«Иисус сказал:
— Вглядитесь в того, кто живет, пока вы живы, иначе вы умрете и попытаетесь увидеть его и не сможете» (евангелие Фомы, 59).
Как найти тут гностицизм? Прицепиться к слову «вглядитесь». Мол, акцент не на Иисусе, а на том, что надо «вглядываться», «искать». Гнозис — поиск, визионерство, христианство — почивание на диване, да?
Гейтеркол идёт даже чуть дальше и говорит о том, что тут призыв «видеть божественное», divine. Хотя уж здесь открытым текстом о Христе. Гейтеркол как бы не возражает, но изображает щепетильность: может, Иисус, а может, и Отец, потому что в 37 изречении Иисус назван сыном Живущего. Так в том и вся суть Евангелия, что Иисус и Отец — одно, и в критический момент Иисус кивает: да, я Сын Бога Живого. Но — Бога, а не гностической «божественности».
Этот афоризм не «гностический» уже потому, что он является парафразом слов пророка Исайи:
«Ищите Господа, когда можно найти Его;
Призывайте Его, когда Он близко» (Ис 55,6).
Фома вводит мысль о «жизни», чем как раз показывает, что слово «жизнь» вовсе не обязательно подразумевает жизнь гностическую, в некоем мистическом познании. Ведь тут Иисус говорит «вы живете» — это о жизни не высшей, а вполне плотской, материальной. Иногда Он эту жизнь называет смертью духовной, а иногда просто жизнью.
Понятно, что эта фраза — парадокс, и парадокс поэтический. Передо мной стоит человек и говорит: «Посмотри на меня! Разуй глаза!» Я же его, говорящего, отлично вижу, что он пузырится? Что за призывы видеть видимое?
Главное — и не вполне очевидное — в этой фразе это обыгрывание разного значения слова «жизнь». Есть такая жизнь, в сравнении с которой моя жизнь это смерть. Моя жизнь — куцая, а жизнь Иисуса — ого-го! Казалось бы, зачем напрягаться, зачем искать Того, Кто такой большой? А зачем напрягаться и выяснять, плоская Земля или круглая? Бывает такой перепад в размерах, что чувства обманываются. О чём говорить, если интуитивно человек склонен считать того, кто ниже его на голову, неполноценным существом, а того, кто сильно выше — увальнем-балбесом.
Зачем напрягаться, если после смерти всё равно увидим Бога? Да потому что, во-первых, чем раньше начать общение с Богом, тем больше кайфа, а во-вторых, Бог же не садист, не навязывается. Если человек жил и в ус не дул, он и после смерти не задудит. А если уже сейчас начать жить, глядя на жизнь глазами Того, Кто выше смерти, то не получится умереть в полном, адском смысле слова.