«Тогда когорта и хилиарх, и слуги иудейских начальников схватили Иисуса и связали Его» (Ио 18:12).
Я оставляю греческие термины для колорита. Безобразов переправил хилиарха на трибуна, что вряд ли вносит ясность — «трибун» в современном русском языке это пропагандист, агитатор. Формально «хилиарх» — «тысячник», отсюда и «хилиазм» — учение о тысячелетнем царствовании. Греки, в самом деле, называли хилиархом военных трибунов, tribunus militum, которые воглавляли отряд из 600 человек — десятая часть легиона. Более чем вероятно, что Иоанн слегка повысил мужика в чине, а на самом деле это был простой декурион, десятник.
Принципиальнее другое: я, как и в других случаях, перевожу «иудеев» как «иудейские начальники». Тут это вдвойне точно, потому что автор противопоставляет оккупационное начальство своему, родненькому. Выше (18:3) Иоанн в точно таком же обороте раскрыл, кто эти «иудеи», «иудейские начальники» — «первосвященники и фарисеи». Сочетание несколько странное, поскольку в популярных книгах представляют фарисеев (будущих раввинов) врагами духовенства, но вражда враждой, а влияние влиянием, и для расправы с общим противником почему ж не заключить временный союз.
При этом Иоанн создает фантастический сюжетный поворот, потому что читатель — ну, у которого глаз не намылен — икает от удивления: мечом ударил Петр, а хватают Иисуса?! Очевидно, что между 11 и 12 фразами Петр дал деру.
Конечно, Иисуса все равно бы схватили, но теперь Его еще и связали. Ну как же, яблоко от яблони, значит и Яблоня от яблока... Если ученик отрубил ухо полицейскому, то Учитель может и получше удар нанести!
Он и наносит. И нам велит. Непротивление злу силою — а весь рассказ об этом, и если мы не верим, что у Иисуса была сила Бога, то вообще нечего огород городить — непротивление злу силою это удар страшной, но мягкой силы. На это вся и надежда — мы не видим, что меняется, когда мы бомбим, не материмся, не штрафуем, не убегаем и не атакуем — но что-то меняется. В нас меняется.
А в «них»?
А какое мое дело? Нет, ну какое мое собачье дело, что происходит в душе другого? Верный Иисусу должен быть агностиком, должен постоянно повторять себе: «Не могу знать, так что хорош бузить». Не знаю! Хочу знать, но не могу и не должен, чтобы из этого знания не вывести свое право на грех. Не знаю. Иисус знает — распнут Его. И живет так, словно Он этого не знает. И ты так живи, попробуй, попроси этого у Бога. Не какавы с чаем, а чаю Воскресения.