бойся, малая стая... Я из вас сделаю малое стадо!

* * *

Я не антихрист, я — антифриз. Привет Снежной королеве!

* * *

Бог, как сказал один мудрец – кажется, протестант – пишет прямо по кривым линейкам. Потому что линейки провели мы, а тетрадка-то Божия. И очень часто мы как раз линуем тетрадку Божию прямыми линиями, словно решётка тюремная, линиями законов, норм, общепринятых и внешних порядков, а Бог поверх этой решётки рисует жизнь и помогает куститься любви.

*  *  *

Если на сцене в первом акте висит ружье, то в последнем акте будет убийство.

Если в первом акте крест, то в последнем акте – воскресение.

* * *

У Бога заменимых нет. Мы должны слушать Божественные «можно», а не Бог – наши «нельзя».

*  *  *

Надежда — это не антидепрессант, не чашка кофе, не выброс адреналина. Надежда это как в Апокалипсисе: видишь зверя? Отвернись и поклонись Христу. Зверя видно, а Христа не видно? Ну разумеется! Кланяться видимому, сосредоточиться на видимом, откликаться на каждый чих, рык и взрыв видимого — свалишься в отчаяние непременно, даже если будешь поклоняться борьбе с идолами. Твёрдо опуститься на колени перед Богом — единственный способ не опуститься.

* * *

— Надежда умирает последней, — сказал палач, обезглавив Веру, Любовь и матерь их Софию.

*  *  *

С такими христианами никаких антихристов не нужно!

* * *

Достичь Совершенного важнее, чем достичь совершенства.

* * *

В духовном мире нет расстояний. До Святого каждому близко, до святости каждому далеко.

* * *

Подлец — человек с двойным дном. Святой — человек с двойной бездонностью. Божеской и человеческой.

* * *

Прощает ли Бог нераскаянные грехи? Убирает ли дворник мусор, который не выкинули в урну?

* * *

Крест — распорка, не дающая мирозданию схлопнуться.

* * *

Иудеохристиане за литургией молятся так: «Таки и таки миром Господу помолимся».

* * *

Крест маленький, если смотреть от Храма на Голгофу, и большой, если Ты Сам на Кресте.

* * *

Чем меньше своих сил, тем больше места надежде на Бога и просто Богу.

*  *  *

Меня нет. Я умер. Я мумия. А Христос – моё мумиё. Если я пойму, что я мёртв, я воскресну с Лазарем. Если я буду считать себя живым – не воскресну.

*  *  *

Не надо бояться священника в театре, надо бояться театра в священнике.

* * *

Священник дошлжен быть хорошо подкованным, рога убраны в митру, на кончике хвоста бантик.

* * *

Первый и главный самосвят — Бог. Поэтому «Трисвятое» в оригинале звучит «Самосвят, самосвят, самосвят Господь Бог Саваоф!» Обожение, спасение есть путь от своей святости к Божьему самосвятству.

*  *  *

Бог – как и любовь – не открытка, Он закрыт, как трансформаторная будка, и только мощное гудение и свет доказывают, что это именно трансформаторная будка, а не голубятня.

*  *  *

Люди, которые нуждаются в психиатре, но не идут к психиатру, вызывают жалость к тем, с кем эти люди живут.

Люди, которые не нуждаются в психотерапевте или психологе, но ходят и ходят к психотерапевту или психологу, вызывают жалость к себе.

Но люди, которым нужно идти к Богу, чтобы гореть и жить, а идут к священникам, чтобы надоить утешения и умиления, не вызывают никакой жалости - ни к ним, ни даже к священникам, которые текут утешением и умилением. Тем более, что очень часто утешение это такое же фальшивое, как страдания, которые якобы испытывают жаждущие утешения.

 *  *  *

Ад — это место, куда уйдут люди, не заметившие, что все воскресли.

* * *

Почему отец Александр Мень делил (очень условно, пару раз, а всё же) приходящих на «соратников» и «пациентов»? Не было бы логичнее делить на соратников и начальников? Да потому что «пациенты» это прежде всего те, кто рвётся священнику в начальники, а уже потом те, кто хочет побыть пациентом в своё удовольствие. В той же палате, где Наполеон и прокурор.

* * *

Человек, который говорит «мне для общения с Богом не нужны попы», наверняка всю жизнь тщательно и успешно избегал общения как с попами, так и с Богом.

* * *

Духовенство делится на белое и пушистое и чёрное и пушистое.

* * *

Овцы без пастыря — драма. Пастыри без овец — трагедия. Овцы без пастыря умирают, пастыри без овец не живут. Умерших можно воскресить, но как воскресить не живших.

* * *

Памятник неизвестному прихожанину.

* * *

Люди, которые убеждены, что священник должен быть добрым и только добрым, сочувствующим всему и на всё отзывающийся словом утешения, — это те же люди, которые убеждены, что нужны солдаты, и солдатик должен знать свой манёвр, должен быть беспощаден к врагам внешним и унутренним. Это мироощущение Дионисия Ареопагита: всяк сверчок знай свой шесток. Вот такие сверчки Христа и распяли. Крест — шесток для Бога, посмевшего стать человеком.

*  *  *

Должен ли джентльмен пропускать даму вперед, если джентльмен входит в алтарь?

*  *  *

Недопустимость развода — немыслимое дело. Осуществить эту заповедь Спасителя можно лишь одним способом: запретив брак. Запретить объективировать любовь, делать любовь правовым, временным, земным актом. Люби как лети! Люби как по воде ходи! Люби каждый день как первый и последний! Каждый день — новый брак. Да, с «тем же» человеком — но ведь это Бог каждый день Один и Тот же, а человек — каждый день новый. Потому и можно вечно любить Бога как Бога и человека как человека, и каждая из этих двух линий любви поддерживает и укрепляет другую. Любовь — это Кана Галилейская, идущая по водам, и вино только помешает.

*  *  *

Главное чудо в том, что Бог не злоупотребляет чудесами, вопреки нашим молитвам.

* * *

Муж и жена одна сатана. Разведённые муж и жена –  не две половины сатаны, а один довольный сатана.

*  *  *

Надо разрешить брак на самом себе. В самом деле, что за дискриминация по гендерному признаку? Человек торжественно заключает союз с собой, обещается любить до смерти, не изменять, не покидать в болезни. В случае развода, имущество делится ровно пополам. Я бы повенчал такой брак! Есть же двуглавый орёл... Онанизм после регистрации такого брака был бы уже законным и нормальным брачным сношением... В конце концов, любой грех сводится к тому, что человек изменил себе...

*  *  *

Сыновья — это Царство Божие, пришедшее в силе. Внучки и внуки - это Царство Божие, пришедшее в слабости.

*  *  *

Обручальное кольцо — зародыш нимба.

*  *  *

В вечной любви человек отвечает за вечность, а Бог за любовь.

*  *  *

Прощение отправляет тебя в полёт, словно ты мяч, а Бог футболист.

*  *  *

Самоуважение несовместимо с нежеланием каяться. Как это «я не сделал ничего дурного»! Ну пойди, согреши, пока не поздно, святой ты эдакий!

*  *  *

Любовь нельзя создать или сотворить, иначе это не любовь. По определению. Всё, что можно создать, всё, что имеет причину, – не любовь. А Бог – Любовь, без причины, без следствий, без измерений метрами, килограммами, минутами. Бог даже не «вечная любовь». «Вечная» — это всё-таки соотносится с «временем», а Любовь ни с чем не соотносится. Она сама по себе.

*  *  *

Не надо искажать Писание толкованиями. Если апостол Павел сказал: «Дано мне жало в плоть», — значит, его укусила пчела.

*  *  *

Уныние кается: «Я плохой человек». Покаяние кается: «Я — человек».

*  *  *

На одном приеме, то ли в Кремле, то ли в Белом доме, с бокалами, полными шампанского, стояли фарисей и мытарь. Далее по Евангелию, но не Евангелие. Не там встали, не то пили. И пошли домой оба не оправданные, а объевшиеся.

* * *

Мы идем по жизни, вырывая друг у друга кусок хлеба, а рядом идет Христос и протягивает кусок хлеба и говорит: «Успокойся, вот, Тело Мое, достаточно этого, хватит на всех, если будете вспоминать не свои обиды, которые не можете простить, а Мои, которые Я простил».   

* * *

Человек недостоин служить Богу до такой степени, что Бог служит человеку.

* * *

При большевиках человека называли винтиком — мол, один сломается, ввинтим другой. Оказывается, это был ещё не предел бесчеловечности. Теперь для многих, совершенно не большевиков, не коммунистов, «обычных людей», человек — просто лишняя деталь. Вообще лишняя. Государство может эту деталь кормить, а может не кормить — миру хуже не будет.

Конечно, в любую эпоху большинство людей относились к себе как к богу, а к другим как к деталям. Что себя касается — любая пылинка важна, что другого касается — деталь, которой можно пренебречь. Вот поэтому я так зациклился на Савченко, Сенцове, хауситах, на маленьких конкретных фактиках типа прокурор семь раз в суд не пришёл и прочих. Ах да — и на Христе. Они — детали. Что их обсуждать. Ну, в тюрьме, ну с голоду помирают, ну правосудие попрано — и что? В целом-то всё ОК? Да и попрано ради блага человечества...

Рождество — праздник детали.

* * *

— Вы соль земли, — сказал наставник. Подумал и добавил: — Будете хорошо себя вести, произведу в перцы.

*  *  *

Бог медлит воссоединиться с миром, потому что даже верующие произносят «да будет воля Твоя», имея в виду, что воля Божия – эдакий рычаг, точка опора, которая поможет моей воле осуществиться. 

* * *

Да, я не святой. И как человек, написавший несколько тысяч биографий святых, скажу: ваше счастье!

* * *

Большинство иудеев восхитились бы евангельскими текстами, если их подать в стилистике Талмуда как новооткрытые тексты Гиллеля или Шаммая. Большинство христиан не опознали бы Евангелия в текстах, препарированных таким образом, отнеслись бы к словам Спасителя равнодушно, а то и враждебно. Ну, конечно, воскрес — оно в обоих случаях ни в какие ворота не лезет... Как гвоздь в яблоке. «Умерла так умерла». Хороший рав — мёртвый рав! Хороший Спаситель — мёртвый Спаситель. Только у христианских ханжей функцию гроба выполняет небо. Вознёсся так вознёсся, не лезь в нашу жизнь со всякими «подставь щёку», подавай нам Духа Святого, чтобы мы вдохновеннее лупили по щекам других. А Господь так вознёсся, так вознёсся, что всё небо пронзил и к нам в тыл зашёл.

* * *

Каждый готов простить врага после победы над врагом. Это утончённее, чем повесить. Никто не готов прощать врага во время нападения, когда враг теснит и может убить. Только вот Господь простил врагов, когда был распят и умирал. Не когда воскрес. Потому что, прощая врагов, Он уже побеждал смерть — не физическую, а основную, смерть человеческого в себе. Он умер человеком — это не у всех получается. Все мы рождаемся людьми, а умираем — кто как, но всё-таки обычно накапливается отставание от самих себя…

*  *  *

Любить ближнего — это лотерея человеческая, в которой большинство билетиков ничего не выигрывают. Любить врага — это лотерея Божья, часто болезненная, зато беспроигрышная, с выплатой счастья прямо от Бога.

*  *  *

Бога можно сравнить с аутистом. Аутизм явление очень разнообразное, Бог похож на самого аутичного аутиста, абсолютного, до которого нельзя достучаться, с которым не выстроить разговора, нету общих тем, ни-че-го. Он слишком иной.  В Нём есть жизнь, но настолько непохожая на нашу, что контакт не получается.

Только всё прямо наоборот. Не Бог аутист, это мы аутисты – по отношению к Богу. Мы замкнуты в своём мирке – а этот мирок очень и очень пустой, бессмысленный настолько, насколько он замкнут от Бога. Не мы не можем докричаться до Бога – Бог не может докричаться до нас. 

* * *

Когда в 1990 году я впервые написал в газету (это был, увы, некролог отцу Александру), я был не в силах перечитать написанное. Потом многие годы я с большим трудом заставлял себя перечитывать написанное, ломая врождённую убеждённость, что написано идеально и без ошибок. Сейчас я нервничаю, если сразу не перечитал написанное три-четыре раза...

* * *

Полемизировать с человеком других убеждений нужно так, чтобы, в случае, если ты переменишь свои убеждения на его, не было мучительно стыдно за то, что и, главное, как ты говорил раньше. Хамство в полемике часто (не всегда) объясняется подспудной неуверенностью в идеях, которые защищаешь. Вообще полезно себе представить, что ты завтра проснёшься атеистом — сразу тянет помолиться, а если атеист — ну Канта почитать, что ли...

* * *

Да, у меня тяжёлый характер. Порядка 10 мегатонн. Но ведь 40 лет назад было около 12-ти!

* * *

«Ищите Царства Божьего» — отличный девиз, но кто крестился — чего ж искать? Держите Царство, держитесь за Царство, не теряйте Царства! А приложится всё остальное или нет — не наше собачье дело, это уж Царю решать, а иначе какое ж это царство!

* * *

Крымваш. Сиваш. Кремльваш. Сибирьваш. Сивашваш. Космосваш. Мавзолейваш.

Яневаш!

* * *

 — Раздай имение своё нищим, — сказал наставник. Подумал и добавил: — Ну, конечно, не грабли там или стиральную машинку, они им ни к чему, но интернет раздай — без лимита!

*  *  *

У всего есть тень. Терпение — тень вдохновения, творчества, мышления. Оно преодолевает лень. Это терпение-сила. Терпение строителя, роженицы, поэта. А есть терпение-насилие, всего лишь нетерпение в маске, скрученное в пружину насилие. Терпение снайпера, мстителя, разрушителя. Зло в засаде, как военный в засаде: утыкано зелёными веточками, цветочками, они даже подрагивают, потому что насильнику всё же не терпится, дрожит от возбуждения. Сила не просит терпения, она просто терпелива, она не дрожит, она работает.

То же относится к смирению, к любви, к надежде.

Проблема в том, что иногда тень есть, а того, что должно бы отбрасывать тень, нетути. Терпение налицо, а творчества нету. Решаемо.

* * *

Смирение есть согласие, чтобы Иисус показывал нас не людям, а Небесному Отцу.

* * *

Священное Расписание.

* * *

Вера без дел мертва, а любовь без дел очень даже жива. Бог — неверующий, зато любящий. Вера как раз есть вера в Бога без дел, готовность сделать Божьи дела вместо Бога

* * *

Где вера без надежды, там любовь без любви.

* * *

Антихрист может воскреснуть — но его воскресение будет доказано, обстоятельно подтверждено свидетелями и документами.

* * *

Молитву о помощи христианин звучит иначе, чем другие верующие. Не всегда, конечно, сила инерции. По умолчанию и мы просим помощи у Того, Кто превыше всего, кто «небесный». Высоко сидит, далеко глядит, погляди и на меня, дяденька Бог. Только вот с Тайной вечери смотреть надо вниз. Бог встал на колени, придвинул тазик с водой и моет нам ноги. Чистит ботинки, завязывает шнурки. Глядя снизу вверх что-то нам говорит Своими жалобными глазами... А мы Ему... Мы Ему в этой ситуации как-то с другой интонацией должны были молиться...

*  *  *

Настоящая любовь там, где люди из каменных блоков, которыми все люди являются в начале своего пути, превращаются в два ничем не защищённых существа, без кожи, с обнажёнными нервами, – и всё же соприкасающихся, соединяющихся, переплетающихся самыми глубинами своего бытия.

* * *

Верить в Бога не добродетель, а Божий дар. Добродетель — жить по вере и не прятать веру.

Надежда не добродетель, трусость не порок. Порок — проповедовать трусость как норму, добродетель — укреплять надежду делами.

Любить — не чудо. Чудо — позволять любви верить и надеяться.

* * *

— Меньше знаешь, больше спишь, — отметила Спящая красавица.

* * *

Я считаю, что, сколько ни должны мне люди, сколько ни задолжала мне жизнь, а я Богу должен больше. Потому что я – это я! Не кот чихнул. Я космос, я Уитмен, я гений-супермен, и поэтому я смиряюсь, и плачу от радости, повстречав Христа, и преклоняюсь перед Ним. Только супермен во мне имеет силы опуститься на колени перед Богом.

*  *  * 

Внимание, катехизаторы и миссионеры! В десятом стихе девятой главы первого послания Коринфянам пропущено одно слово, так что утерян смысл фразы, относящейся, разумеется, не к бессловесной скотине (как может показаться), а к проповедникам Слова Божия: «кто молотит [языком], должен молотить с надеждою»!

* * *

... И увидел я новое небо и новую землю, а на новой земле новых русских.

* * *

Бог не ждёт, когда человечество «созреет» для прямого, точного, застрахованного от всякого непонимания и искажения диалога с Ним. Если Он будет ждать – никогда не созреет.
Если родители не будут говорить с новорожденным, пока он не заговорит самостоятельно – он не заговорит никогда.

*  *  *

Неверующий: «Этот ад не может длиться вечно!» Верующий: «Ад может длиться вечно, поэтому пора в рай!»

* * *

Суевер молится, когда приходит беда. Верующий молится так, что беда приходит во время молитвы. Как ко Христу в Гефсиманском саду.

*  *  *

Кротость не есть глупость. Кротость знает то, что забывает хитрость: что в мире есть вечное добро и возможно новое добро. Наша кротость уступает временное, чтобы вечное могло наступать, и кротость не откладывает жизнь на завтра, чтобы сегодня дать место смерти и насилию. Кротость знает, что вечность начинается вчера, что мы вчера уже должны были начать любить, но кротость кротко относится даже к своим несовершенствам — покаяться в них, принять от Христа прощение и вперёд, к Его Голгофе и к общему Воскресению.

* * *

Замечательно поверье, что умершие на Пасхальной неделе прямо попадают в рай. Остаётся жить со Христом так, чтобы каждая неделя была светлой, а каждый день Пасхой.

* * *

Быть человеком и быть со Христом одно, к счастью для плохих христиан и для хороших людей.

* * *

Миссионерство – переход количества в качество. Прозелитизм – переход качества в количество.

* * *

Христианских проповедей много. Проповедь христианства — одна.

* * *

Чтобы молиться, не хватает в юности желания, в зрелые годы времени, в старости сил и всегда — любви.

*  *  *

Буква смерти — невозможность обнять, буква воскресения — объять, принять.

Буква смерти — застывший стеклянный взгляд. Буква бессмертия — взгляд до глубины.

Буква смерти — молчание, гробовое молчание. Буква бессмертия — слово, с большой буквы Слово, Звучащее и пробуждающее в нас отзвук.

Воскресение — наш старый знакомый, наш самый надёжный друг. Мы знакомы с рождения. Воскресение приходило к нам — и ностальгия это воскрешение встреч с воскресением. Буквами воскресения было написано всё лучшее, всё настоящее, всё содержательное в нашей жизни. Буквами любви, надежды, творчества.

*  *  *

Ханжество есть превращение прямой линии в круг, пути к Богу в бег по кругу, в круговое причащение.

*  *  *

Бессмертие лечит не от насморка, не от рака, бессмертие лечит от рабства и страха.

* * *

 — Жатвы много, делателей мало, — сказал Наставляющий, — но я посылаю вас, ибо нивы уже побелели!

 — Это снег всю ночь шёл, вот всё и побелело. — ответил Пётр, — Мы дошли до России! Может, повернем назад, а?..

*  *  *

Сила Божия совершается не там, где мы лезем из кожи вон, а там, где мы даём Ему войти под нашу кожу.

* * *

Да, я пишу вычурно, маньеристски, элизабетински. Но я не пишу заумно! Я так писал уже в 19 лет. Иначе мне скучно. Кстати, я изначально дал себе слово не цитировать слишком много, не щеголять знаниями и, кажется, в эссе не очень щеголяю, сдерживаюсь. В отличие от некоторых.

Присядешь с утра перед променадом записать мысль на манжете и сидишь уже час — так эта дура раскаталась в эссе как тёщин язык.

Я говорю проще, чем пишу. Когда я говорю, я словно черчу по прямоугольной линейке. Когда я пишу, я пользуюсь лекалом, да просто рисую. Но кто сказал, что чертёж понятнее картины маслом?

* * *

Нищие телом полагают, что совесть — это когда им дают деньги.

Нищие душой полагают, что у человека — либо совесть, либо деньги.

Нищие духом знают, что отсутствие денег не означает наличия совести и наоборот.

Богатые духом — те, кому мало имеющегося у них духа.

* * *

Упражения в «я скоро умру» нужны для того, чтобы не отставать от Бога с молитвой, когда смертельная опасность — война, наводнение — обрушатся на других. Чтобы освободиться от удушающего «жизнь продолжается», «что я могу сделать», «придёт и наш час», «розы сами себя не вырастят».

*  *  *

Смириться с тем, что мир не идеален? Мир не идеален, слава Богу, но я-то не мир! Смириться со своим несовершенством, со своими грехами? Ну уж нет! Не дождетесь!!!

*  *  *

Молитва священника: «Боже, преврати епископа в человека!»

* * *

Бог — замечательный источник энергии. Одна беда: напряжение не совпадает. Я не перегораю только потому, что в розетку воткнут наполовину. Поэтому же и не работаю.

*  *  *

Не завидуй святым, сам святой — если не завидуешь.

* * *

И пришли к Учителю республиканцы и сказали:

- Накормить пять тысяч человек двумя рыбами и пятью хлебами дело неполезное. Ты бы лучше научил их удить и сеять!

И отвечал им Учитель:

- Где ж им удить, коли своими виллами вы огородили всё Галилейское озеро, и где ж им сеять, коли все поля вы скупили и приспособили под гольф!

*  *  *

Священник – не посредник между человеком и Богом, священник – посредник между человеком и эгоизмом человека.

*  *  *

Человек есть самогонный аппарат по возгонке правдивости в праведность.

* * *

Бог спасает не от современности, а от смерти. Не от прав человека, а от бесчеловечности. Не от обилия информации вокруг меня, а от лени и лживости во мне, и в тебе, и в тебе. Бог не требует от верующего быть лучше неверующего, Бог просит любить, творить и быть смиренным, то есть, считать, что свои способности я и на сотую часть не реализовал. Бранить современность, гуманизм, секуляризм означает проявлять ту самую поверхностность, в которой обличают современность, и превращать Бога из Любимого в продукт, который навязывают другим и предъявляют другим в доказательство своего превосходства.

* * *

Преображение показывает не каков Бог, а каковы мы сами.

* * *

Что, страшно видеть, как историческое христианство — да как религия вообще — ужимается до размера спичечного коробка и отправляется на свалку истории? Вместе с тобой, вместе со мной? Неприятненькое ощущение? Ну вот, значит появляется возможность понять, что чувствовали Пётр и Павел, когда их вели на казнь... Только они ещё отчаяннее на всё глядели, у них же не было позади ни храма Покрова на Нерли, ни Сикстинской капеллы, одни неудачи...

*  *  *

Создатель мой, научи меня создавать, Защитник мой, научи меня защищать, Помощник мой, научи меня помогать. Троица Святая, слава Тебе.

*  *  *

Голгофа — подвиг Отца, Воскресение — подвиг Сына, Пятидесятница — подвиг Духа.

* * *

Апокалипсис – такой же конец света, как конец фильма – конец жизни. Взрывы, все погибли, ужас, надпись: «Конец фильма» – зажигается свет, граждане довольно расходятся по домам, напряжение сбросили, попугались, повеселели... Главное, не перепутать, в свой дом пойдешь или в Отчий.

*  *  *

Дикое состояние – это когда человек у себя дома, естественно же для человека быть дома у Бога, 
даже если при этом Бог всё равно наособицу,  словно ты на суше, а Он в лодке. Но если Бог не наособицу, то разве это Бог? 

*  *  *

Наставник сказал: «Если враг твой попросит у тебя штопор, отдай ему и бутылку, и если потребует у тебя жену, отдай ему и тещу».

* * *

В человеке человеческого — только Божье.

*  *  *

Надежда стоит на прошлом, вера — висит на будущем. Отец — прошлое, Иисус — настоящее, Дух Святой — будущее.

* * *

Безалкогольное вино лучше внецерковного христианства, но хуже платонической любви.

* * *

Громко и часто говорят о Христе, возможно, из боязни, что услышат Христа. По той же причине часто наглухо молчат о Христе, чтобы Он, услышав Свое Имя, не откликнулся.

*  *  * 

Юрий Домбровский вспоминал, что в концентрационном лагере делили заключённых на уголовников, хозяйственников и – это был очень красивый неологизм, изготовленный по образу и подобию этих уже бытовавших слов —  «божественников». В каждом из нас есть понемножку от всех этих трёх ипостасей. Что ж, и Троицу можно представить таким образом, только наоборот: Отец – не убивает, а воскрешает; Сын – не скопидомничает, а раздаёт; Дух – помогает перестать изображать из себя бога и стать человеком.

* * *

Церковь рождается не в Храме Иерусалимском — который строил, между прочим, Ирод, строил в течение всей земной жизни Спасителя. Церковь рождается в Гефсиманском саду. Мы идём за Спасителем не в свет прожектора, а в свет свечечки, в свет спички, которая догорает и вот-вот пальцы обожжёт, но нужно потерпеть, потому что в свете прожектора другого не увидишь, ничего не увидишь, ослепнешь, а при свечке — увидишь и другого, и себя, и Бога.

*  *  *

Церковь гибнет, когда появляется церковная масса. У Церкви может быть только вес!

* * *

Экуменизм это разговор четырёх родных сестёр: иудейки Веры Соломоновны, католички Веры Петровны, православной Веры Ивановны и протестантки Веры Мартыновны.

* * *

Не все протестанты заняты протестами, не все православные погружены в правильные славословия, не все римо-католики не отрывают глаз от Рима!

* * *

Католики защищают свободу воли, православные — свободу безволия, протестанты — свободу свободы. Географически — Италия и Франция, Россия и Греция, Швеция и США.

* * *

Спаситель — протестант, Бог Отец — католик, Дух Святой — православный.

* * *

Католик, если его хотят ударить по левой щеке, надевает стальной шлем, протестант — загораживается Библией, патрио-православный подставляет другую щёку, а во время этого отвлекающего момента бьёт коленом в пах противнику, простой же русский православный плачет и убегает за Христом.

* * *

Выражение «всякая душа властям предержащим да повинуется»

 — римо-католики читают как «всякая душа властям церковным предержащим да повинуется»;

 — протестанты читают как «всякая душа властям предержащим да повинуется, если власти повинуются Слову Божию»;

 — православные читают как «всякая душа властям предержащим да повинуется, когда есть такое желание и возможность»;

 — члены РПЦ МП читают как «всякое бездушие властям предержащим да повинуется».

* * *

Чтобы победить уныние, надо унывать публично. Преодолевая стыд. Либо уж не унывать. Унывать в одиночку — как пить в одиночку. На миру и уныние красно. Если публично унывать не получается — то есть, получается некрасиво и скучно, неоригинально — тогда исчезает охота унывать и в одиночку. Этим уныние отличается от молитвы (настоящий, глубокий антипод уныния именно молитва): если я публично молюсь, а наедине — нет, то это не совсем молитва, как эксгибиционизм не совсем секс.

*  *  *

Тысячелетнее царство Христа на земле состоит из минут, которые человек проживает в любви.

*  *  *

Вера начинается с уверенности, что Бог с тобой поступит по любви, а с другими по справедливости, а заканчивается уверенностью, что Бог с другими поступит по любви, а с тобой — как другие предложат.

*  *  *

Возможность хождения по воде меня нимало не беспокоит. Вера не есть вера в невозможное. Вера есть вера в то, что всё возможно, только бывает объяснимое возможное, а бывает необъяснимое невозможное. Это деление не имеет ни малейшего значения. Куда важнее, что бывает возможное осмысленное, бывает возможное бессмысленное, а бывает возможное, убивающее смысл.

Бог есть необъяснимое возможное четвертого вида: придающее смысл всему остальному.

* * *

«Держи свой ум во аде и не отчаивайся». Светский аналог – считай, что ты в Освенциме, и не будь эсэсовцем.

* * *

Слепые вожди слепых осуществляют духовное руководство по переписке.

*  *  *

Господи, прости, что я прошу у Тебя любви, доброты, разумности! Они есть у меня, прости, что я не разгребу страхи, сомнения, агрессивность, под которыми они погребены, и Сам разгреби и освободи меня для себя, Тебя и всех людей.

* * *

Я часто возмущаюсь вечными муками, я написал эссе о недопустимости вечных мучений. Это не означает, что в них не верую или их отрицаю. Прямо наоборот! Верую и утверждаю их реальную необходимость, во всяком случае, для себя, любимого. Отчасти я их уже немножко и чувствую.

* * *

Страшный Суд называется так потому, что подсудимые уж очень страшные.

*  *  *

Катехизис, том первый: «Начала православия». Том второй: «Концы католичества».

* * *

Страшный суд не страшен тому, кто приходит на него, и страшен тому, кого приводят.

*  *  *

Не простишь – и Бог тебя не простит, потому что невозможно погладить по щеке того, кто напялил на голову стальной шлем.

* * *

Страшен суд, на котором судья любит подсудимого безответно.

* * *

Вот и весь Страшный суд: разбудит Христос, спросит, не нужна ли помощь…

* * *

Ад — это Бюро находок, где находятся те, кто растерял всех и был найден никем.

* * *

У меня высшее незаканчивающееся самообразование.

* * *

Ад это приказывающая любовь.

* * *

В 25 лет у меня были маленькие дети и большие амбиции. За полвека те и другие очень выросли.

* * *

В аду переругиваются с дьяволом, в раю слушают молчание Божие.

* * *

Не можете служить двум господам. Но можете заставить двух господ служить себе.

* * * 

Ад — одиночная камера с незапертой дверью и узником, который не желает выходить.

* * *

Знать о Боге больше, чем понимать, — вот ад.

* * *

В аду, наверное, основные мучения не от сковородок, а от того, что параллельно пребывающим на сквородках людям крутят благостные кинофильмы о том, как хорошо живётся в аду. В раю никто не приукрашивает действительность, там творят действительность.

* * *

В раю все ровесники, в аду каждый старше остальных.

* * *

Старость не дана, старость подарена. (Поэтому пушкинское «дар напрасный» — гениально, и у митрополита Филарета Дроздова «дар» выпало, его Бог тот еще Иудушка Головлев). Старость подарена как пространство покаяния. Когда достигнута временная цель, как же ужасно вспоминать, сколько было сделано во имя временного. Не «во имя самоутверждения». Это старость — время самоутверждения, а когда молодой карьерист прет по жизни — это саморазрушение, саморастворение в чепухе. И ведь это были как раз «неведомые грехи», невидимые самому себе, да и окружающим тоже — они ведь занимались тем же и слепы были так же. Но вот светится заря Рая, и всё видится иначе.

* * *

Саморазрушение бесконечного должно быть бесконечно. Это и есть ад.

* * *

Чтобы понять, что такое геенна огненная, нужно помнить поговорку: «Истина светит, но греют — деньги».

*  *  * 

Отсутствие Бога превращает уныние в отчаяние. Присутствие Божие превращает отчаяние в надежду.

* * *

Тому нечего беспокоиться о зле во вселенной, у кого мировое зло рассовано по карманам, за пазухой и в интимных частях тела и туалета. Человек не живёт во вселенной, человек живёт в доме. Антихрист — вполне домашнее существо, и ему достаточно ссоры сына с отцом, чтобы успокоиться.

*  *  *

В аду никого нет, один Данте лихорадочно что-то строчит. Вергилий его из рая зовет, дозваться не может.

*  *  *

Беспокойство об аде, желание, чтобы в рай вошли все, само по себе святое и правильное, часто есть лишь проявление невротического страха остаться одному, а то и желания раствориться в безликой толпе. Вот если человек готов остаться один в аду, лишь бы все остальные были в раю — тогда всё здорово.

* * *

Тогда управитель сказал сам в себе: что мне делать? господин мой отнимает у меня управление домом; копать не могу, просить стыжусь; потребую себе денег и должность для защиты религиозных основ нашей национальной государственности и культуры.

*  *  *

Меня часто спрашивают, как я отношусь к Н., к П., к У. Очень редко спрашивают, как я отношусь к идеям Н., к идеям П., к идеям У. Почти никогда не спрашивают, как я отношусь к идее как таковой.

Забавное исключение: идея вечных мучений. Хотя именно тут стоило бы спрашивать, как я отношусь к идее Иуды о недопустимости адских мук.

*  *  *

Может, мне лишь кажется, что у меня совесть чистая и спокойная, а на самом деле она просто уже как Ленин в Мавзолее – да, чистая, да, спокойная, только немножко неживая.

*  *  *

Последнее прибежище негодяя не патриотизм. Последнее прибежище негодяя смерть. Иногда другого, всегда — своя. Умер, и с него взятки гладки. Вся демагогия об ответственности заканчивается смертью: покойник ни за что не отвечает. В крайнем случае, ад — подумаешь! Ну, мучения…

Только не ад, а любовь Божья ждёт нас после смерти, и от неё не скрыться, а войти в неё — хуже ада, и быть прощёным за все человеку не вынести, но Бог поможет.

*  *  *

Зло всегда живо тем, что перехватывает у добра. Ну как «живо» — поддерживает себя в форме. Злу особенно нужно держать себя в форме, содержания-то у него нет, оно же зло. Бессодержательное добро – самое страшное зло.

*  *  *

Воскресение — послевкусие веры.

*  *  *

Лучше погибнуть от любви к врагу, чем жить в гробу безопасности. Лучше погибнуть с надеждой на воскресение, чем жить в надежности самоизоляции, за колючей проволокой, противотанковыми ежами, атомными бомбами. Лучше в опасности любви, чем в безопасности эгоизма и ненависти. Слава Богу за опасность, слава Богу за врагов, слава Богу за ненависть к нам и за то, что силой Божией, силой Воскресшего и Духа Дающего мы можем ответить на опасность — надеждой, на ненависть любовью, на смерть — воскресением.

*  *  *

Веровать в возможное — как ходить по воде в пустом бассейне.

*  *  *

Смирение для меня — это не смирение с тем, что дела идут вкривь и вкось. Ну уж нет! Смирение это надежда на то, что Бог может то, чего не могу я. И тут я целиком на стороне Ганди, а не Толстого — молитва. Молитва, когда всё хорошо и на мази, дело нехитрое. Но когда это всё хорошо?

*  *  *

Жизнь промелькнула как хромая дворняга проковыляла... Слава Богу, остался Бог. Как был, так и есть. И Он с этой шавкой как с Каштанкой!

*  *  *

Иов — свидетель Христа, а Иисус — это распятый Иов.

* * *

Чтоб мы так молились, как они пьют — на всяком месте и во всякий час.

*  *  *

Неолибералы объясняли нуждающемуся в компьютере, что ему нужна удочка, а не рыба.

*  *  *

Правде надо глядеть в лицо даже, когда она повернулась к нам задом.

* * *

А ты у двуглавого орла перо в хвосте или кость в горле?!

*  *  *

Чёрный юмор — чёрный хлеб остроумия.

*  *  *

Человек умеет любить, но человек и подпрыгивать умеет, но подпрыгивание не полет. Любовь там, где петухи и курицы – птицы.

*  *  *

Годы уходят, Бог приходит!

*  *  *

Открытие открывается тем, кто открыт.

Указатели

Ирина Кротова сфотографировала

Внимание: если кликнуть на картинку в самом верху страницы со словами «Яков Кротов. Заметки», то вы окажетесь в основном оглавлении, которое служит одновременно именным и хронологическим указателем