Иисус не творил чудес. Такого слова нет в Евангелии, только слово «знаки». Если по-старинному, «знамения», если по-современному, «тэги». Облако тэгов. Что-то, позволяющее найти важное, хотя не являющееся этим важным.
Знаки значительны. Вот смысла они не имеют, к счастью. «Смысл» есть там, где есть цель, но цель там, где есть конец. Дед-лайн, смерть одного дела и возможность нового. Смысл всегда — во времени, у вечности смысла быть не может по определению, потому что у бесконечности не может быть конца.
Любая война кажется бессмысленной, но беда та, что у войны как раз множество смыслов. Агрессор хочет что-то завоевать, что-то уничтожить. Обороняющийся хочет отбить нападение и вернуться к нормальной жизни. Кто-то во время хочет сколотить состояние, кто-то — удовлетворить свои садистские склонности. Кто-то просто зарабатывает, наемник, кондотьер.
У войн множество смыслов, но никакого значения войны не имеют. Как и болезни, катастрофы, смерть, грех, зло. Это вычитания из времени, а не обретение вечности. Да и смыслы эти убогие.
Иисус исцелил слепого — действие бессмысленное, незначительное, не знаковое, но означающее. Бессмысленное даже для слепого: стать зрячим не означает обрести смысл, означает обрести здоровье. Но здоровье лишь средство. Зрячий может найти смысл в палачестве — и потом казнит Иисуса, чтобы получить зарплату. Зрячий может написать книгу о том, как казнить, а может написать о Гомере, который был слепой, но создал же «Илиаду».
Слепого можно иногда вылечить, и хочется надеяться, что наука сможет делать искусственные глаза. Но это не будут «знаки».
Даже исцеления, которые совершал Иисус, не были знаками. Просто медицина того времени, ничего религиозного. Эти действия стали знаками благодаря евангелистам. Дорожные знаки, а дорога-то к Богу, от Вифлеема до Голгофы и Воскресения. Смысл человек создает для себя, знаки человек создает для других, открывая значительное в бытии и в человеческом существовании.