Рассказ Иоанна о чуде в Кане странен одной деталью. Мария говорит Иисусу, что недостает вина. Но ведь Мария не хозяйка дома, Она гостья. Ее поведение не вполне нормально, неучтиво по отношению к хозяевам. Именно об этом слова Иисуса: «Что Мне и Тебе?»
После полутора тысяч лет почитания Марии трудно посмотреть на текст непредвзято. Но, может быть, Иоанн относится к Марии вовсе не восторженно, а даже критически? Он считает — как и Иисус — что Мария не должна была вмешиваться?
Конечно, тут есть еще одна странность. Иисус говорит Марии не о том, что Она ведет себя невежливо по отношению к хозяевам, а о том, что «еще не пришло время». Вот здесь настоящая трудность, потому что слова о том, что «пришло время» прозвучат перед арестом (12:23).
О чем идет речь? Не о том, что Иисус не хочет совершать чудеса, пока не придет время гибели. Он будет совершать чудеса, и вторым чудом будет исцеление умирающего — исцеление произойдет в Капернауме, но Иоанн упоминает, что в Капернаум тогда Иисус пришел именно из Каны.
Значит, Иисус не хочет совершать именно чудо превращения воды в вино. Так мы вновь оказываемся перед «перекличками» у Иоанна.
Следом за рассказом о Кане идет рассказ об изгнании торгующих — и он крепко связан у Иоанна с судом над Иисусом — перекличка через весь текст. Тогда можно предположить, что превращение воды в вино Иоанн считает чем-то, что должно происходить перед арестом — на Тайной вечери.
При этом Иоанн не упоминает молитвы Иисуса над хлебом и вином. Не упоминает, зато делает нечто большее: он говорит о чуде с вином в Кане, он говорит о чуде умножения хлеба и соединяет его с речью Иисуса о Себе как Небесном Хлебе. Евхаристия не описана «в лоб». Она описана эти двумя сценами-намеками.