Яков Кротов

ЗАМЕТКИ

История современности

Коллективизм против солидарности

Есть один общий знаменатель у самых разных явлений современности: коллективизация.

Среди существенных черт «модерна» обычно называют нечто прямо противоположное: индивидуацию. Высвобождение личности из коллектива. Не внешние нормы определяют человека, а внутренние частные позиции. Было общество глины, стало общество песчинок, не связанных друг с другом принуждением. Происходит утрата принудительного общего смысла, Дюркгейма называл это «аномеизм» и объяснял им рост самоубийств. Груз персонализма якобы нелегок.

«Якобы». Не персонализм нелегок, а отсутствие солидарности тяжело. Между тем, коллективизм и солидарность явления не просто разные — они противоположные. Солидарности и всегда было мало. Коллективизм извне, он неотрефлектирован, коллективизм есть пролонгированная беременность, пребывание в утробе. Солидарность есть отрефлектированное, сознательное единение на более-менее четко определенных условиях и, в этом смысле, условное — в отличие от безусловности коллективизма.

Начало 21 века ознаменовалось наступлением коллективизма в самых разных видах. Прежде всего, в виде национализма — того национализма, который против иммиграции, который за монолитное этническое государство. «Национальность» перестает означать политическое единство и начинает означат коллективное единство. Ярче всего это в США, но и в Европе это тоже налицо. Это прежде всего проявляется в ограничении свободы слова. «Молчи, дура!» — говорит воскресший обыватель «бабе», а гею обыватель ничего не говорит, просто пинками загоняет под стол.

Процесс идет неравномерно, но вектор очевиден. Пока в Израиле гею еще есть свобода — но как только израильтяне истребят палестинцев — а они истребят, не извольте беспокоиться — примутся за геев, за феминисток и т.п. Иерусалимскому университету тоже достанется по полной. Уже сейчас во всем мире академическая свобода быстро сокращается (и финансирование сокращается, конечно, хотя процессы эти формально не связаны). Какая свобода высказывания? Есть искусственный интеллект, он все, что надо сформулирует, и не надо читать Платона, вон, уже в Техасе Платона запретили.

Процесс идет разнообразно, но это один процесс. В США запросто убивают лесбиянку-поэтессу с тремя детьми, защищающую иммигрантов. Она, правда, не одноногая и не чернокожая, но достаточно того, что лесбиянка и поэтка, уже враг нормальных людей. В России, Китае, Израиле мотивация другая, а результат — цель — тот же: не высовывайся, сучара! Не высовывайся, тебе сказано!!!

Кто так ставит вопрос, тот и есть домашний террорист, внутренний враг, сучара поганая, хамасовец, бандеровец, мадуровец, кацап, экстремист. Ты позадавай вопросы, позадавай! Если у тебя чешется, идти в Мемориал, вспоминай о жертвах сталинских репрессий, или в Яд-Вашем, вспоминай о жертвах Освенцима, учи речь Линкольна или Кинга. Это нормалевич, это коллективистское поведение, разрешенное, хотя и не вполне правильное. Но в пределах — внутри черты. И эту черту не тебе проводить и не тебе спрашивать, что это за черта. Не прикидывайся дурачком, не высовывайся, и будешь живой, пока не понадобятся твои почки на пересадку или не пошлем тебя окопы рыть. Ну, авось до этого не дойдет, надейся!

 

Содержание и указатели